Актуально

Сценарии развития Сибири: проблемы и перспективы

Сложное социально-экономическое положение, сложившееся в Сибири в последние десятилетия, а также длительное отсутствие внятной и исполняемой государственной стратегии по развитию территории побудило значительную часть местного населения к самостоятельному осмыслению исторического пути своего региона и внесению существенных поправок в сложившиеся стереотипы регионального самосознания. Современная сибирская идентичность не только во многом определяет перспективы развития крупнейшего макрорегиона России, но и оказывает влияние на будущее всей страны.

Ermakov Artiom1

Актуальность изучения современных проблем развития Сибири и эволюции сибирского самосознания, прежде всего, состоит в том, что территория России, фактически, на три четверти расположена в Азии. Однако проблемы этой части России и проживающих там людей, к сожалению, занимают в современной российской социологии и политологии весьма незначительное место.

Под географическим регионом Сибирь принято понимать территории России, простирающиеся от Уральских гор до хребтов тихоокеанского водораздела на востоке и от берегов Северного Ледовитого океана до северных границ Казахстана, Монголии и КНР. Общая площадь Азиатской части России составляет 12,8 млн. км2, или 74,8% территории страны. А ее протяжённость в таких пределах составляет с севера на юг 3500 км., с запада на восток свыше 7000 км. Однако сегодня историческая Сибирь разделена между тремя федеральными округами, из которых, собственно, Сибирский Федеральный округ (СФО) занимает лишь 5 144 953 км², или 30.09 % земель России (без учета новейших изменений, возникших в результате передачи двух регионов СФО в состав ДФФО в конце 2018 года).

Принятая в 2010 г. «Стратегия социально-экономического развития Сибири до 2020 года» до сих пор не обеспечена эффективным координирующим органом и проводится в жизнь фрагментарно, настолько, насколько текущее руководство отдельных регионов СФО считает ее выполнение возможным и важным. Спустя всего два года после ее принятия председатель Правительства РФ Д.А. Медведев, выступая на круглом столе «Сибирь на карте мирового роста» в рамках Х Красноярского экономического форума, неожиданно заявил: «Эти разговоры о том, что мы не можем ничего развивать без плана, на мой взгляд, все-таки носят схоластический характер. Вряд ли и 100 лет назад был всеобъемлющий план развития Сибири, и 200 лет назад, но мы как-то развивали Сибирь».

Более реалистичной оказалась принятая же в 2009 г. государственная Стратегия развития Дальнего Востока и Байкальского региона до 2025 г., дополненная в 2013-14 гг. соответствующей федерально-целевой программой и усиленная в 2013 г. созданием соответствующего министерства. Но она парадоксальным образом усугубляет дезинтеграцию и геополитический раскол России. И дело не только в том, что основные инвестиции согласно принятым планам идут мимо Западной и Центральной Сибири. Даже той части Восточной Сибири, которую включили в программу, теперь предстоит разворачиваться на 180 и согласовывать свое стратегическое развитие не с Москвой, а с министерством по развитию Дальнего Востока, базирующимся в Хабаровске.

Таким образом, Байкальская Сибирь – исторический центр русской Восточной Азии и ее социокультурный стержень – фактически ставится в положение далекой западной окраины «тихоокеанского мира». Что же касается оставшейся части Сибирского ФО, то она по этой схеме выглядит гигантским «промежуточным», транзитным пространством между тяготеющим к АТР и испытывающим сильное китайское влияние ДФО и сравнительно благополучным и самодостаточным УрФО, успешно перехватывающим и замыкающим на себя финансовые и миграционные потоки из центральной России. Пространством с великим прошлым, но лишенным внятного будущего.

К началу ХХI в. общая ситуация в Сибири значительно ухудшилась. При росте мировых цен на большинство местных ресурсов стратегический для развития всего государства регион становится всё более отчужденным от России, как в социально-экономическом, так и в информационном аспектах. На фоне экстенсивного роста крупных городских центров продолжаются процессы деиндустриализации, депопуляции, утечки наиболее ценных местных кадров и замещающей малоквалифицированной иммиграции. На территории Сибири все более активно и независимо работают зарубежные НКО (причем, не только западные) и транснациональные корпорации. Российские корпорации зачастую ведут себя не лучше. Подавляющая часть доходов, извлекаемых ими в субъектах федерации, где сосредоточивается добыча и переработка природных ресурсов, проходит мимо местных бюджетов и перераспределяется в столице так, что лишь малая часть средств возвращается обратно. Не только население, но и региональные элиты Сибири получают лишь незначительную часть от этой прибыли. Что же касается новых инвестиционных проектов, значительная часть их осуществляется «поверх» местных потребностей. Используя сибирскую территорию, инвесторы предпочитают «не замечать» ее население. Весьма возможно, что некоторые старые центры исчерпали потенциал своего развития, но ведь новые точки роста тоже не возникают. По мнению ряда экспертов, на фоне дисбаланса в экономическом положении субъектов Российской Федерации среди жителей Сибири постепенно утверждается мнение о колониальной судьбе их региона.

При этом стоит отметить, что колониальный подход к извлечению ресурсов осуществляется на фоне затухания, собственно, колонизационных процессов, которые все предшествующие столетия составляли основу сибирской политики России. Сибирь продолжают использовать, но перестают создавать. Даже на уровне внятных концепций перспективного развития. Такой подход медленно, но верно выталкивает местное население, не желающее возвращаться на запад, из общерусской истории и географии, вынуждая его уже не просто предъявлять очередные провинциальные претензии к государственному центру, а пытаться самостоятельно выстроить такую картину мира, в которой интересы Российского государства никак не связаны с интересами его граждан, живущих в Сибири, или даже прямо враждебны им.

Общая численность населения Азиатской России по последним оценкам (на 1 января 2014 г.) составляет 25 519 380 чел. Из них 19 292 740 чел. приходится непосредственно на Сибирский федеральный округ. Доля коренных народов Сибири не более 5% в общей численности ее населения. Однако на территориях непосредственного проживания их преобладание может превышать 80%.

Способствуя в последние годы росту населения, государство, по некоторым признакам, не озабочено проблемами его концентрации и распределения. Проблему опустынивания сельских территорий Дальнего Востока (а в перспективе, видимо, и Сибири) предлагается «решать», сдавая их в аренду другим народам и государствам. По сути, государство в Сибири за пределами крупных городских центров и ресурсодобывающих точек ведет политику самоликвидации, систематически подрывая условия и перспективы существования местного и сравнительно лояльного населения, т.к. обслуживание этого населения «вдали» от мегаполисов кажется ему «неэффективным».

Городское население Сибири существенно преобладает над сельским (более 70%) и продолжает расти. Около 20% всех жителей СФО проживает в трех мегаполисах-«миллионниках» (Новосибирск, Омск, Красноярск). Демографический коллапс на большей части территории Сибири (и России в целом) и ее хозяйственное опустынивание слабо чувствуется в 15 крупнейших городах, где, напротив, ощущается чудовищное перенаселение. Неконтролируемая урбанизация поощряет нелегальную миграцию и утечку местных кадров, провоцирует коррупцию и уничтожает своеобразие местных культур. Более того, концентрация основного населения крупнейшего региона в нескольких пунктах делает страну таких размеров крайне уязвимой перед любой политической угрозой или природной катастрофой. Новые урбанизированные сибиряки слабо держат территорию и еще слабее ее осознают и представляют. Зато именно городской средний класс становится питательной средой для теорий сибирского национализма и сепаратизма, поддерживая шествия типа запрещенного в августе 2014 г. «Марша за федерализацию Сибири» или акцию «Я – сибиряк», по итогам которой в рамках переписи 2010 года число указавших национальность «сибиряк» увеличилось в 400 раз. Важно подчеркнуть, новые «сибирские националисты» не консервативны и не укоренены в местных традициях, они жаждут глобальных социальных реформ и «вхождения Сибири в мировое сообщество».

Глобализация Сибири даже в рамках ее нынешнего застойно-депрессивного положения идет полным ходом. Как и в других регионах мира, она выражается в дезинтеграции региона и его «пересборке» на новых геополитических и геоэкономических основаниях. Само по себе это не так уж опасно. Важно лишь будет ли эта сборка осуществляться Россией или ее ближайшими соседями и конкурентами.

На наш взгляд, наилучшей стратегией развития Сибири на сегодняшний день является ее превращение в новый центр устойчивого развития России. Важным элементом такой стратегии должно стать создание нового столичного центра страны в районе Уральского хребта или даже восточнее. Данный сценарий выглядит сегодня малореальным. Хотя именно в нем, на наш взгляд, заложен не только выход России из переживаемого ей кризиса, но и перспектива ее устойчивого развития на длительный срок. При патовой ситуации, в очередной раз сложившейся на западных границах страны, стоило бы не слепо повторять путь Петра I и бросать немногие уцелевшие ресурсы на прорубание нового «окна в Европу», а, всерьез развернувшись на Восток, наконец, разрушить воображаемую уральскую линию, 300 лет отделяющую в сознании нашей элиты «Россию первого сорта» от ее «неполноценных территорий». Тихий океан медленно, но неотвратимо становится «новой Атлантикой», «новым Средиземным морем» человечества, и Россия вполне может успеть занять место одной из ведущих держав АТР.

Шаги, уже предпринятые государством для развития Дальнего Востока, отражают понимание новой роли Тихоокеанского побережья в будущем России. Но развитие побережья не будет надежным, не принесет пользы без радикального смещения к востоку центра тяжести всей государственной жизни, без новой русской колонизации «сердца Евразии». Лишь в этом случае четырехвековая история Сибири не закончится тупиком или распадом, а станет прологом, подготовительным этапом к новой эпохе в развитии всей нашей страны.

А.В. ЕРМАКОВ, кандидат исторических наук, научный сотрудник Иркутского областного краеведческого музея, член Правления Иркутского отделения ВСД «Русский Лад»

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Поля обязательные для заполнения *

Рубрики

Авторы