Несколько мыслей по поводу христианского социализма

344233_originalНесколько мыслей по поводу христианского социализма

 

У понятия «христианский социализм» трудная судьба. В XX веке его на дух не принимала ни одна значимая социальная сила.

В устах деятелей официальной Церкви христианский социализм – это «контрадикцио ин адъекто», противоречие в определении. Так, для отца Валентина Свенцицкого он «такая же бессмыслица, как сухая вода или мокрый огонь» [1], для протоиерея Иоанна Восторгова, ныне канонизированного в чине священномучеников, это «противо​естественное сочетание понятий» [2], для архиепископа Илариона (Троицкого), тоже священномученика, это «внутреннее противоречие» [3], для обер-прокурора Синода В.К. Саблера это словосочетание заключает «в одном наименовании два враждебные взаимоисключающие понятия» [4]. Столь суровые суждения этих православных авторитетов объясняются не только атеистичностью современного им социализма, но и пониманием христианства как исключительно религии личного спасения, для которого общественное устройство не имеет значения.

Коммунисты также относились к христианскому социализму резко отрицательно. Но уже из-за слова «христианский», поскольку религия, как хорошо известно, «вид духовной сивухи». Нет, строить социализм надо не на основе иллюзорного сознания, а по-научному, четко выявляя классового врага. И такой подход они подтверждали делом, расстреливая священников и взрывая храмы.

Тем более неприемлем христианский социализм для представителей экономического либерализма, для которых оба образующих понятия – и христианство, и социализм – по сути дела совершенно чужды.

Однако, никакого противоречия термин «христианский социализм» не содержит. Христианство – универсальная истина, а потому она неизбежно распространяется и на сферу общественных отношений. И церковное предание недвусмысленно говорит, что подлинно христианское общество – это общество с общим имуществом. Очень красиво об этом повествуют Деяния Апостольские: первое, что сделали апостолы после принятия Духа Святого в Пятидесятницу, это – организовали в Иерусалиме общину, где «У множества же верующих было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но всё у них было общее» (Деян. 4:32). Реализованный там коммунизм нужно рассматривать как одно из ярчайших проявлений христианского социализма. Великий святитель Иоанн Златоуст в IV в. утверждал, что общественная собственность выше частной, и она лучше соответствует природе человека. Более того, Златоуст прямо с амвона призывал своих прихожан последовать примеру иерусалимских первохристиан. Наконец, Церковь всегда считала монашеское житие высшим образом христианской жизни. Но ведь в общежительных монастырях неизменной нормой является общность имуществ. По-латыни монастырь даже звучит как «коммуна».

С другой стороны, необходимо актуализировать мысль Сергея Николаевича Булгакова об устойчивости только религиозного социализма. Действительно, социализм чисто рациональный быстро разваливается. Причины этого тривиальны и лежат в сфере трудовой мотивации. Вот при капитализме всё ясно: господство частной собственности заставляет людей работать себе в карман, а заработанное тут же вкладывать, дабы получить прибыль на капитал. Однако, при социализме подобная гонка за богатством практически невозможна из-за общественной собственности на средства производства. А с точки зрения рационально-индивидуалистической, интенсивно работать на общество невыгодно, ибо усилия размазываются по всему социальному пространству, и отдача не адекватна усилиям. Иначе говоря, рациональный социализм не дает должных стимулов к труду.

Однако в религиозном социализме всё не так. Верующий человек трудится не ради наживы, и даже не ради благополучно-безбедной жизни, а ради высшей идеи. И такой стимул к труду оказывается очень сильным – сильнее даже соблазна разбогатеть. Собственно, этот вывод подтверждает наша недавняя история. Социальной философией давно выяснено, что марксизм является своего рода религией, которая ставит перед человеком высшую цель – построение совершенного общества, коммунизма. Нет нужды долго доказывать, что это не подлинная религия, а ее суррогат, подделка, которая вела человека не к Богу, а к земному благополучию. Такая псевдорелигия Богом не поддерживается, а потому срок ее жизни короток. Уже в 60-х годах идея выдохлась, стала официозом, и, несмотря на налаженную жизнь, начался необратимый распад советской цивилизации. И тем не менее, эта «религия» двигала людьми, так что успехи сталинского периода обусловлены вовсе не одними репрессиями (как это пытаются сейчас представить), а прежде всего верой людей в возможность достижения высшей цели, тем более, что страна реально двигалась в этом направлении.

Таким образом, пути к христианскому социализму ведут с обеих сторон – и христианской, и социалистической.

Теперь попытаемся поточнее обрисовать содержание самого термина «христианский социализм». Он возник во Франции в середине XIX в., а в Англии образовалась группа религиозных деятелей (отец Чарльз Кингсли, отец Фредерик Моррис, Джон Людлоу), которая в середине XIX века активно агитировала рабочих в духе христианского социализма [5]. Однако, их призывы столкнулись со стойкой приверженностью общества к частной собственности. И тогда они снизили планку, превратив христианский социализм в лингвистически близкое, но семантически отличное – социальное христианство, которое направляло усилия христиан на улучшение быта рабочих без покушения на существующий общественный строй.

Но каково же подлинное понимание христианского социализма? Думается, что это способ социального бытия христианской общины. Христиане должны на земле жить по-христиански, причем по-христиански должна быть организована и трудовая сфера. И христианский социализм – способ такого жития для церковных общин, которые одновременно становятся и трудовыми предприятиями. Кроме того, необходимы объединения таких трудовых общин вплоть до христианского государства.

Вообще, социализм – прежде всего моральный феномен, а уже во вторую очередь – экономический. Поэтому в основе христианского социализма лежит христианская любовь, любовь к Богу и ближнему. Каждый служит всем остальным. Христианский социализм вырастает из любви и является той формой, в которой она сохраняется наилучшим образом. Я решаюсь здесь говорить о христианской любви – казалось бы совсем не экономическом понятии. Ибо справедливость, в том числе и экономическая, без любви недостижима. Без высокой нравственности любое, даже самое прекрасное, устроение общества к цели не приведет – его людской эгоизм найдет способ обратить в ад.

Но и об организации общества забывать нельзя. Ибо любовь трудна. Жить по принципу «люби ближнего, как самого себя» – тяжело для падшего человека, привыкшего тянуть к себе. Одной церковной работой над душами здесь не обойтись. Помочь ее должна умная организация общины. Неудачные же принципы организации быстро загубят нежные ростки любви.

Производство материальных благ должно определяться принципом «от каждого по способностям». При христианском социализме работают не ради наживы и даже не ради хлеба насущного, но ради Бога и ближнего. Распределение регулируется принципом «каждому пропорционально его нуждам». Больше получает самый нуждающийся.

Решающее значение приобретает стабильность того социального строя, который поддерживается в общине. Для этого должны быть обеспечены, с одной стороны, определенное обособление от капиталистического мира, а с другой – нивелирование тоталитарных тенденций, в частности, — возможность свободного выхода из общины. Важнейшую роль должна играть Церковь, в задачу которой входит не только воспитание людей в духе любви и братолюбия, но и организационная поддержка трудовых общин.

Конечно, многие скривят саркастическую усмешку – мол, утопия, да и только. Думается, что всё же это не так. Христианский социализм – не утопия, а христианский идеал. По сути дела – это заповедь Христова об устроении социальной сферы. В своей существенной части он по плечу даже падшему человечеству. И история это не раз доказывала. Так, в слабой форме христианско-социалистическим образованием можно считать русскую крестьянскую общину. В России были и очень продвинутые примеры христианского социализма, например, Крестовоздвиженское Трудовое Братство, созданное Н. Н. Неплюевым [6]. Но и в нереализованном виде, как идея, он имеет огромное значение: как идеал подлинный, он служит достоверной социологической мерой. По степени близости к христианскому социализму или удаленности от него можно точно судить о качестве того или иного общественного строя.

Напоследок, хотелось бы обсудить проблему христианской экономики. Ныне Церковь связывает свои надежды с православным предпринимательством. Однако должно заметить, что такой «христианский капитализм» противоречив уже в определении, ибо принципы капитализма совершенно противоречат христианству – они ориентированы на успех эгоизма и успех страсти к деньгам. А если в рамках капитализма и возможно проявление христианской любви, то лишь вопреки ему, и только потому, что у нас в России капитализм пока слаб и не может полностью контролировать сознание людей. Пока не может.

Только христианский социализм является подлинной проекцией христианства на социальную сферу. Подлинной, но, повторим – трудной. Николай Бердяев говорил, что атеистический коммунизм построить гораздо легче, чем коммунизм христианский, ибо последний не может отказаться от свободы человека [7]. И тем не менее, в советское время мы были ближе к нему, чем теперь. Сейчас даже сами слова «христианский социализм» выговариваются с трудом – настолько далеко современное общество от него. Что нужно, чтобы христианский социализм стал реальной силой? Нужно, прежде всего, изменение отношения к нему со стороны Православной Церкви, которая по-прежнему, увы, руководствуется доктриной приспособления к существующему строю. Нужна активная церковная работа по созданию локальных производственно-потребительских общин. Нужен переход к православной государственности. Наконец, нужна организация обороны от врагов России, которые, безусловно, сделают всё, чтобы загубить на корню даже ростки христианского социализма. Так что проблем хоть отбавляй.

Однако не будем отчаиваться. Крепнет уверенность, что христианский социализм – составная часть русской идеи. Россия уже дважды приближалась к нему: сначала со стороны христианства, став православной империей, а затем – в советский период – со стороны социализма. Осуществить синтез пока не удалось. Но историю «нам не дано предугадать». Кто знает, может быть, вопреки всему именно России XXI века суждено, пусть не полностью, осуществить этот прекрасный идеал человечества.

 

Литература

1. Свящ. Валентин Свенцицкий. Письма о социализме // Церковные ведомости, издаваемые при Временном Высшем Управлении на Юго-Востоке России. 1919. № 6. 15 ноября.

2. Прот. И. Восторгов. Христианский социализм // Полн. собр. соч. М., 1913. Т. 5. Ч. 1. С. 148.

3. Еп. Иларион Троицкий. Христианство и социализм (на современные темы) // Христианин. 1910. № 1. С. 83.

4. Саблер В. О мирной борьбе с социализмом. СПб., 1907. С. III.

5. Новиченко И. Ю. Чарльз Кингсли и английский христианский социализм середины XIX века. М.: Российская политическая энциклопедия [РОССПЭН], 2001. 296 с.

6. Неплюев Н. Н. Краткие сведения о Православном Кресто-Воздвиженском Трудовом Братстве. Чернигов : Издание Трудового Братства, 1905. 80 с.

7. Бердяев Н. А. Правда и ложь коммунизма // Путь. 1931 г. № 30. Октябрь. С. 6.

2003 г.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Поля обязательные для заполнения *