Т.Воеводина. ИДЕОЛОГИЯ — СИЛА НАРОДНАЯ

0_9014c_6b2314c9_XL

 

ИДЕОЛОГИЯ – СВЕТСКАЯ РЕЛИГИЯ

Сейчас много говорят об идеологии, вернее покуда не о ней самой, а о её необходимости. Это значит – НЕКУДА. (Так назывался – идеологический — роман Лескова против нигилистов). То есть проблема ощущается, а до решения … м-да, далековато до решения. Мы ещё на дальних подступах к предварительному подходу. Когда-то в бытность мою в Минвнешторге я увидала на стене протокол какого-то совещания и списала один из пунктов, до того понравилось: «О ходе подготовки к написанию проекта решения».

Выработка государственной идеологии, думаю, находится именно на этом этапе. Но хорошо хоть вопрос поставили. Но, как говорил, научный руководитель моего мужа: «Если вопрос правильно поставить, он двадцать лет простоит». Так что противники всякой и всяческой идеологии могут не беспокоиться: на наш век деидеологизации хватит.
Впрочем, хочется верить, что народ наш от деградации всё-таки перейдёт к развитию. Причём развиваться нам придётся аварийным порядком – выбираясь из глубокой ямы разрухи и отсталости. Но, может, это и к лучшему: народ наш лучше всего работает в ситуации «края», когда отступать уже некуда. Вот если начнём выбираться — тогда-то без идеологии не обойтись.

ЧТО ТАКОЕ ИДЕОЛОГИЯ?

Идеология – это светская религия. А религия, в свою очередь, это система представлений о мире и человеке, принимаемая на веру без рационального обоснования и создающая твёрдые правила поведения.

Человек, имеющий веру, необычайно силён; не зря сказано, что вера движет горами. Когда видишь монастырь в Андах на высоте 3 000 метров, построенный безо всякой строительной техники в местности, где и дышать-то трудно, — начинаешь это понимать.

А когда узнаёшь, как во время войны из Запорожья вывезли на Урал домну размером с 9-этажный дом – начинаешь понимать, что вера может быть не только религиозной.

Мы живём в эпоху религиозного оскудения. В передовых народах практически никто религии не имеет, включая тех, кто сам себя полагает верующим. Религиозность стала машинальным обрядом, иногда своего рода духовной «примочкой» . Об этом хорошо сказал когда-то Эрих Фромм. Средневековый человек в отношении к Богу напоминал 8-летнего мальчика: он слушал отца и пытался поступать по его указаниям. Современный человек напоминает трёхлетнего мальчика: тот, ни о чём не думая, играет и резвится, а когда разобьёт коленку, с рёвом, бежит за утешением к отцу. А затем опять беззаботно резвится. Религиозная вера современных передовых народов не влияет на их жизнь и поступки.

Недаром религия, согласно современным воззрениям, является частным делом – что-то из области культурно-познавательных увлечений. На её место заступила светская религия – идеология. В частности, такая идеологема, как толерантность, возбраняющая не только исповедовать свою религию, но даже носить знаки принадлежности к ней. Идеология закрепляется и насаждается всей мощью государства. Так что в современной западной демократии идеология по существу играет вполне заметную роль.

Так что идеология – это система верований, на которой базируется общественная и государственная жизнь. Идеология, как и религия, отвечает на вопрос: кто мы такие, кто наши враги и друзья, кто наши герои и мученики за веру. Кто создал наше государство, что для него хорошо и что плохо, почему нет в мире лучше края, чем наш. Блестящее и очень компактное изложение советской идеологии содержится в песне «Широка страна моя родная» — в интеренете можно найти полную, не урезанную версию, это очень интересно. Французский обществовед Р.Арон называл идеологию «секулярной религией», приписывая этому выражению отрицательную окраску. Н самом деле идеология – это именно она и есть – светская (секулярная) религия. Переставая быть религией, система утверждений одновременно перестаёт быть идеологией.

Это хорошо понимал А.В. Луначарский. Он даже написал большой труд «Социализм и религия», где именно и утверждал, что социалист (настоящий) – более религиозен, чем, как он выражался, старорелигиозный человек. Социализм может вполне победить, только овладев сердцами и умами народных масс, как овладевает религия. Не случайно он разрабатывал не только догматы, но и обряды этой новой религии. Товарищ юности Луначарского Николай Бердяев откликнулся на это сочинение очерком с более острым заглавием — «Социализм как религия». Там он упрекал большевиков за то, что они в своей религии заменили братство во Христе на товарищество в дьяволе. Возможно, так оно и есть; нам важно то, что идеология – это по существу религия.

Маркс и Энгельс придавали идеологии скорее отрицательный смысл: это некое искажение действительности, мешающее её познанию, сделанное в интересах тех или иных классов («Немецкая идеология»). Исключение они делали только для идеологии пролетариата, которая, по их мнению, совпадает с философской истиной, поскольку интересы пролетариата совпадают с объективным трендом истории.

Такое понимание идеологии не кажется мне плодотворным. Идеология – не наука, и опровергать её с помощью данных естественных и иных наук – это всё равно, что опровергать таким образом религию. Идеология – это предмет веры, а не опыта в том смысле, который придают этому термину естественные науки. Идеологическая истина – сродни истине религиозной. Идеология правильная, если народ, вооружённый ею, достигает успехов в своём развитии. Под успехом в развитии народа я понимаю следующее: народ становится здоровее, не уменьшается его численность, люди становятся более умными и умелыми, поднимается бытовая культура, притом всех без изъятия, развивается наука, делаются впечатляющие открытия, процветают искусства, города и посёлки у этого народа становятся всё более чистыми и комфортабельными, народ этот занимает всё более весомое место в кругу других народов. Если система верований этого народа (=идеология) помогает ему в этом – это правильная идеология, независимо от её объективного содержания и соответствия каким-то кем-то установленным истинам. Если нет – она неправильная – опять-таки вне зависимости от чего бы то ни было.

Идеология – это система верований, сплачивающих народ и ведущих его к историческому успеху. В условиях катастрофических она помогает выжить, сохраниться в качестве народа. Именно такую роль играла традиционная религия, пока она была живой, горячей. В Южной Африке я была в музее истории буров. Там рассказывали о колоссальном переходе, который совершили буры. У них не было никаких книг или газет, была только Библия. И вечерами они читали её вслух, как боевой листок. И она вела их вперёд, и они дошли до цели. Вот такую роль играет в жизни вера. Вера – представляет собой водораздел между «возможно» и «невозможно». Это я постоянно наблюдаю в деловой среде. Деловой успех определяется весьма часто не какими-то хитрыми расчётами или действиями, а горячей верой в успех и желанием его. «Веришь ли ты, что способен что-то сделать, или веришь, что не способен, – ты прав в любом случае”. – говорил Генри Форд, и он был прав.

МОЖНО ЛИ ОБОЙТИСЬ БЕЗ ИДЕОЛОГИИ?

Когда говорят: «Не надо нам идеологии, это всё гадость, промывка мозгов, дайте людям думать, как они хотят» — это либо интеллигентская наивность, либо злой умысел тех, кто желает ослабить конкурентов. Чтобы достичь развития или хотя бы избежать деградации, людьми необходимо руководить – и в первую очередь в отношении их мышления. Всё, о чём думает средний, массовый человек, не придумано им самим, а сообщено ему в процессе воспитания и обучения. Даже такое вроде бы основанное на инстинкте явление, как любовь к родителям, — и то требует некоего обучения. «Покажи, как ты маму любишь», — говорят годовалому. Потом в детском саду он учит стихи о маме, это продолжается в школе – и постепенно он втягивается в любовь к маме как во что-то естественное и безусловное. Что же говорить о более сложных явлениях? Если кто-то считает, что Пушкин – великий поэт, а вещества состоят из молекул, то только потому, что ему это сказали и внушили. Предоставь его самому себе, и он сочтёт, что поп-автор с говорящей фамилией Деревянко пишет гораздо круче Пушкина, а про молекулы он и думать не станет.

Когда говорят о деидеологизации, речь идёт о том, чтобы расчистить поле для СВОЕЙ, т.е. для выгодной себе, идеологии. Собственно, именно так и происходило в России в процессе и после Перестройки. Нашим геополитическим противникам (как и любому противнику) выгодно ослабление нашего народа. Лучшим средством для этого является воспитание презрения к собственной стране, её истории, её деятелям – т.е. всего того, что прежде составляло источник силы народа. Надо признать, что сделано это было успешно. Моя покойная мама рассказывала, как году в 1988 она по пути в Тулу повстречала странную девушку. Ни с того ни с сего эта девушка сказала: «Как я ненавижу пожилых людей. Как увижу человека с седыми волосами – сразу думаю, сколько всякого зла они сделали». Моя мама не обиделась, а просто сильно удивилась: бывают же странные люди. А бедная девушка была просто пассивной жертвой пропаганды. Освобождённое от собственной идеологии поле немедленно занимает противник.

 

http://tochka-py.ru/index.php/ru/entry/252

1 комментарий

  • Ответить

    Действующую в настоящее время в России либеральную идеологию необходимо сменить на идеологию обновленного социализма. Вот и все!

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Поля обязательные для заполнения *