Б.Заднепровский. ТРАДИЦИОНАЛ-СОЦИАЛИЗМ

20890565-13

 

Современный кризис общества состоит в отрыве от корней, от основ, на которых зиждется та или иная общественная система: цивилизация, раса, государство, нация, социум – сословный, либо классовый, либо то, что развивается универсализмом и индивидуализмом последние 200 лет – гражданское общество. Капитализм пришел к своему концу – этот способ производства не может дальше прогрессировать, но он гипертрофируется, как больной орган, что наглядно показывает глобализация. Гипертрофии этой способствуют институты, которые также переросли из реальной экономики в экономику спекулятивную, фиктивную – биржевую. То есть, цивилизации нужен новый способ производства.

Старый – капитализм строился на базе институтов государства и нации, на традиционных ценностях второго порядка. Но экономизм требовал слишком много социальных ресурсов, он целиком подчинил духу экономики общество. И тем обозначил, что необходим новый способ производства более органичный, опирающийся на интересы социальных основ, которые он раньше эксплуатировал и гипертрофировал в империализм на основе нации и этатизма, и в глобализм на основе шаткого и размытого идеала гражданского общества – искусственной ложной универсалистской производной основой под интересы способа производства, его правящего класса. Способ производства, таким образом, стал господствовать над непреходящими ценностями – основами жизни – экономика была провозглашена базисом общественного развития. Основы сообщества – государство и нация – были подчинены способу производства – это то чего не понимают нынешние консерваторы. Развитие возвысилось над основами того, что оно развивает. То, что было подчиненным, стало знаменательным, то, что было знаменательным, подчинилось своему качеству. Вещь возвысилась над человеком. Экономика и ее агенты стали паразитировать на социуме и его глубинных основах. Буржуазный способ производства хочет подчинить себе эти основы, подменить их – стать безусловной закосневшей традицией. Это диалектическое противоречие.

Развитие не может быть Традицией. Не может довлеть над ней. Оно лишь вносит новые элементы улучшения основ, позволяет выполнить первичную задачу Традиции – сохранение сообщества. Развитие само по себе опирается на Традицию, которая является перманентной развивающей константой. Оба элемента должны быть полярны, сбалансированы, органичны – не должны довлеть друг над другом. А стремиться к уравновешиванию, а не к дисбалансу: доминированию. Если останавливается-падает развитие, груз ответственности ложится на Традицию, если рушится-падает Традиция, то развитие берет на себя ношу выравнивания – борьбы с грузом проблем. Если же та или иная часть хочет возвыситься, она попросту перекладывает груз ответственности и проблем на противоположную сторону. Рано или поздно от перегруза одна чаша этих весов не выдерживает и обрывается вниз. И другая тоже падает.

Экономическая гипертрофия привела к чудовищному дисбалансу цивилизации – к проекту безнационального, безсуверенитетного, безрасового общества – глобализму. Обществу, чтобы спастись от этого кризиса цивилизации потребуется опереться на более глубинные свои основы – на Традицию (расу и государство) и на новый способ производства, ориентированный на развитие социального ресурса, а не экономического базиса и частной собственности, как это было при капитализме. С социального ресурса необходимо снять непомерное бремя развития производительных сил. Основам же необходимо вернуть их вес и значимость. Следовательно, обществу и государству, чтобы выйти из кризиса цивилизации необходимо вернуться к Традиции, к ее высокому духу – поставить ее вновь во главе всего сущего, вернуть утраченные позиции. И для этого также нужен новый способ Развития, противостоящий старому – социализм. Рассмотрим части этого нового диалектического единства Традиции и социализма по порядку.

 

Начнем с Традиции. В данном контексте Традиция описывается не с позиций мифа или системы сакрального знания, так как существует слишком много школ и направлений. Мы рассматриваем здесь Традицию посредством структурно-функционального метода, когда система взаимоотношений базовых элементов Традиции в синхронии, становлении и эволюции лишаются своих имен, мифов и символов, и распадаются до простых структур и категорий, функций, взаимозависимостей. То есть это отход от герменевтики – толкования текстов к функционализму. Разница приблизительно как между сравнительным языкознанием и структурной лингвистикой.

Одно из самых мощнейших свойств Традиции – способность извлекать из своих глубин пассионарную мотивацию (осмысление жизни) в людях. Душа, воля, идеал доминируют над материальным, плотским, вещью, но не довлеют, а стремятся к органическому существованию сообщества, культурно-расового типа.

Вектор жизненной энергии (витализм) культурного-расового типа, то есть его пассионарность, обычно направлен на экспансию в пространстве, на современность. И именно через эту пассионарность создается перспектива будущего. Таков до сих пор естественный процесс развития сообществ. Их интересует материальное величие, грандиозность собственного возвышения. Этой динамикой определяются классические образцы «философии истории» (рождение, становление, закат) и этногенез (по Гумилеву). Проблема же угасания состоит в направленности на прогресс, на Развитие. Генон прямо указывает на то, что Развитие всегда движется по нисходящей, что связано с его цикличностью. Традиционные культуры, особенно доисторического или внеисторического типа, то есть те, что не опираются на социальную эволюцию государства и историзм развития, акцентируют свое существование через непрерывность и длительность (вечное течение). Их вектор пассионарности направлен на ось времени, а не пространства. Недостаток прогрессивной пассионарности в цикличности, в закате культур из-за невозможности дальнейшей экспансии. Недостаток традиционной пассионарности в слабости перед прогрессивной экспансией.

У современных «обществ заката» проблема именно в том и состоит, что направленность прогресса у них целиком пространственно обусловлена (борьба за ресурсы, за материальные блага). Но даже паразитическое негосударственное «рассеяние» (сеть, нетократия) уже заходит в тупик.

Очень трудно, но необходимо для сохранения нашего культурно-расового типа, направить его пассионарность в традиционное русло: цель – длительность, непрерывность. Но возникает проблема консервации и слабости перед чужими экспансиями. И здесь необходимо сдерживать разрушительные процессы именно тем, чтобы пытаться «уравнять», «успокоить», а не перегнать или с необходимостью пересилить чужую более свежую и молодую пассионарность. Нет нужды действовать в этом «уравнении» с позиций «зеркального эффекта» — отражения. Нельзя бояться отступить – оставленные позиции закрепить в традиции. Иными словами результат ранней экспансии может сжиматься, может расширяться. Главное не война, главное маневры – перегруппироваться, консолидироваться на основе живительных и неисчерпаемых истоков Традиции, и потом снова начать развитие, экспансию. В этом плане нужно поймать исторический ритм и держаться его как догмы. Принять как нечто сакральное для типа цикличность попеременного развития и стагнации время/пространство; замедление/ускорение; стабильность/прорыв. Смысл – не сводить циклические феномены к противоречию, к затягиванию или разрыву: это-то и губительно. Если кризис – надо собраться с силами, со всем накопленным опытом, сконцентрироваться в единство (палингенез), но не затягивать, если у типа есть возможность к экспансии, то есть возможность не догонять или гипертрофировать старый способ прогресса, а начать (а для некоторых и продолжить) новый этап, новый цикл, новый способ производства.

Именно в плане прогресса было бы ошибочным полагать, что Традиция – это «conservatio» — сохранение опыта и наследия предков: это лишь один из ее динамических результатов. Традиция – это в важнейшем своем аспекте восстановление и воспроизводство наследия предков, но по большей мере не социальных отношений – государственных, протокольных, сословных, ритуальных, а, прежде всего, самых первичных базовых элементов и принципов способа жизни культурно-расового типа, «этноса» или «социума»: язык, вера, ландшафт, образ, тип, архетип. Эти элементы не консервируются – они перманентные, а развиваются, с учетом изначальных опорных «символов».

Важнейшей составляющей непрерывности и трансцендентности Традиции является «символизм» (знаки) – послания предков. Это – эпос, древние хроники, предания, легенды, сказки, верования, приметы, обряды, праздники и т.д. Но сами они по себе суть оболочки наиценнейшей информации наследия, в которых заключены первородные животворящие структурные элементы и модели поведения и мировоззрения общности. Традиция как раз и состоит не в простом копировании и подражании наследию (ритуалы и прочие внешние жесты и атрибуты), а в духовной практике постижения чистоты и изначальности – света. Она есть творчество, умение жить с природой, даже управлять ее гармонией и силами. По образу и подобию этих сил (Возможно, предки могли управлять даже процессами солнечной активности). То есть Традиция должна не «сохраняться», она должна работать в живых, в современности.

Традиция – не клад, музей, не нечто хрупкое и ценное, не антиквариат – такой она становится от бездействия: утрачивается, становится бесполезной, источается коррозией времени. Традиция – это диалектическая сила, неисчерпаемый источник новой жизни, постоянно обновляющейся действительности. От чрезмерной «сакральности», таинства и сохранения Традиция забывается. И потом уходит неимоверное количество труда, чтобы восстановить лишь ее образ, оживить ее становится еще труднее: много путаницы, лакун, ложных желаний, утопических интенций. Реальнее всего оживить ее структурные элементы – мифологемы и символы – уложить их в соответствии с матрицей современности, как некие ценности и установки, пробуждающие первородную силу (витализм, пассионарность), волю к жизни.

Нашему культурно-расовому типу, особенно в России, нужна перспектива времени сегодня, а не пространства: сжатие, концентрация и восстановление сил ради длительности и непрерывности. Не надо надрываться, надо остановить гибельную экспансию через опору на Традицию. Цикличность надо принять как закономерность исторической и политической жизни, как основу общественной дискуссии, как необходимое условие для начала нового цикла развития в противоположность всем этим болезненным гипертрофиям – постистории, «концу истории», постмодернити и т.д.

 От непрерывного – Традиции перейдем к элементу Развития, к новому циклу, новому способу производства.

 

Сегодня социализм выходит на равных с Традицией на передний план истории, как необходимость развития. Поэтому он входит напрямую в дуализм с Традицией, что в немалой степени связано с гипертрофией капиталистического способа производства и крайней реакции, взявшей всевозможный хаос на вооружение. Люди подчинились вещам – способу производства, его утилитаризму и бездуховной материальной частичности настолько, что полностью пытаются отрицать расу и государство, душу и тип. Именно социализм выступил, пусть и с позиций материальных, против подчинения людей вещам. Но без духа Традиции он потерпел поражение. Но именно социализм своим созидательным развитием спасет от хаоса и крушения – «конца истории» – «вечное течение» Традиции.

Когда речь заходит об «утопичности» социализма, сразу встает вопрос, а что же было предыдущие 70 с лишним лет в СССР, что у нас на Кубе и в Китае? Утопия? Глядя на день сегодняшний России легко сделать справедливый вывод и об утопичности либерализма и либеральной демократии. Реальны пока что лишь олигархия, реакция, нажива, паразитическая Мамона. Против них только одно средство реально — «товарищ маузер». Такова справедливость идеалистов-утопистов. И она – не утопия, а историческая реальность, даже закономерность.

Социализм у русских в крови, а у властей наших в крови – феодализм, поэтому они не могут построить нормальный капитализм. Капитализм всегда, изначально был злом для русского народа. Поэтому народ и выбрал социализм, как попытку своего развития. Но эта попытка была обусловлена гуманистической основой Просвещения, которая своим универсализмом требовала полного разрушения старых основ. В свою очередь в России эти основы были чрезмерно чужды развитию, были слишком патриархальны, деспотичны, противны свободолюбивому русскому духу. Их сирийские корни отчасти были созвучны европейской душе, но известна и та их часть, разрушавшая веками культурно-расовую основу нордических народов.

Советский социализм провалился из-за того, что ложно решил целиком и полностью положиться на социальный ресурс, разрушая основы национальные, государственные, исторические с позиций материализма – главного врага Духа. Слишком была переоценена диалектика развития в ущерб метафизике Традиции. И пришлось позже вернуться к метафизическим основам, но опирающимся на материю, на почву, к сирийскому деспотизму, с его азиатским способом производства, с его чрезмерным давлением на социальный ресурс. Только жесткая рука могла удержать подобный курс развития. Развитие социалистического способа производства продолжалось до полного истощения социального ресурса, т.е. вошло в противоречие со своими же целями: социализм строится ради социального ресурса, ради людей, а стал, в конце концов, полностью оторванным от их интересов. Случилась индустриальная гипертрофия подобная западной буржуазной.

 

Социализм – не есть что-то принципиально новое, неосуществимое, утопичное. Он уже существовал как общественный способ жизни на заре человечества. Не раз о нем писали как о первобытном социализме, общинном строе. Он уже в первых цивилизациях был включен в миф о «золотом веке». Рабовладельческий строй, феодализм и буржуазная формация – были детищами цивилизации государства, прогресса экономических показателей, но не всегда духовных качеств людей. Вещи постоянно подчиняли человека в этой эволюции. Миф о Спасителе принес весть о социализме: социализм – общинный уклад, всегда шел параллельно с развитием эксплуататорских форм цивилизации государства – он был цивилизацией общества. Он прорывался в виде «демократии», «республики», он продолжал существовать в виде крестьянской общины, крестьянско-религиозной общины (старообрядцы), вольного казачества и т.д. Он двигал прогресс в виде «городов-коммун». Он был основой цехового производства, рабочей артели, профсоюзов, системы взаимного страхования и многих других социальных институтов и коллективов (университетское братство, купеческие гильдии) – все те объединения людей помимо государственных и иерархических, всех, кто был против тирании человека над человеком. То есть социализм как форма жизненного уклада человечества практически непрерывна. Это способ жизни, основанный на доверии и общинном родстве, а не на общественном договоре. Доверие – это то, что можно воспитать, договор – это то, что навязывается.

Нынче социализм должен стать институтом общества, а не быть «строем», «режимом», «формацией» — это дело далекого будущего. Как институт он должен эффективно решать три проблемы социума: нищета, безработица, организованная преступность. В его основе – принцип социальной справедливости. Наиболее развитые социально и экономически страны (Швеция, Норвегия, Дания) доказали, что честные люди и честность эффективнее прочих взаимоотношений.

Для русских социализм – уже традиционная ценность. Для нас он не просто будет, он уже был, он живет в наших сердцах сегодня, он – наш идеал будущего. Рано или поздно он восторжествует в России, но уже в новой форме, связанной со спасительной для культуры и нации высокой духовной Традицией. Сегодня исторически сложились все условия для построения органически развивающегося государства на основе двуединства Традиции и Нового Развития, которое мы назовем традиционал-социализмом. Традиционал-социализм – социализм, построенный на основе традиционализма.

 

Традиционал-социализм идейно продолжает то наследие социальной мысли, которое возникло уже в 19 в. и достигло своего пика в 20-х гг. 20 столетия. Время самого бурного исторического цикла, неимоверного прогресса, взрыва противоречий как левых идей, так и правых. Где-то между великой битвой Реакции и Хаоса (самого разного рода: национального, либерального, социального, прогресса), всеобщего стремления к тоталитарному абсолюту, появились и проблески надежды на Органичный мир. Эту надежду лелеяли и «русская революция», и «консервативная революция», романтика «фелькиш» и социал-демократия, прогрессивная демократическая мысль, в какой-то мере фашизм и национал-социализм. Мир сегодня как никогда нуждается и в сохранении самобытности цивилизационных типов, и в более экологическом гармоничном развитии.

Традиционал-социализм – коренная попытка отойти от чрезмерного диалектического антагонизма к более органическому мироустройству, где Традиция и Развитие взаимозависимы, включены друг в друга, где они готовы к взаимоподчинению в рамках исторических циклов, ведущих к дисбалансам. Традиционал-социализм пытается утвердить в социальном мировоззрении категорический императив переключения: если возник кризис развития, необходимость для стабилизации, все институты работают на Традицию; если же возник застой, косность, то, стало быть, пора переориентироваться на развитие. То есть традиционал-социализм, прежде всего, выступает против крайней Реакции – гипертрофии, абсолюта, монизма как «слева», так и «справа», соответственно и против смешений и искажений, лицемерия, хаоса, который часто выступает под видом «центра». Хаос – это тропический пояс противоречий между полярностями. Традиционал-социализм провозглашает себя органическим центром социального развития, осью между полярностями Традиции и развития.

Наиболее идеалистическое основание традиционал-социализма – это идея «вечного возвращения», состоящая из идеи «вечного течения» и «вечного становления». Главный принцип Традиции – дуализм мира, в котором сочетаются и взаимно постигают друг друга материя и дух. Основными осевыми понятиями Традиции являются раса, государство. Это метафизика Традиции. В свою очередь ее динамические основы, разворачивающиеся во времени, эволюции, истории, пространстве – нация и социум. Нация, естественно более устойчивое в отношении социума основание, однако Развитие на нее очень сильно влияет. Социум же может быть на разных исторических этапах малоподвижным или весьма динамичным в зависимости от иерархической, регламентирующей, классовой структуры и, конечно же, способа производства (исторической формации).

Таким образом, традиционал-социализм как понятие содержит в себе базовый осевой концепт Традиции, с двумя основополагающими элементами непрерывности социальной системы – государство и раса с одной стороны, и два динамических элемента становления, исторического развития и эволюции – нацию и социализм.

Либерализм, капитализм, социализм, консерватизм – системы по своей сути монистические, требующие универсализма или унитаризма в принципах единоначалия и веры в них, в их идеи. Их производные идейные ответвления либерал-демократия, социал-демократия, переснятые формы типа неолиберализма, неоконсерватизма и прочие смешанные и пересмотренные идейные синтезы – чрезвычайно эклектичны и синкретичны. Они часто приводят разные монистические принципы и ценности к искажению или подчинению в пользу одного из монизмов.

Традиционал-социализм же не эклектичен в силу своего диалектического восприятия мира как двойственности, полярности, дуализма природы, состоящего из элементов «вечного течения» и элементов «вечного становления». Проще говоря, из Традиции, олицетворяющей стабильность, и Развития (прогресса) – динамики исторического процесса.

Ранее Традиция заключалась по преимуществу в консерватизме, который был в Новое время «традиционал-капитализмом», если исследовать его с позиции двойственности, дуализма мира – главного принципа Традиции: «вечное течение» и «вечное становление». Консерватизм, однако, трактовался однобоко на ущербном принципе «охранительства», поэтому чаще всего был реакционным явлением. Традиция – это, прежде всего непрерывность. И без развития она будет стагнацией или реакцией, если элемент развития (становления) будет гипертрофическим развитием – расширением, а не ростом. Рано или поздно Традиция выхолащивается, становится Реакцией – «честь» замещается «благом».

Сторонники элитаризма и консерватизма, присваивающие себе звание ревнителей Традиции, должны признать, что консерватизм и этатизм изжили сами себя в способе производства, в элементе развития – в капитализме. Все либеральные, демократические, социалистические прививки отложили, но не решили кризиса «вечных ценностей». Основа развития исчерпала себя в этом дуализме и консерватизм стал реакционным, как и любой монизм. Он стал подчиненным своему развитию буржуазным консерватизмом. Старый элемент развития гипертрофировался и требует себе подчинения Традиции (например, олигархия, как власть способа производства), что естественно ведет к ее разрушению. Он хочет подменить элемент «вечного течения» — государство и нацию, на другой, подчиненный и чужеродный предыдущей основе, стоящий на хаотизме и универсуме. Таковым стал империализм, и его новая версия – глобализация, которая уже полностью отрицает расу, государство, нацию. Поэтому традиционная основа, ранее отстаивающая этот уже непроизводительный элемент развития сегодня должна не возвращаться к природе, изолироваться от мирового хаоса – «обращаться вовнутрь», уходить в сакральное или подпольное до лучших времен, а провозгласить новый элемент развития, которым является антагонизм капитализма – социализм. То, что было другом, стало врагом, то, что казалось врагом, станет другом.

Традиция, ее «вечное течение» и «вечное становление» — взаимозависимы и довлеют друг над другом в истории попеременно, циклически. Нынешнее становление, социальное развитие требует социализации традиционных институтов ради сохранения расы и государства, которым угрожает гегемония унитаризма (монизма) и смешения разного рода: расовая, еврейская, экономическая (ТНК и глобализация), фундаменталистская (религиозная), космополитическая. Хаос и универсум в своем стремлении друг к другу уничтожают диалектику природы как таковую. Социализм сможет реализоваться лишь, когда достигнет доверия и вовлечения в высшие ценности Традиции – станет расовым и государственным идеалом. Ему нужна эта ось, опора, одной нации уже недостаточно, тем более самого социума: социум – нетипизирующий элемент, стремящийся к открытости, то есть не может самостоятельно создать законченную форму того же социализма. Ранее капитализм добился источников силы «вечного течения» — государственной власти в рамках нации. Далее за нее боролся социализм, отрицая нацию и традицию. Этот нигилизм пришел к краху. К краху неумолимо приближается и буржуазный пессимизм. Настало время безусловного признания и диалектического движения навстречу друг к другу Традиции и ее нового Развития.

 

 http://www.proza.ru/texts/2007/09/30/266.html

 

 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Поля обязательные для заполнения *