А.Молотков. ПРАВОСЛАВНЫЙ СОЦИАЛИЗМ КАК ИСТОРИЧЕСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА

454457_601

Часто говорят, что набирающая популярность в патриотическом сообществе идея православного социализма – это химера. Что это нечто искусственно надуманное, иллюзорное и невозможное. В данной статье сделана попытка показать, что православный социализм на сегодняшний день – это объективная потребность русской истории. Если думать о будущем в контексте нашей истории, то это единственное направление, в котором просматривается позитивная перспектива.

 

Историческая неопределенность

Россия находится сегодня в неопределенной исторической ситуации. После обрушения Советского Союза и отказа от грандиозного советского проекта, который определял лицо русской цивилизации в XX веке, Россия потеряла направление своего исторического развития. В цивилизационном смысле мы уже двадцать пять лет топчемся на месте, по инерции «доедая» наследие предыдущих эпох.

Более того, если обратить внимание на русскую демографию, на вымирание исконно русских северных областей, на переход от индустриальной к сырьевой экономике, на падение геополитического статуса России, на все углубляющийся пессимизм общественных настроений, то можно констатировать – инерция исторической жизни русской цивилизации катастрофическим образом затухает. И патриотические речи «на высшем уровне», парады на Красной площади, памятники князю Владимиру, или Ивану Грозному тут ничего не меняют. Это всего лишь попытки хоть как-то «вспомнить себя», подтвердить реальность своего исторического существования, поднять свою национальную самооценку, которая очевидным  образом стремится к нулю. К настоящему новому историческому движению это не имеет отношения. Тем более это не имеет отношения к будущему.

Именно будущее России сегодня является главной неопределенностью и проблемой. Можно ли жить, не думая о будущем, не представляя хоть в общих чертах желаемое для себя будущее? Можно ли двигаться исторически, не имея направления в сторону будущего? А мы именно лишены сегодня вектора в будущее, не имеем ни каких внятных стратегических целей и устремлений. Нам хотели задать «перспективу либерализма» в ее западном варианте, но народ и патриотическая элита однозначно отвергли эту перспективу. Это явно не наш путь. Но свой путь в будущее так и не обозначен даже на уровне идеологии. Поэтому мы топчемся на месте. А это не безобидное занятие. Идет растрата жизненной энергии нации, тонуса, навыков, исторического оптимизма и т.д. – это деградация по всем параметрам, угасание исторической жизни.

Как стронуться с места? В каком направление надо приложить соборное общественное усилие, чтобы началось новое национально-историческое движение? Ответы на эти вопросы надо искать в первую очередь в самой истории, в анализе ее логики, ее закономерной поступи.

 

История объективна. Та историческая ситуация¸ в которой мы на сегодняшний день оказались, не случайна. Она предопределена нашей предыдущей историей и в этом смысле содержит в себе как отражение прошлого, так и возможность будущего. Поэтому мы можем и должны найти здесь ответы на наши вопросы о будущем. Это та первичная базовая реальность, из которой нам следует исходить, чтобы сохранить, во-первых, историческую объективность в своих рассуждениях, а во-вторых, чтобы не оторваться в те или иные свободные историософские фантазии.

Очевидно, что начаться новая российская история может только с той точки, на которой она остановилась. Однако нынешняя остановка, характеризующаяся катастрофическим обвалом предыдущей модели развития, это не просто точка временной передышки, с которой можно вновь стартовать, просто собравшись с силами. Это точка глубокого системного кризиса – точка бифуркации, где система полностью теряет свое старое качество, но еще не знает нового. Это пауза, подразумевающая качественное переформатирование системы. Теоретически здесь возможно множество вариантов и направлений развития. Однако метафизически таинственный выбор будущего предопределяется прошлым – тем генетическим кодом, тем заделом, той инерцией, которая набрана и наработана историческим прошлым системы. Т.е. история народа, нации, как и жизнь человека, несмотря на периодические кризисы фактически непрерывна, и вырастает сама из себя, опираясь на этапы своей собственной судьбы. Из этого тезиса и будем исходить, пытаясь расшифровать очередную загадку русской истории с позиций ее собственной внутренней логики.

Если принимать нынешнюю российскую ситуацию как кризисную (а иначе у нас не стоял бы так остро вопрос о будущем), то необходимо для начала определиться с тем, что же случилось с Россией, и в чем существо именно сегодняшнего российского кризиса. Привязка к исторической реальности дает на этот счет вполне определенный и однозначный ответ. В 80-ые годы XX века «развитой» советский социализм не смог удержать высокую планку коммунистического строительства и начал входить в состояние внутреннего застоя, в первую очередь в области идеологии, и как следствие, в экономике. На этом фоне в начале 90-х в атмосфере «холодной войны» с Западом в России произошел радикальный либерально-капиталистический государственный переворот, осуществленный «пятой колонной» в рядах политической элиты при поддержке главного геополитического противника в лице США. При этом Россия утратила статус «великой державы», а с ним и направление собственного исторического развития. Принципиально важным здесь является то, что данный переворот был не просто политическим, как переход власти от одной внутренней элитной группы к другой, а более глубокий – как переворот идеологический, экономический и мировоззренческий – обозначенный выше как переворот ЛИБЕРАЛЬНО-КАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ. Вот те два слова, которые наиболее полно характеризуют нынешнюю Россию в ее новом состоянии, и это именно те два слова, которые предопределяют существо нынешнего российского кризиса. Либерализм и капитализм глубоко чужды русской ментальности, русскому духовному строю, русской общинной традиции, и либерально-капиталистический «выбор» был навязан русскому народу в лихие 90-е совершенно искусственно и вероломно – методом «шоковой терапии». Если ложность и неприемлемость для России первой составляющей – либерализма – в последние годы в патриотическом сообществе осознана вполне однозначно (что и заставило поменять знак на противоположный в кремлевской риторике), то гибельность для России второй составляющей – капитализма – все еще остается до конца не понятой. Тем самым сохраняется и утверждается тот ложный путь, на котором происходит «сворачивание» и утилизация России как цивилизации имеющей собственное предназначение в истории.

Термин «капитализм», изрядно нагруженный негативом в советское время, сегодня редко фигурирует в политической аналитике и тем более в официальных СМИ, более популярно словосочетание «рыночная экономика», однако существа дела это не меняет. Мы имеем на сегодня у себя тот самый «бездушный» капитализм, который во всей красе был расписан на азбучном уровне советской пропагандой. Мы не очень этому верили. Но нынешняя действительность подтверждает все один к одному: олигархия и безработица, роскошь и нищета, конкуренция и коррупция, эксплуатация и бесправие, бандитизм и проституция, всеобщая борьба за место под солнцем, и один бог для всех – деньги. Иногда считается, что это переходный этап, что это еще не настоящий капитализм, потом все наладится как у них, — только для этого надо еще добавить либерализма. Что и делает старательно наше непотопляемое либеральное правительство. Отсюда и весь кремлевский парадокс: супер-патриотическая внешнеполитическая риторика и сугубо либеральная внутриполитическая практика (в области экономики, культуры, образования, здравоохранения и т.д.). Именно потому, что настоящего капитализма без либерализма не существует! Либерализм это идеологическая основа капитализма. Так есть ли для России перспектива на пути капитализма?

На этот вопрос в нашем случае следует отвечать прямо. От ответа на этот вопрос будет зависеть все остальное: принимаем ли мы правила игры, навязанные нам в начале 90-х, и продолжаем «движение вспять» в фарватере американского глобализма; или отрицаем капитализм как порочный принцип социально-экономического устройства, неприемлемый для русской цивилизации, и продолжаем утверждать альтернативный Западу собственный путь развития. Этот путь не подменяется патриотическими речами и показными геополитическими играми в «санкции»; он должен быть подтвержден предметно – в формате действительно альтернативного социально-экономического и культурно-идеологического государственного курса. Только такие аргументы принимает история от цивилизации всерьез претендующей на самобытность.

 

Исторические активы

И здесь мы подходим к следующему пункту наших размышлений. Объективная (и исключительная) специфика нынешней кризисной исторической ситуации состоит в том, что подобная социально-экономическая альтернатива Западу в России совсем недавно еще существовала – это Советский социализм. Причем именно эта реальная альтернативность предопределяла подлинную напряженность «холодной войны», и именно в своем содержательном социально-экономическом существе она была фактически полностью уничтожена нашим геополитическим противником. Россия как таковая (как территория) осталась, но без мощной идеологической и экономической глобальной альтернативы она превратилась в «пустое место». Такая Россия Западу уже не страшна, наоборот, в формате глобального рынка, в качестве безответного сырьевого придатка она вполне устраивает мировых архитекторов (наших новых «партнеров»).

Итак, не содержится ли в самой исторической ситуации ответ об искомой социально-экономической альтернативе? Ответ очевиден, эта альтернатива выражается одним словом – СОЦИАЛИЗМ. Это та принципиально новая для истории модель организации общественно-государственной жизни, в формате которой русская цивилизация подошла к рубежу XXI века, то, что она выстрадала и выстроила в напряженном XX веке… и что бездарно промотала в лихие 90-е.

Именно здесь, в социально-экономическом формате социализма надо искать ключевую точку опоры для разворота русской цивилизации в сторону Будущего, так как именно в этом месте в пылу либерально-рыночной вакханалии 90-х была утрачена русская историческая перспектива. Поэтому первым пунктом стратегии возрождения должен быть поставлен СОЦИАЛИЗМ в качестве базового принципа будущего социально-экономического государственного устройства. Казалось бы, какой смысл, если объективная история однажды уже отвергла социализм – неужели лишь для того, чтобы запустить его вновь? Именно так, если речь идет о социализме в его качественно новой версии.

Безусловно, «принцип социализма» в случае его возвращения должен быть существенно обновлен, модифицирован и пересмотрен в контексте нового исторического, экономического и политического опыта, простой возврат к социализму советского образца история не примет. Речь идет о Новом социализме в его новой социально-экономической конфигурации, в новой идеологической форме – но это должен быть именно СОЦИАЛИЗМ как целостная социально-экономическая система государственного устройства. При этом само слово «социализм» необходимо также произносить четко. Пока блуждающие общественные настроения и устремления к более достойному, справедливому обществу не сфокусированы в едином слове – СОЦИАЛИЗМ, будущее как цель остается размытым и неопределенным.

Это очень важный момент, требующий четкого понимания. Часто в поисках новой социально-экономической альтернативы, даже признавая неоспоримые успехи советского социалистического опыта, предлагают отказаться от употребления термина «социализм». Мотивируя это тем, что данное слово носит слишком много негативных коннотаций: связанных с тоталитаризмом, атеизмом, репрессиями, раскулачиванием, коллективизацией, уравниловкой и т.д., обильно навязанных обществу в перестроечные и постперестроечные годы либеральными СМИ. Однако это ложная установка, фактически продолжающая прятать само существо советского опыта от патриотического сознания. Ведь все достижения советского периода во всех областях (в науке, образовании, медицине, культуре, спорте, жилищном строительстве, в промышленности, в сельском хозяйстве) фундаментально предопределялись именно социально-экономической матрицей социализма. Всякие попытки уйти от термина «социализм», подменив его понятиями «социальное государство», «солидаризм», «коммунитаризм», «солидарное общество», «социально справедливая экономика» и т.д. лишь запутывают вопрос, уводя патриотическую мысль от подлинного контекста и прямого запроса истории. Если нас не устраивает нынешний, навязанный Западом либеральный капитализм, то противопоставить ему мы можем только НОВЫЙ СОЦИАЛИЗМ, как принципиально иную модель справедливой социально-экономической организации. В этом противостоянии состояла основная геополитическая оппозиция XX века, таково по-прежнему и внутреннее идеологическое противостояние в рамках российского кризиса. Этот принципиальный вопрос (эта оппозиция), несмотря на видимый крах советского социализма, еще не снят окончательно историей, как это показалось Фукуяме и его либеральным последователям. Этот вопрос лишь ушел в область общественного подсознания, в глубину народного молчания, но он по-прежнему бродит как пассионарный вулкан внутри российского кризиса, о чем недвусмысленно говорят данные соцопросов, подтверждающие парадоксальное нарастание положительного отношения к советскому прошлому, несмотря на непрерывную антисоветскую направленность СМИ. Если мы вслед за либералами отбросим, снимем эту фундаментальную оппозицию между капитализмом и социализмом в тех или иных обтекаемых формулировках (конвергенция, третий путь и т.п.), отказавшись от социализма даже на уровне термина, то тем самым бросим свою горсть земли на тот либеральный саркофаг, под которым похоронено будущее русской истории. Если же мы признаем эту оппозицию как по-прежнему актуальный вызов истории, то обретем в ней всю ту энергию, которую вложили в идею социализма несколько поколений русских людей. И если мы вновь поднимем знамя социализма как альтернативную стратегическую перспективу, то история вновь раскроет для нас свои врата в Будущее. Потому что большие Идеи не умирают, а лишь развиваются в истории, находя для своего воплощения все новые и новые формы. Социализм уже вошел в систему генетического кода русской цивилизации как исторически свершившийся выбор, и  вполне закономерно ожидать продолжения русской истории именно в русле социализма.

Социализм это не просто замкнутая, окончательно определенная в категориях марксизма социально-экономическая система, однажды в полноте реализованная в советском опыте, и в результате отринутая историей как негодная. Социализм это особая цивилизационная перспектива, характеризующаяся поиском гармоничной формы справедливого социально-экономического устройства общества, отличного от капиталистической модели государственной организации. Это этически разные направления общественного развития, по существу разные ветви цивилизации. Поэтому человеческая история не может ограничиться какими-то 70-тью годами советского опыта, чтобы окончательно списать социализм как идею из своего эволюционного резерва. Наоборот, все только начинается.

Тем более, что социализм, как «общественное бытие», по своим онтологическим основаниям значительно ближе к естественной эволюции человечества чем капитализм с его торжеством индивидуализма, так как по существу явился реакцией традиционного общества на разлагающую буржуазную экспансию модерна, разрушавшей традиционный социум. В системе буржуазного мира социализм знаменует именно нравственную революцию как возвращение к фундаментальным началам социальной справедливости, без которых невозможно общество. Если бы не существовало социалистической альтернативы в мировоззренческом и историческом измерениях, то капиталистический мир давно бы заблудился в джунглях социал-дарвинизма.

Начало капитализма – капитал и его прибыль (мамона), как базовый механизм экономической самоорганизации, определяющий все остальное – политическую, социальную и культурную «надстройку» общества. Начало социализма – принцип справедливости (или общинности) – этическое основание социальной организации, определяющее соответствующую идеологическую, экономическую и политическую систему общества. Это принципиально разные системы: в капитализме первична прибыль, т.е. экономика преодолевает этику, в социализме первична этика, т.е. этика определяет экономику.

Поэтому политическая идея социализма (принцип социализма) никак не может считаться завершенной на том или ином историческом этапе, т.к. этическая сторона человеческой истории имеет онтологически фундаментальное (религиозное) основание и стратегически неограниченную (гуманистическую) перспективу.

 

И здесь мы подходим ко второму исключительному фактору нынешнего исторического российского кризиса. На фоне повсеместной тотальной деградации российской действительности в последние три десятилетия в российском обществе проявляет себя возможно единственная положительная тенденция – зримое возрождение Православия как мировоззренческой основы русской цивилизации. Это не стоит считать какой-то особой заслугой именно нынешней либеральной эпохи. Возрождение духовно-религиозной жизни началось в российском обществе еще в начале 80-х, еще под сенью обветшавшей советской идеологии, и в этом смысле есть исторически объективный процесс возвращения русского самосознания к своим истокам. Эти истоки, как оказалось, отнюдь не пересохли за время атеистического советского периода, а продолжают питать русское сознание живой водой христианской Истины.

Тем не менее, возрождение православия в современной России происходит не однозначно. После почти векового перерыва, укрепляясь в своем институциональном качестве, церковь в то же время не может обрести достойного места в современном обществе. Православное мировоззрение не становится определяющим фактором общественных процессов, оставаясь чем-то вроде символа национальной идентичности на личном и общественном уровне. При этом сохраняется устойчивое расслоение церковного восприятия некой идеальной (оставшейся в прошлом) России и либеральной российской действительности, не имеющей ничего общего с христианскими идеалами. Совместить одно с другим фактически невозможно. Но мало кто и пытается. Потому что такое положение устраивает всех, – как церковь, сохраняющую как бы свою «независимость», и получающую при этом немалую спонсорскую помощь от сильных мира сего; так и власть, полностью лигитимизирующей через официальное единство с церковью свою либерально-рыночную деятельность. Это своего рода порочный круг, не имеющий позитивного выхода. Церковь зависает в глазах общества в неком торжественно-отстраненном пространстве, а государство продолжает неумолимо деградировать по линии, заданной реформаторами 90-х. Фактически же церковь по умолчанию делает выбор в пользу капитализма, считая, что такой порядок вещей более удобен для ее существования в этом мире.[1] Именно в этом утилитарно-конформистском смысле происходит сегодня обмирщение церкви – ее слияние с миром, в котором правит мамона. Понятно, что такое положение дел не способствует оздоровляющему изменению российской действительности в христианском духе.

Конечно, православная церковь (особенно при патриархе Кирилле) пытается наладить более глубокие связи с обществом, расширяя свое присутствие в нем по всем возможным направлениям (путем введения института священников в армии, введения основ православной культуры в школах, строительства храмов «шаговой доступности» и т.д.), надеясь, что количество когда-то перейдет в качество. Но искомого воссоединения не происходит, наоборот, зачастую наблюдается обратный эффект. Между церковью и обществом продолжает сохраняться дистанция отчуждения, скрыть которую не могут никакие совместные официальные мероприятия. В чем тут дело? В чем тогда смысл возрождения православия в современной России? Неужели в том, чтобы каким-то образом повернуть историю вспять и восстановить Россию в атрибутах православной монархии, чего недвусмысленно ожидает ортодоксальное большинство церкви? Очевидно, что нет. Наоборот, возрожденное православие должно войти именно в современный контекст истории, чтобы вновь стать направляющей духовно-мировоззренческой силой для русской цивилизации на ее нынешнем историческом перепутье.

Актуальное воссоединение церкви и общества, церкви и государства должно произойти не на официально-формальном уровне, а в духовно-идеологическом измерении, через проникновение христианской истины в структуру общественной жизни – в ее культурную, социально-экономическую и политическую реальность. А это подразумевает выход христианского сознания за пределы традиционной церковности и его актуализацию в пространстве общества.[2] Христианское сознание должно освоить это новое пространство своей религиозной ответственности через недвусмысленное определение христианских приоритетов во всех этих областях и активное курировании общественно-социальных процессов. Конституционно церковь может быть по-прежнему отделена от государства, но идеологически христианская истина должна присутствовать в общественном сознании в качестве фундаментального мировоззренческого императива. Т.е. христианская истина должна проявить себя не только в рамках церковности, но и в сфере общества, разрешив с позиции высшей духовной правды основные его вопросы. Только когда это произойдет, можно будет говорить о реальном воссоединении православия и актуальной русской истории.

Это серьезный переход. По существу это воссоединение предполагает  становление качественно нового социального христианства, появление которого пророчески ожидал о.С.Булгаков: «…Я лично думаю, что здесь мы имеем еще не раскрытую сторону христианства, и ее раскрытие принадлежит будущему. Для христианства, конечно, недостаточно приспособляться к происшедшим в жизни независимо от него изменениям… как это было и есть до сего времени. Оно призвано вести народы, пробуждать их совесть и напрягать их волю к новым целям, которые объемлются в их безмерности. Иными словами, мы чаем пробуждение нового пророчественного духа в христианстве… и на его дальнейшее возгревание уповаем в послебольшевистской России. … Речь идет о новом лике христианства общественного, о новом образе церковности и творчества церковного социального, то, что ныне называется социализмом, есть только один из внешних прообразов того изобилия даров, которые содержит в себе Церковь» [3].

 

Исторический перекресток

Таким образом, в активе в нынешней кризисной ситуации мы имеем два конкретных и мощных фактора – проверенную в деле альтернативную Западу социально-экономическую модель социализма (до времени отложенную в сторону вследствие идеологического кризиса), и фундаментальную мировоззренческую систему православия, формировавшую русскую цивилизацию на протяжении тысячелетия, и вновь открытую для ее новой исторической мобилизации. Особый момент ситуации (как историческая подсказка) состоит в том, что советский социализм потерял свою значимость для общества  вследствие краха своего идеологического основания в лице коммунистической идеологии, имевшей ярко выраженный атеистический характер; а сегодняшнее возрождение православия в качестве мировоззренческой основы российского общества, входит в разительное противоречие с либерально-капиталистической реальностью государственного устройства. В результате, несмотря на видимое официальное «торжество православия», происходит девальвация, обесценивание, выхолащивание духовных ценностей православия в режиме повсеместного компромисса христианской совести с реальностью повседневного либерально-рыночного бытия. Если учесть, что данная либерально-рыночная реальность сформирована в первую очередь с подачи наших «западных партнеров», то диссонанс, противоречивость и историческая бесперспективность подобного православно-капиталистического симбиоза становится совершенно очевидной. Признав дальнейшую бесперспективность возрождения православия в фарватере современного капитализма, нам остается произвести кардинальную переоценку навязанной нам западно-либеральной модели развития и сделать следующий шаг в поиске собственной аутентичной системы общественных отношений, отвечающей именно русской духовно-исторической традиции.

Здесь мы и выходим непосредственно на тот совершенно новый мировоззренческий перекресток, где православие и социализм встречаются лицом к лицу как два абсолютно комплементарных фактора русской истории, способных дополнить друг друга до качественно новой социально-экономической модели, и тем самым преодолеть видимую безысходность нынешнего российского кризиса. Православие в качестве духовно-нравственной основы человеческих отношений вполне способно стать для социализма новым фундаментальным идеологическим основанием (или оправданием), а социализм как социально-экономическая система справедливых общественных отношений вполне способен обеспечить православию социальную реализацию его неисчерпаемого гуманистического христианского потенциала. Если раньше волею исторического Промысла православие и социализм были разведены по разным эпохам, то сегодняшняя их встреча может стать открытием (и содержанием) совершенно новой страницы русской истории.

Близость православия и социализма осознается в первую очередь на этическом уровне: в приоритетах справедливости, любви, братства, равенства, общинности, трудолюбия, жертвенности, доброты, соборности, патернализма. На этой единой этической основе может строиться все остальное – новая социально-христианская культура, новая гуманистическая политика, новая нравственно сбалансированная экономика, новая духовно укрепленная социалистическая государственность. При этом конкретные формы ожидаемого православно-социалистического синтеза не требуют сегодня детальной прорисовки, диапазон в этой области может быть очень широк. Сегодня важно понять саму принципиальную возможность подобного воссоединения двух линий, двух измерений русской истории, и тем самым восстановления ее подлинной и актуальной перспективы. История вывела нас на этот многообещающий перекресток, и мы не можем уклониться от предложенного выбора, не предав собственную историю.

Историософская логика данного выбора имеет так же вполне читаемую проекцию. Взаимосвязь православия, социализма и ожидаемого «православного социализма» можно проиллюстрировать через классическую диалектическую триаду: тезис – антитезис – синтез. Если православие являлось для русского самосознания возвышенным религиозным представлением о мире горнем – Царствии Небесном (тезис), то советский социализм может рассматриваться как сугубо материалистическая и атеистическая попытка осуществления русским народом идеи о справедливом обществе – Царстве Божием на земле (антитезис). То и другое не обеспечило гармоничного баланса между социальными идеалами христианства и реальным общественным бытием, поэтому в устремленной к святости русской истории вполне ожидаем новый социально-религиозный мировоззренческий синтез – Православный Социализм. Именно в этом направлении сосредоточен нераскрытый пассионарный потенциал русской истории.

Советский атеистический социализм, имевший своим истоком христианскую этическую идею о социальной справедливости, но реализовавший ее на основе рациональной научно-материалистической парадигмы XX века, вполне закономерно исчерпал свой исторический ресурс. Высокое социальное совершенство достижимо лишь через духовное возрастание человека, что невозможно вне духовно-религиозного мировоззренческого компонента в самосознании человека. Именно в этой сфере советский социализм был принципиально ограничен в своих возможностях. Но это не проблема идеи социализма как таковой, а проблема советской (марксистской) идеологии коммунизма, принципиально ограниченной в своем понимании человека. Возвращение духовно-фундаментального (Бого-откровенного) христианского знания о человеке в идеологическое основание нового социализма – снимает это ограничение. Именно христианство дает социализму новый одухотворяющий идеологический импульс, способный вновь вывести его на орбиту истории.

Причем, христианство не является здесь приложением к социализму, не используется в качестве «материала» для идеологического строительства, а само выступает как активное начало и духовный источник нового социализма. Так как само христианство содержит в себе онтологически неограниченный созидательный потенциал как предвечную задачу преображения мира – «да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли». Христианство само имеет задание устроения человеческих отношений в духе любви – «да любите друг друга», и именно формы социализма являются для этого наиболее подходящим и многообещающим историческим «материалом».

 

Но правомерно ли вообще ставить вопрос о «православном социализме», предельно плотно соединяя в этом понятии религиозное и социальное измерение? В этом нет ничего противоестественного. Наоборот, все религии мира изначально имели под собой социальную проекцию, во многом предопределяя принципы организации общества. В этом состояла фундаментальная социально-организующая функция религии, во многом утраченная в Новое время в связи с падением ее общественного авторитета. Как система нравственных идеалов религия формировала единый кодекс поведения для всех членов общества, единый комплекс высших ценностей, определявших общественное согласие по множеству текущих вопросов. Все это остается в силе и сейчас, с той лишь разницей, что объединяющую социальную функцию религии еще на рубеже Нового времени взяла на себя идеология, ставшая современной секулярной формой выражения «высших ценностей» общественного сознания. Идеологии фактически стали светской формой отражения религиозно-мировоззренческого сознания общества, и в этом смысле допускают очень широкий диапазон присутствия религиозно-доктринальной конкретики в своей структуре (протестантская Америка, исламские государства Востока, либерально-атеистическая Европа, и т.д.). Это говорит о том, что идеология является гибкой системой современного выражения религиозно-мировоззренческих ценностей общества, допускающая различные степени проявленности собственно религиозного начала – от ортодоксально-религиозного, до атеистически-светского в зависимости от реального состояния общества. Поэтому какой-либо методологической проблемы в формировании современной социально-религиозной идеологии, в частности «православного социализма», не существует, всегда могут быть найдены компромиссные и сбалансированные формы выражения взаимосвязи светских и религиозных социальных смыслов. Это же относится и к вопросу о многоконфессиональности российского социума – наиболее фундаментальные, социально значимые нравственно-этические истины основных религий практически очень близки.

И все же при разговоре о синтезе православия и социализма надо снять некоторые возможные недоразумения. В первую очередь надо сразу отрешиться от буквального понимания термина «православный социализм», подразумевающего как бы формальную православную клерикализацию социализма, как бы уводящую нас в новое средневековье. Речь идет не о прямом наложении матрицы православия на формы социализма, а о мировоззренческом оправдании социализма со стороны православного сознания, выраженном в формате общественной идеологии. Идеология становится здесь промежуточным мировоззренческим буфером православно-социалистического синтеза, в котором земные социально-экономические ценности социализма находят свое высшее религиозно-мировоззренческое оправдание и поддержку с позиций христианского сознания. В этом смысле вместо «православного социализма» можно говорить о «христианском социализме», или даже о «духовном социализме», главное существо которого состоит в духовно-идеологической мотивации социально-справедливых общественных отношений. Именно в этом смысле новый социализм может быть с равной степенью заинтересованности принят основными религиозными конфессиями России. (За исключением, разве что, иудаизма, в религиозной доктрине которого помимо национальной исключительности евреев фундаментально прописано ростовщичество, как базовый принцип современного капитализма.)

В целом же новая секулярная активация религиозно-нравственный Истины христианства в социально-экономической жизни общества может означать серьезный поворот в человеческой истории, как преодоление застарелого религиозно-светского дуализма Нового времени, и выход фундаментальной религиозно-мировоззренческой социальной мотивации на актуальный уровень современной истории.

 

Дорожная карта

Если подводя итоги, попытаться обрисовать весь путь возможного перехода через нынешнюю российскую «точку бифуркации», то стратегическая линия общественно-политического процесса в движении от либерального капитализма к новому христианскому социализму в оптимальном варианте должна бы выглядеть следующим образом.

1. На первом этапе в общественном сознании вслед за отрицанием и отвержением либерализма должно произойти окончательное отторжение капитализма (или «рыночной экономики») как принципа социально-экономической организации общества. Более чем двадцатилетний опыт деградации всех сфер жизнедеятельности государства (в промышленности, сельском хозяйстве, культуре, спорте, социальной сфере и т.д.) вполне достаточный срок, чтобы в общественном сознании сформировался подобный вердикт. Фактически он уже фиксируется в соцопросах, однако отсутствие видимой альтернативы и принятие настоящей реальности как некой неизбежности формирует ощущение политической безысходности и апатии, которое старательно поддерживается СМИ. Через накачивание внешне направленной патриотической риторики, через постоянное присутствие «образа врага», через создание иллюзии единства вокруг «партии власти» и ее несменного лидера общественное сознание уводится в сторону от острейшей внутренней социально-экономической проблематики фактически определяющей наше бытие. Именно в социально-экономической области, в принципах «рыночной экономики», вероломно утвержденных в эпоху Ельцина, заложены механизмы деградации России, и именно эти механизмы продолжают определять нашу внутреннюю политику. Патриотическая элита уже привыкла прятаться от этого вопиющего противоречия за мифическим противостоянием «двух башен кремля», но когда-то с этой иллюзией надо расставаться. Многократный политический опыт (в том числе и последних выборов) однозначно свидетельствует о полном единстве «кремлевских башен» в осуществлении той стратегии, которую навязала России команда Ельцина. Признание этого факта является принципиальным предварительным условием для постановки любого вопроса о переходе к новой справедливой социально-экономической модели.

Другими словами, на первом этапе необходимо преодолеть барьер «неприкосновенности» принципа рыночной экономики как безальтернативного варианта развития России. Причем актуальное разоблачение порочной сущности капитализма должно исходить сегодня не просто с позиций традиционного марксизма (что само по себе как коммунистическая классика в этом отношении остается верным), а непосредственно с позиций христианской этики. Потому что именно на этом уровне наиболее остро обнажается несовместимость сегодняшних «рыночных отношений» и все более тяготеющего к религиозной этике общественного сознания. Если сегодня уже не актуален марксизм, во многом исчерпавший собственный импульс исторического противостояния с капитализмом, то находящееся на подъеме христианское общественное самосознание с необходимостью должно принять у него эту эстафету. Иначе подлинное христианское возрождение России будет невозможным, так как вслед за Европой и Америкой она захлебнется в апостасийном мире «всеобщего потребления».

Подобная критика базовых основ капитализма с позиций церковного христианского сознания уже идет в России полным ходом. В многочисленных работах Н.Сомина [4], В.Катасонова [5], и др. показана вся антихристианская сущность «мира мамоны», его принципиальная несовместимость с православием. Когда такое понимание станет для современного общественного сознания доминирующим, основы либерального капитализма в нынешней России зашатаются. И лишь тогда можно будет переходить к следующему этапу православно-социалистической трансформации России.

 

2. Следующий этап будет связан с переходом к промежуточной ступени относительно справедливого государственного устройства, которую можно обозначить как «социальное государство». Это та фаза, на которой наиболее одиозные капиталистические принципы экономических отношений (такие как всевластие сырьевой олигархии, банковская свобода, плоская шкала налогов и т.д.) постепенно отступают, а социалистические (такие как патернализм, национализация, прогрессивное налогообложение и т.д.) все более уверенно утверждаются в политике государства. Уже сейчас всем желательна именно такая социальная модель экономики. Более того, в ныне действующей Конституции современная Россия провозглашена именно как «социальное государство» (ст.7).  Однако реальное положение дел очень далеко от заявленного, и никаких подвижек в сторону подлинной социализации государственной политики не наблюдается. Это говорит о том, что при переходе ко второму этапу, т.е. к реальному осуществлению в России «социального государства» должна произойти серьезная политическая реорганизации (обновление) власти, которая должна будет обладать достаточной политической волей для разворота страны в сторону осуществления действительно масштабных социально-экономических перемен. Очевидно, что нынешняя власть к этому не способна.

Таким образом, если первый этап связан с процессами созревания и утверждения общественного сознания на позиции принципиального отказа от капитализма, то второй этап означает реализацию этой позиции в политической сфере. Власть должна быть вынуждена уступить общественной воле и трансформировать социально-экономическую сферу в соответствии с требованиями общества.

Очевидно, что для выражения этих требований в обществе должна быть сформирована новая политическая сила, способная реализовать новую социально ориентированную стратегию. Каким образом могут происходить политические процессы на переходной стадии, сегодня неизвестно. Ясно лишь, что определенных политических потрясений не избежать, так как нынешние «держатели акций» так просто от своих ничем не ограниченных привилегий не откажутся. Но речь не идет о революции, как радикальной смене общественного строя; «социальное государство» это именно переходная, буферная зона для постепенной перестройки общественно-экономических отношений; при определенных условиях перевод вектора общественно-государственного развития в сторону «умеренного социализма» может произойти относительно мирно.

С другой стороны, второй этап (социальное государство) в контексте перехода к новому христианскому социализму необходим как этап дозревания общественного сознания до понимания необходимости двигаться дальше, к более совершенному в нравственном отношении социальному устройству. Подлинно христианское преображение социально-общественной жизни не может произойти вдруг, просто путем тех или иных политических преобразований, чтобы сразу «из грязи и в князи». Идеалы будущего христианского социализма потребуют для своего осуществления зрелого общественно-христианского сознания, т.е. формирования устойчивого религиозно-секулярного мировоззренческого поля, в котором различные вопросы общественной жизни найдут свое духовно обоснованное рациональное решение. Именно в рамках социального государства на базе открытого диалога церкви и общества, политики и культуры, на стыке одухотворенной теории и обновленной практики должна окончательно проявить свои контуры и получить общественное признание ИДЕОЛОГИЯ будущего христианского социализма. Лишь на основе этой идеологии можно будет двигаться дальше.

 

3. Третий этап это и есть собственно Новый социализм. По существу это уже область искомого Будущего, и именно идеология первой проникает в его таинственное пространство. Уже сейчас она прокладывает туда дорогу. Идеология задает направление в будущее, и она же приближает его, становясь центром притяжения для общественного сознания. Поэтому уже сейчас должна начаться работа по утверждению позиций, приоритетов и целей Идеологии Будущего. Причем эта работа касается всех… Подлинная национальная идеология не создается формальным образом какой-то «группой экспертов», а формируется соборным разумом нации как выражение ее исторической воли на данном этапе истории, на основе внутреннего духовно-генетического кода и пережитого исторического опыта. Это глубоко метафизический сверхрациональный процесс. Идеологи, политологи и философы могут лишь выразить в тех или иных формулировках, с той или иной степенью точности глубинные интенции национального сознания, объединив их в понятия-символы. В разные эпохи это были идея «Москвы — Третьего Рима», формула «православие, самодержавие, народность», светлое будущее Коммунизма. И сегодня национальное самосознание мучительно ищет новую формулу русского Будущего, способную стать спасительным компасом для выхода из исторического тупика.

Одной из наиболее емких и перспективных формулировок в этом отношении является идея «православного социализма». Этот термин уже достаточно давно фигурирует в российском политологическом пространстве, и в этом смысле уже сейчас может быть принят в качестве искомого стратегического ориентира для патриотического сознания. Несмотря на некоторую внутреннюю условность, о которой говорилось выше, эта идеологема фокусирует в себе две важнейшие сущности русской истории – православие и социализм, утверждая возможность их нового исторического синтеза. Исторический потенциал, заложенный в этом понятии, неисчерпаем. Причем это касается не только России, но и самой человеческой цивилизации.

К началу XXI века в человеческой цивилизации накопилось множество проблем, грозящих этой цивилизации гибелью. Наиболее острые и болезненные вопросы связаны с фундаментальным дисбалансом (отчуждением) между духовным миром человека и неуправляемым миром техносферы, разгоняемым гонкой потребления. Глобальная капиталистическая система, опираясь на греховное начало в человеке (эгоизм, мамона, потребление), формирует бездушную и внутренне агрессивную социальную среду, в которой исчезает человек  как «образ и подобие Божие». По существу это антихристианская система. Политика, экономика и культура в этом мире держатся на лжи, лицемерии и пороках, причем, способности к самоочищению данная система не предполагает. Вывести цивилизацию из тупика может только радикальная альтернатива.

Для чего же Россия двадцать пять лет назад вошла в этот капиталистический «цивилизованный мир»? Неужели для того, чтобы задохнуться в его смраде и исчезнуть с исторической арены, предав идеалы собственной истории. При чем тут тогда Святая Русь? Думается, смысл именно в том, чтобы предложить миру альтернативу. России было необходимо окунуться в мертвые воды капитализма, чтобы мобилизовать свои внутренние духовные силы на полное и окончательное преодоление этого социально-исторического зла. Опыт советского социализма в этом отношении оказался половинчатым, атеистическое начало советской идеологии сковывало возможности социализма в деле преодоления соблазнов капитализма. Новый религиозно одухотворенный социализм, закладывающий в свою идеологическую доктрину фундаментальное христианское основание, обладает в этом отношении несоизмеримо большими возможностями. В реализации этой потенциальной перспективы и состоит русская альтернатива – миссия России в XXI веке. [6]

Главное достоинство нового социализма – его мировоззренческая полнота, гармонизирующая все сферы человеческой деятельности в соответствии с онтологической природой мироздания, как она задумана Творцом. Только такая позиция по большому счету может спасти человеческую цивилизацию от гибели. Именно в этом аспекте новый социализм открывает принципиальную возможность разрешения главных противоречий современной эпохи на основе восстановления утраченного единства человеческого духа и человеческого разума, политики и нравственности, личности и общества, науки и религии, этики и экономики, природы и техносферы.

Новый социализм это выход в новое пространство истории. Здесь начинается действительно сознательная человеческая история, (ноосферный духовный социализм по А.Субетто [7]), характеризующаяся новым расцветом человеческой культуры, гармонией человека и природы, и дальнейшим раскрытием самой человеческой природы как «образа и подобия Божия».

 

Ссылки:

  1. Н.Сомин. Уранополитизм и капиталофилия. (http://chri-soc.narod.ru/Uranopolitizm_i_kapitalofilia.htm)
  2. А.Молотков. Позитивная секуляризация: от религиозного к социальному (http://novsoc.ru/a-molotkov-pozitivnaya-sekulyarizatsiya-ot-religioznogo-k-sotsialnomu/)
  3. Булгаков С.Н. Православие. — Киев, 1991. С.212-213
  4. Сомин Н.В. Православный социализм как русская идея. М. 2015.
  5. Катасонов В.Ю. Религия денег. Духовно-религиозные основы капитализма. М. 2013.
  6. Молотков А.Е. Миссия России. Православие и социализм в XXI веке. СПб. 2008.
  7. А.Субетто. Образ будущего – ноосферный экологический духовный социализм. (http://www.trinitas.ru/rus/doc/0033/001a/00331779.htm)

Комментарии (17)

  • Сергей

    04 янв 2017

    Ответить

    Стратегически подход автора верен в том, что истинные православные ценности находятся в полной гармонии с идеей обновлённого социализма, чего не скажешь о социализме советском. Однако на пути реализации такого проекта нужно понимать, что Церковь на протяжении всей своей истории была проводником интересов классового общества, а христианские ценности проповедовала лишь на личностном уровне, спасая тем самым классовое общество от бессмысленного и беспощадного бунта. Как может измениться в этом отношении Церковь, и возможна ли вообще без неё широкая пропаганда истинного христианства в делах общественного устройства? Ответа на этот вопрос пока нет.      
     
    Автор статьи правильно говорит, что выход из тупика - обновлённый социализм. Однако при построении оного необходимо избавиться от мифов и ложных стереотипов прошлого. Например, рыночная экономика и капитализм - это не слова синонимы. Смешанная экономика (плановая и рыночная) как раз и должна означать то новое, что делает социализм обновлённым, поскольку реализует не только экономическую, но и политическую свободу для всех граждан страны. В социалистической смешанной экономике отсутствует частная собственность на средства производства, а значит и эксплуатация человека человеком, обеспечивается полноценное и бескризисное развитие экономики при справедливом распределении доходов между трудящимися. Если такую свободу не обеспечить, а при полностью централизованной системе управления страной так обязательно и будет, то, во-первых, станет невозможным народовластие, поскольку возникнет бюрократическая система типа партхозноменклатуры в СССР, что и станет так называемой элитой страны, во-вторых, будет обеспечено всё возрастающее экономическое и технологическое отставание от других стран с последующей реставрацией классического капитализма. Всё это уже проходили.
     
     
    Капитализм наполняет отрицательным смыслом все понятия, будь то демократия, свобода, гуманизм, прогресс или рынок.

  • Сергей

    04 янв 2017

    Ответить

    В буржуазном  обществе во всех экономических словарях и энциклопедиях капитализм связывают с рыночной экономикой. При этом имеется тенденция полного замещения слова капитализм на свободную рыночную экономику. Социализм же наоборот связывают исключительно с командно-административной системой. Очень хитрый ход со стороны буржуазной пропаганды, который пытается спрятать главный порок буржуазного общества (частную собственность), что как раз и означает сущность капитализма, и одновременно скомпрометировать социализм, приписывая ему то, что обязательно приводит к стагнации, тоталитаризму и возвращению к капитализму в ещё худшей редакции, поскольку всё нажитое народом непосильным трудом будет бесплатно приватизировано.
     
    В СССР 90 г.г. были не рыночные реформы, а реставрация капитализма. Поправку в Конституции СССР о введение частной собственности на средства производства подготовил и подписал М. С. Горбачёв, что равносильно измене родине.   

  • Сергей

    05 янв 2017

    Ответить

    В 70г.г. прошлого столетия в СССР в высших эшелонах партийной и советской власти возникла дискуссия по поводу реформирования системы экономического управления страной.  Видимо, уже тогда появились первые признаки стагнации и негативных явлений в экономике, связанные с нарастающей технологической отсталостью. Обсуждались два варианта. Первый - действующая командно-административная система, второй - хоть и жалкая пародия, но всё-таки некоторое приближение к рыночным реформам, поскольку при нём предполагалось предоставить предприятиям некоторую свободу в хозяйственной деятельности с переходом на хозрасчёт. Хотя о социалистическом рынке труда с отменой системы назначений сверху речь не велась.  С подавляющим перевесом победили представители первого варианта.
    Логика победивших вполне понятна. Стоит чуть-чуть ослабить вожжи и можно потерять всю власть над обществом, а они уже так привыкли к полному всевластию. Поэтому корыстные личные интересы перевесили интересы страны. Вот откуда началось окончательное поражение советского социализма, хотя чисто внешне (идеологически и экономически) ситуация была вполне благопристойная. Сколько раз такую ситуацию не повтори, результат будет всегда один - предательство.
      В конце 80 г.г. партийное и советское руководство прекрасно знало, что "Титаник" под названием СССР уже тонет, поэтому стояли у кормы в "ожидании шлюпок". Сохранить своё господство легко, только для этого  теперь потребуются большие деньги. Нет проблем! В стране, где нет народовластия, для несменяемой элиты ничего невозможного нет. Сколько надо, столько и сделаем.
      В стране, где есть народовластие, таким действиям был бы поставлен тройной барьер, преодолеть который невозможно.
       Во-первых, сменяемость управленческой элиты через выбор из числа достойных. Такой "элиты", которая сформировалась в СССР, просто близко не было бы у власти.
       Во-вторых, решения по смене государственного строя не могла бы принять и подписать кучка людей на вершине власти. Для этого потребовался бы референдум, обязательный для исполнения. Просто такое было бы законодательство.
       В-третьих, если "элита" попытается обойти закон, то она встретится с массовыми акциями гражданского неповиновения и будет низвергнута.
      Ничего подобного, как известно, в СССР не происходило, поскольку не было подлинного народовластия, а власть была узурпирована несменяемой элитой. Это вполне закономерно, так как командно-административная система всегда порождает такую форму власти.
     
      Для предотвращения этого необходима демократизация экономической жизни общества, которой, естественно, нет и не может быть в буржуазном обществе, и не было при советском социализме.
            

  • андрей

    19 янв 2017

    Ответить

    «На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; итак все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают» (Мф.23:2-3).
     
    В данном своем комментарии хочу порассуждать на такой очень непростой и далеко не праздный вопрос, который в своем комментарии правильно поставил Бахматов Сергей: «Как может измениться Церковь (которая на протяжении всей своей истории была проводником классового общества) и возможна ли вообще без неё широкая пропаганда истинного христианства в делах общественного устройства»?
    С этой целью хотелось бы рассмотреть не только  вышеприведенную статью А. Молоткова «Православный социализм как историческая перспектива», но и предшествующие ей его статьи «Позитивная секуляризация: от религиозного к социальному» и «Коммунизм и реформация», пронизанные одной идейной нитью, а также - статью Н. Сомина «Экономические заметки. Парад идеологий», которые в той или иной степени также пытаются найти ответ на данный вопрос.
    Понимаю, что наши человеческие рассуждения по данному вопросу окажутся субъективными, так как, как говорится: «Человек предполагает, а Бог располагает», а также: «Пути Господни неисповедимы». Тем не менее считаю, что игнорировать этот вопрос будто его не существует вовсе – будет означать не - наше отстаивание Христовой истины, а - наше «давание святыни псам и свиньям» (Мф. 7:6).
    Хочу начать с самой ранней из перечисленных статей А. Молоткова «Коммунизм и реформация». Честно скажу - данная статья показалась мне действительно очень глубокой по смыслу. Глубокой, и как мне кажется, до сих пор – не оцененной, не осмысленной как следует российским читателем. А ведь смысл данной статьи во многом вскрывает причину  нынешнего трагического, кажущегося  абсолютно безвыходным  «нравственного» состояния нашего российского общества.
    Если говорить вкратце, то этот смысл в следующем.
    Если Западная Европа в силу сложившихся исторических условий пять сотен лет назад пережила Реформацию христианской церкви (которая повлекла за собой появление протестантизма и эпоху Просвещения), то Россия – так и не пережила. Правильнее сказать – пережила, но уже в явно атеистическом варианте  в виде Революции 1917 года. К сожалению Россия в своей истории по-сути перепрыгнула период, аналогичный периоду Реформации церкви на Западе. «К сожалению» потому, что ведь кроме таких негативных результатов как либерально-буржуазные революции и нынешняя протестантская этика капитализма, этот период принес Европе и эпоху Просвещения – развитие культуры, искусства и науки, прорвав теократическую плотину глубокого невежества и обскурантизма (мракобесия), поддерживаемого церковной инквизицией. Было немало правильного и в обличении живущему вопреки заповедям Нового завета клиру католической церкви и в изучении и анализе Священного Писания, позволившего ранним западным протестантам очень верно прийти к следующим трем реформам христианства: 1) к поиску утраченной в результате симонии благодати Святого Духа – как главнейшего Водителя человека в истине, 2) к избавлению от внешней обрядности и переходу к внутренней духовности, 3) к избавлению от католического духовенства в качестве посредника между духом человека и Духом живого Бога.
    Другое дело, что правильные начинания западных протестантов привели их к абсолютно ложным выводам и результатам – к полному оправданию человеческой корысти и гордыни (как успеха и процветания) путем выдергивания нужных лукавому человеческому уму цитат из общего контекста книг Библии.
    Но данный плачевный результат западного протестантского религиозного движения не говорит о том, что первоначальный смысл этого христианского протеста был не правильным. Ведь абсолютно правильным (и праведным) было возмущение католических мирян продажами индульгенций (прощения грехов), продажами благодати Духа Святого (симонии), развращением клира ничем и никем не ограниченными корыстью, гордостью и похотью, инквизиционными «судами» с жесточайшими пытками и казнями всех людей, проявляющих интерес к науке и знанию (а значит – и к истине), в которых погрязло католическое священство. Другими словами, абсолютно правильным был протест западных христианских мирян против крайнего несоответствия написанных в Новом завете заповедей Христа с той жизнью их «пастырей», которые и должны были своим жизненным примером демонстрировать этот завет в повседневной жизни.
    В российской истории не было нормальной реформации Православной церкви, которая избавила бы русское православие от чрезмерного увлечения внешним обрядничеством и служением букве закона в угоду внутренней духовности, которая вернула бы православных христиан к забытой ими благодати Духа Святого, которая критически пересмотрела бы все искажающие Христово учение  работы некоторых отцов Священного Предания и вернула бы ему первоначальное апостольское толкование евангельских истин. 
    Ничего этого к сожалению в истории России – не было. А что же было?
    Вот как об этом пишет в ст. «Коммунизм и реформация» А. Молотков: «Если в Европе идеологическая секуляризация происходила относительно постепенно (через эпохи Ренессанса, Реформации и Просвещения), то в России, не знавшей периода подобной адаптации, идеологический переход произошел в форме радикального переворота: Церковь была полностью отстранена от общества, и вся «религиозная власть» перешла к научным постулатам коммунизма.
    Данный переход не был, конечно, спонтанным, а имел собственные духовно-мировоззренческие предпосылки. Он подспудно вызревал в русском обществе весь XIX век: в духовном напряжении русской литературы, в мировоззренческих поисках интеллигенции, в первых шагах русской религиозной философии, в социальном накале общественной мысли... Поэтому коммунистическая идея, теоретически созревшая на ниве европейского просвещения, была встречена в России как новое Откровение – одновременно социальное и религиозное».
    «При этом сам процесс мировоззренческой трансформации происходил вполне классически. Дух и идеи европейского просвещения восприняла и переосмыслила в себе в первую очередь русская культура (литература, общественная мысль, религиозная философия), взлет которой в XIX веке и стал фактически русским культурным Ренессансом, изнутри предвосхитившем грядущую Реформацию. Сама культура, а не только политика, взывала к глубокой мировоззренческой и социальной перестройке российской действительности».
     «В контексте Нового времени русский коммунизм стал русской религиозной Реформацией XX века – с той лишь разницей, что произошла она не в рамках классической религиозности (как в протестантизме средневековья), а в радикальной атеистической форме, как продолжение и завершение европейской традиции Просвещения. В этом и весь ее парадокс! С одной стороны утверждение христианских по существу идей братства, равенства, справедливости, стремление к идеальному «светлому будущему», а с другой – полное отрицание Церкви и самой христианской веры».
    «Но это вовсе не «демоническое» свойство коммунизма, а диалектический момент истины: итог наложения зрелых решений европейского просвещения на застарелый кризис русской церковности и государственности. Российское общество к началу XX века во многом еще оставалось «средневековым» (монархия, поздняя отмена крепостного права, включенность Церкви в систему государственного аппарата), поэтому его радикальная идеологическая перестройка по инерции сохранила многие формы традиционного общества».
    Мы должны быть честными по отношению к нашей истории.
    Ведь это истинная правда, что так сильно обожаемая нашими современными православными монархистами дореволюционная Россия 19 века представляла собой по-сути темное «средневековье», в котором рабство, именуемое «крепостным правом», было отменено лишь несколько десятилетий назад после начала 20 века (в то время как в Западной Европе – 500 лет назад).
    Правда и то, что подавляющее большинство российского народа – крестьяне жили тогда в страшнейшей нищете, обираемые помещиками, дворянами и царем (и православным духовенством), и находились в глубочайшем дремучем невежестве, в котором их на протяжении всей истории России держало православное священничество.
    Правда и то, что практически целых 100 лет до Революции, лучшая часть российского дворянства, осознавшая всю несправедливость такой жизни православного общества и крайнего несоответствия ее заповедям Христа, боролись с этим несоответствием, пытаясь пробудить народ от спячки невежества и от покорности рабству.
    И эти попытки пробудить в русском народе чувство собственного достоинства, отучить его от раболепной покорности судьбе и нечестивым властям, просветить его дремучее невежество – мало что дали, так как за эти 100 лет русский народ в большинстве своем так и не пробудился.  И надо признать, что эти попытки благородного дворянства достучаться до народного разума не были изначально радикальными. Напортив, практически на протяжении всего 19 века они не теряли связи с христианским православием. И лишь убедившись за это столетие - на чьей стороне находится Православная церковь в этом российском Ренессансе, и интуитивно правильно распознав в этой церкви «лжепророка» из «Откровения Иоанна Богослова», дворянство перешло на радикальный атеистический путь российской реформации.
    И поэтому, как пишет А. Молотков: «Русская реформация явилась как Революция! Ее Лютером стал – Ленин, а новым религиозным учением – марксизм. Хорошо это или плохо? – не тот вопрос. Реформация (религиозная, социальная, политическая) была в России неотвратима».
    В этом и состоит величайшая трагедия русской истории!
    Если бы дореволюционная русская Православная церковь в лице клира осознала все те несоответствия жизни угнетенного православного народа с требованиями заповедей Христа и встала бы на защиту этого народа от властьпридержащих России – возможно все в русской истории сложилось бы иначе.
    И сегодня сказать, что Православная церковь этого несоответствия не знала – это бессовестно лгать. Ведь как правильно указал А. Молотков, сама русская культура взывала к этому. Достаточно вспомнить сказку А. Пушкина «О попе и его работнике Балде». Но русский православный клир уже давно выбрал - на чьей он стороне: на стороне частной собственности, на стороне защитников крепостного права, на стороне властьимущих. Более того, русский православный клир являлся одним из главных и обязательных механизмом этой страшной системы угнетения «ближнего своего» – он был усыпителем и запутывателем мозгов народа.
    Но как выйти из этой ситуации сегодня?
    Об этом А. Молотков попытался рассказать в своей следующей ст. «Позитивная секуляризация: от религиозного к социальному». Главным предлагаемым им способом выхода из сложившегося положения является – секуляризация (позитивная секуляризация).
    Вот что он пишет.
    «Упадок традиционной церковности в современном мире – объективный и неизбежный процесс… Но это не значит, что религиозное в этой цивилизации полностью вытесняется и исчезает… По существу в основании всех социальных ценностей лежат ценности религиозные, и все они в то или иное время были внесены в социум именно через механизм секуляризации. Поэтому и дальнейшее христианское совершенствование социальных отношений в современном мире подразумевает секуляризацию христианской Истины на новом уровне человеческой истории. И это надо принять … как практическую историческую цель и задачу».
     «Советская эпоха не осознала себя как явление русской христианской Реформации… Радикальный разрыв с собственно христианским началом коммунистической идеи, с ее бездонным религиозным содержанием, девальвировали саму идею, фактически оставив новый «мир социализма» без подлинного религиозного освещения. …Свет в итоге потух. Секулярный религиозный импульс, имманентно присутствовавший в душах первых поколений советских людей, обеспечивающий позитивный жизнеутверждающий энтузиазм и социальную жертвенность, оставшись без подпитки, достаточно быстро иссяк…»
    Продолжение следует.

  • андрей

    19 янв 2017

    Ответить

    Продолжение.
    «Хотим мы того или нет, но мы уже вступили в новую эпоху и назад пути нет. Единственное, что нам остается, это исправить «религиозную ошибку» советского коммунизма и восстановить тем самым стратегическое направление своей истории… Религиозная ошибка советского коммунизма состоит в радикальности секулярного разрыва между христианством и коммунизмом выраженного в форме воинствующего атеизма. Поэтому ее исправление подразумевает восстановление духовно-религиозной связи между тем и другим на уровне нового идеологического понимания. Применительно к сегодняшней России, это означает переосмысление и оправдание позитивного наследия советского времени (в области культуры, экономики, социальной сферы и т.д.) в контексте христианских смыслов и ценностей. Возвращение духа христианства в опустевшие формы советского социализма, через секулярное утверждение его объективной христианской правды, способно возродить идею социализма уже на новом идеологическом, политическом и историческом уровне».
    Таким образом, А. Молотков под«дальнейшим христианским совершенствованием социальных отношений в современном мире подразумевает секуляризацию христианской Истины на новом уровне человеческой истории», что «применительно к сегодняшней России, означает переосмысление и оправдание позитивного наследия советского времени в контексте христианских смыслов».
    Далее А. Молотков объясняет – кто и как должен произвести эту положительную секуляризацию.
    «Главным вопросом на этом пути остается методология. Каким образом религиозная истина православия может быть привнесена в социально-экономическую жизнь общества? Данная статья по существу отвечает на этот вопрос: методология перехода – позитивная секуляризация.
    Построение православного социализма нужно понять как именно духовно-секулярную задачу, как светскую христианскую миссию в современном миреЭто не «церковный» вопрос и не «церковная» задача. Вопрос не стоит о воцерковлении экономики, идеологии или политики – это невозможно в сегодняшних реалиях, да и вообще, последние попытки тотального воцерковления общественной жизни можно увидеть лишь в теократиях средневековья. Эта заманчивая перспектива уже отработана историей. Всякие попытки реанимации теократических механизмов государственного устроения (подобно сегодняшней повсеместной церковной надежде на православную монархию, в том числе и для построения православного социализма) – есть ложный иллюзорный путь. Вопрос христианского устроения общественной жизни это собственная задача современного христианского сознания, требующая включения не церковных (клерикальных), а непосредственно светских механизмов социальной самоорганизации. Надо понять это как творческую духовно-политическую задачу – и приступить к ее выполнению.
    Поэтому не стоит ждать от церкви осуществления идей православного социализма — это сугубо мирская задача (задача мирян, а не клира)… Даже в самом общем определении православного социализма как «православной идеологии и социалистической экономики», понятие «православная идеология» надо понимать условно, как секулярную форму выражения базовых истин православия в области антропологии, социологии, политики, экономики и культуры, а не в каком-то прямом теократическом церковно-клерикальном варианте, как может показаться на первый взгляд…. Другими словами, церковь не сможет стать, наподобие КПСС, руководящей идеологической (а тем более практической) матрицей православного социализма, а сохранит свое традиционное статус-кво в качестве независимого духовно-религиозного института».
    Как видим, в понимании А. Молоткова исполнителями позитивной секуляризации христианской истины должны стать наиболее прозревшие в этой истине православные миряне. И ясно, что наиболее прозревшими оказались те православные миряне, которые пришли к осознанию полного отсутствия противоречий между учением Христа и идеей устроения общества на социалистических (коммунистических) принципах справедливости, равенства, братства, то есть – те миряне, которые полностью разделяют идею будущего общества как «православного (христианского) социализма».  Более того, он подчеркивает, что «это не «церковный» вопрос и не «церковная» задача», на корню пресекая мысль об участии в этом процессе православного священноначалия (клира), а также – опровергая иллюзию построения теократического (или клерикального) типа общества, в котором главенствовало бы духовенство.
    И это абсолютно правильно, ведь западную средневековую теократию, проявившуюся во всевластии папы римского и католического духовенства в повседневной жизни людей, человеческая история уже проходила. И как мы помним, симфония Католической церкви и европейских государств – не принесла никакого духовного прозрения и духовного совершенства народам этих государств. Напротив, этот период принес западным мирянам дополнительные разорения и поборы от церковного духовенства сверх тех, что они уже терпели от феодалов и королей. Кроме того, он привел и к полному блокированию развития науки и образования, и соответственно к воцарению невежества и мракобесия в умах людей.
    Поэтому, на мой взгляд, абсолютно правильно и критическое отношение А. Молоткова к такому нынешнему представлению будущего российского общества «православными патриотами», как обществу православной теократии, православной симфонии Церкви и государства, православной монархии. Как говорится: «Не дай Бог!» К тому же в сегодняшней России все это практически уже есть: и симфония Православной церкви и либерально-капиталистического государства, и практически безраздельная власть в церкви «Святейшего» Кирилла, да и Путина уже многие именуют царем. А некоторые из «патриотов» РНЛ всю эту «мешалду» еще умудряются назвать «православным социализмом» (статьи А. Казина «Царь Путин?» (10.10.2011), «Владимир Второй» (14.03.2015), «Государь» (26.03.2015), «Что такое православный социализм?» (15.08.2016)). 
    В своей следующей статье «Православный социализм как историческая перспектива» А. Молотков продолжает развивать ранее озвученные мысли.
    «Возрождение православия в современной России происходит не однозначно… Православное мировоззрение не становится определяющим фактором общественных процессов, оставаясь чем-то вроде символа национальной идентичности на личном и общественном уровне. При этом сохраняется устойчивое расслоение церковного восприятия (между) некой идеальной (оставшейся в прошлом) России и либеральной российской действительности, не имеющей ничего общего с христианскими идеалами. Совместить одно с другим фактически невозможно. Но мало кто и пытается. Потому что такое положение устраивает всех, – как церковь, сохраняющую как бы свою «независимость», и получающую при этом немалую спонсорскую помощь от сильных мира сего; так и власть, полностью лигитимизирующей через официальное единство с церковью свою либерально-рыночную деятельность. Это своего рода порочный круг, не имеющий позитивного выхода… Фактически же церковь по умолчанию делает выбор в пользу капитализма, считая, что такой порядок вещей более удобен для ее существования в этом мире. Именно в этом утилитарно-конформистском смысле происходит сегодня обмирщение церкви – ее слияние с миром, в котором правит мамона. Понятно, что такое положение дел не способствует оздоровляющему изменению российской действительности в христианском духе»…
    «Конечно, православная церковь (особенно при патриархе Кирилле) пытается наладить более глубокие связи с обществом… Но искомого воссоединения не происходит, наоборот, зачастую наблюдается обратный эффект. Между церковью и обществом продолжает сохраняться дистанция отчуждения, скрыть которую не могут никакие совместные официальные мероприятия. В чем тут дело? В чем тогда смысл возрождения православия в современной России? Неужели в том, чтобы каким-то образом повернуть историю вспять и восстановить Россию в атрибутах православной монархии, чего недвусмысленно ожидает ортодоксальное большинство церкви? Очевидно, что нет… Актуальное воссоединение церкви и общества, церкви и государства должно произойти не на официально-формальном уровне, а в духовно-идеологическом измерении, через проникновение христианской истины в структуру общественной жизни – в ее культурную, социально-экономическую и политическую реальность. А это подразумевает выход христианского сознания за пределы традиционной церковности и его актуализацию в пространстве общества»…
    «Т.е. христианская истина должна проявить себя не только в рамках церковности, но и в сфере общества, разрешив с позиции высшей духовной правды основные его вопросы. Только когда это произойдет, можно будет говорить о реальном воссоединении православия и актуальной русской истории.
    Это серьезный переход. По существу это воссоединение предполагает  становление качественно нового социального христианства»…
    Если в предыдущей своей статье А. Молотков не дает пояснения: почему распространение идей православного социализма (а по-сути – истины Христовой) в умах русского народа – это задача мирян, а не клира, то уже в этой статье такое пояснение есть. Именно оно звучит в вышеприведенном фрагменте. Православная церковь (ее клир, духовенство) «не может стать руководящей идеологической матрицей православного социализма» потому, что «она по умолчанию делает выбор в пользу капитализма, считая, что такой порядок вещей более удобен для ее существования в этом мире».  И «такое положение устраивает всех, и церковь и власть».
    Далее А. Молотков снова предостерегает нас от буквального понимания православного социализма, как «прямого наложения матрицы православия на формы социализма», как «симфонии» нынешних РПЦ и КПРФ с их застывшими мировоззренческими представлениями и идеологиями, что как раз и стало бы «формальной православной клерикализацией социализма».  Он пытается донести до нас, что смысл идеологии православного социализма в «мировоззренческом оправдании социализма со стороны православного сознания».
    «При разговоре о синтезе православия и социализма надо снять некоторые возможные недоразумения. В первую очередь надо сразу отрешиться от буквального понимания термина «православный социализм», подразумевающего как бы формальную православную клерикализацию социализма, как бы уводящую нас в новое средневековье. Речь идет не о прямом наложении матрицы православия на формы социализма, а о мировоззренческом оправдании социализма со стороны православного сознания, выраженном в формате общественной идеологии. Идеология становится здесь промежуточным мировоззренческим буфером православно-социалистического синтеза, в котором земные социально-экономические ценности социализма находят свое высшее религиозно-мировоззренческое оправдание и поддержку с позиций христианского сознания. В этом смысле вместо «православного социализма» можно говорить о «христианском социализме», или даже о «духовном социализме», главное существо которого состоит в духовно-идеологической мотивации социально-справедливых общественных отношений».
    Продолжение следует.

  • андрей

    19 янв 2017

    Ответить

    Продолжение.
    Теперь хотелось бы перейти к рассмотрению ст. Н. Сомина «Экономические заметки. Парад идеологий». Он также как А. Молотков, понимает, что наш православный клир («батюшки») и православно-монархическая интеллигенция («патриоты») – не признают (и никогда не признают) идеи православного социализма. Более того, в его статье прослеживается осознание, что как раз они-то и есть главнейшие идеологические противники  этой идеи.
    Вот, что он пишет.
    «В последнее время  у нас в православно-патриотических кругах определенно развивается теория «православного капитализма». Причем, эту концепцию поддерживают наши батюшки, окормляющие «патриотов»
    «Из личных бесед с батюшками выясняется их почти поголовное предпочтение «православного капитализма», что обычно дополняется неприятием социализма как якобы неизбежно богоборческого строя.  Батюшки охотно рассказывают о том, какие злодеи были большевики, что все в СССР делалось из-под палки, что частное хозяйство – оно уж точно лучше, чем колхоз и еще много чего. Но главная причина их привязанности к «православному капитализму» обычно остается в тени.
    И причина эта – экономическая. Причем, весьма прозаичная. Дело в том, что современные церковные приходы не могут прокормиться за счет  продажи свечей и книг. Ведь… для нормального существования прихода как воздух нужны дополнительные средства. И батюшки их находят у спонсоров – богатых предпринимателей. Сейчас большинство храмов – на спонсорской игле. В столице спонсоры побогаче, в провинции – помельче. Но принцип тот же: предприниматели отдают на храм часть прибыли. Есть верующие, благочестивые спонсоры, есть рассматривающие благотворительность как пиар акцию. Но в любом случае вся это благотворительность с благодарностью принимается церковью. Спонсоры – всегда благодетели, их награждают орденами, сажают на первые места.
    Разумеется, батюшек можно понять – ведь нужно же как-то выживать. И, безусловно, Церковь должна финансироваться. Но возникает два возражения против такого способа пополнения церковного бюджета.
    Первое. Деньги на благотворительность должны быть заработаны честным трудом. Но этого нельзя сказать о деньгах бизнесменов, получающих прибыль прокруткой капитала. Все их деньги – сомнительные, поскольку в них обязательно присутствует нетрудовая, грабительская составляющая. Строго говоря, такие деньги брать нельзя. Но батюшки принимают все. Даже если заведомо знают, что деньги приобретены нечестной деятельностью.
    И второе. Никто не будет рубить сук, на котором сидит. Поэтому, даже где-то  понимая нравственную порочность всей системы спонсорского финансирования, батюшки волей неволей вынуждены  отстаивать частнособственнические начала экономики. И тем самым поддерживать капитализм,  религиозно оправдывать его. Хотя 25 лет нашей новейшей истории с очевидностью показали неприемлемость и просто губительность капитализма для России.
    Ситуация на самом деле не только парадоксальная, но и поистине трагичная. Время покажет, как Господь ее разрешит».
    Когда читал фразу: «Спонсоры – всегда благодетели, их награждают орденами, сажают на первые места», подумал: «Да, точно! Да и сами батюшки тоже любят награды, ордена и первые места, что мало сочетается с необходимостью духовной борьбы христианина с гордостью. И сразу в уме всплыло: «На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи… все же дела свои (они) делают с тем, чтобы видели их люди: расширяют хранилища свои и увеличивают воскрилия одежд своих; также любят предвозлежания на пиршествах и председания в синагогах и приветствия в народных собраниях, и чтобы люди звали их: учитель! учитель!» (Мф.23:5-7). И в противоположность этому: « Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых и не стоит на пути грешных и не сидит в собрании развратителей, но в законе Господа воля его, и о законе Его размышляет он день и ночь!»  (Пс. 1:1-2) и «Блажен муж, боящийся Господа и крепко любящий заповеди ЕгоОн расточил, роздал нищим; правда его пребывает во веки» (Пс. 111:1, 9).
    Увы, наши православные батюшки категорически против расточения, раздачи богатства нищим – «ведь это коммунизм, это социализм!» Для них вопреки примеру Иерусалимской коммуны апостолов (Деян. 4:32-35) и призыву Христа к богатому юноше продать свое имение и раздать нищим (Мф.19:21-24), «священна» частная собственность. Они предпочитают не расточать, а – стяжать! Потому-то и «отстаивают частнособственнические начала экономики», потому-то и «поддерживают капитализм, религиозно оправдывая его».  А религиозно оправдывая капитализм «даже где-то понимая нравственную порочность» этого, автоматически предают и Христа и апостолов.
    Выходит, что Христос и апостолы им не указ, «главное – чтобы процветала Церковь». Потому-то сегодняшняя Православная церковь и утратила всякую связь как Богом, как с Духом Святым, так и учениками Христа – апостолами, тем самым от них отрекшись. Сегодня Православная церковь – это непонятная «вещь сама в себе»: служащая сама себе и ради самой себя. Но стоит ли этому удивляться. Это отречение произошло не сегодня, оно нарастало постепенно на протяжении всей христианской истории.
    Вот пример такого отречения раннехристианского священства (клира) от апостолов еще во времена живого апостола Павла.
     «Вы (священники) уже пресытились, вы уже обогатились, вы стали царствовать без нас (апостолов). О, если бы вы и в самом деле царствовали, чтобы и нам с вами царствовать! Ибо я думаю, что нам, последним посланникам (апостолам), Бог судил быть как бы приговоренными к смерти, потому что мы сделались позорищем для мира, для Ангелов и человеков. Мы (апостолы) безумны Христа ради, а вы (священники) мудры во Христе; мы немощны, а вы крепки; вы в славе, а мы в бесчестии.
    Даже доныне терпим голод и жажду, и наготу и побои, и скитаемся,
    и трудимся, работая своими руками. Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим; хулят нас, мы молим; мы как сор для мира, как прах, всеми попираемый доныне»
    (1 Кор. 4:8-13).
    Здесь апостол Павел обличает христианских священников в том, что они возвысились в своей гордыне настолько, что «стали царствовать» без апостолов. Здесь же звучит обвинение апостолом христианского духовенства и в стяжании ими богатства. (Все – как у нас сейчас! Эти слова Павла могли бы быть абсолютно обосновано брошены в лицо и сегодняшнему нашему православному клиру).
    Дальше апостол Павел говорит: «Мы сделались позорищем для мира и человеков», что означает неприятие грешным человеческим «миром сим», которым правит «князь мира сего» (Ин.12:31) – дьявол, предлагаемого Христом нестяжания, умеренности и скромности, о чем словами и делами проповедовали апостолы. «Мы (апостолы) безумны для Христа, а вы (священники) мудры во Христе» (но не для Христа, а ради самих себя, «чтобы люди вас звали: учитель! учитель!», раздавали вам ордена и сажали на почетные места). Потому-то «вы (священники) в славе, а мы (апостолы) в бесчестии».
    Мысль о жизни, как безумстве для Христа, а не с целью демонстрирования своей человеческой мудрости для «мира сего» может быть пояснена и другой цитатой Павла: «Никто не обольщай самого себя. Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым. Ибо мудрость мира сего есть безумие пред Богом, как написано: уловляет мудрых в лукавстве их. И еще: Господь знает умствования мудрецов, что они суетны» (1 Кор. 3:18-20).
    Но, вернемся к «Первому посланию коринфянам апостола Павла» главе 4. Далее Павел говорит: «Хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием. Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу…
    Как я не иду к вам, то некоторые у вас возгордились; но я скоро приду к вам, если угодно будет Господу, и испытаю не слова возгордившихся, а силу (благодать Духа Святого), ибо Царство Божие не в слове, а в силе. Чего вы хотите? с жезлом придти к вам, или с любовью и духом кротости?» (1 Кор. 4:15-21).
    «Хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов. Я родил вас во Христе Иисусе благовествованием» - далее говорит апостол. Тем самым он обличает христианских священников в утрате ими истинных духовных корней, в потере истины Христового учения и придумывании себе «тысячи человеческих наставников во Христе» от мира сего. «Я – вам вместо отца, так как научил вас учению Иисуса Христа» - говорит Павел. «Поэтому во всем подражайте мне, как и я во всем подражал Христу» - продолжает он. «Если же не покаетесь и не исправитесь – то я приду и испытаю не ваши человеческие слова мудрости «мира сего», а силу благодати Духа Святого, который есть «не от мира сего».
    Что же нам делать?
    Александр Молотков на этот вопрос дает недвусмысленный ответ – секуляризация (от лат. – мирской, светский) в противовес набирающему сегодня обороты клерикализму (от лат. – «церковный», принадлежащий к духовенству). То есть задачу пропаганды и освещения социалистического общества, в основе которого лежит общественная (народная) собственность на средства производства и принцип справедливости, равенства, братства – как воплощения в жизнь важнейших заповедей учения Христа, должен взять на себя не православный клир, а православные миряне. (Что, в общем-то сегодня и происходит, ведь те же Н. Сомин, А. Молотков, В. Макарцев, С. Абочиев – это не духовенство, а миряне). И удивляться и смущаться этому не надо. Ведь подобное уже знает наша русская история 19 века, о чем было уже показано выше. Именно российские писатели и христианские философы 19 века оказались намного более прозревшими в Истине Христовой, чем православное духовенство. И так как тот период истории так и не закончился реальной Реформацией русской православной церкви с возвращением в нее Истины Божьей, а закончился атеистической реформацией, то сегодня – после возрождения того дореволюционного клерикального православия («православного капитализма»), нам сегодняшним мирянам – православным социалистам дается еще один исторический шанс пробудить русский народ и вернуть его к Христовой истине. И дается нам этот шанс для того, чтобы при втором возрождении социализма в России русский народ «вместе с водой не выплеснул и Младенца» (т.е. вместе с отречением от клириков не отрекся от Христа).  Сегодня нам снова дается шанс донести до людей, что главным основателем идеи социализма и коммунизма являлись не Ленин и Маркс, а Иисус Христос (что не перечеркивает их заслугам в построении общества, свободного от капиталистического частнособственнического рабства).
    Продолжение следует.

  • андрей

    19 янв 2017

    Ответить

    Продолжение.
    И бояться осуждения священноначалия РПЦ и батюшек нам не надо потому, что их «православный капитализм» - мерзость перед Богом, т.к. они в своем нынешнем толковании Священного Писания отошли от истинного учения Иисуса Христа. И все, у кого есть хоть немного здравого смысла и логики – это понимают. Вот, что по этому поводу говорил апостол Павел: «Всякий, преступающий учение Христово и не пребывающий в нем, не имеет Бога; пребывающий в учении Христовом имеет и Отца и Сына. Кто приходит к вам и не приносит сего учения (см. выше), того не принимайте в дом и не приветствуйте его. Ибо приветствующий его участвует в злых делах его» (2 Ин. 1: 9-11).
    Сегодня православный социализм (христианский духовный социализм), покоряя умы и сердца людей, мог бы стать истинной русской Реформацией. То есть, в противовес западной протестантской этике капитализма (которой сегодня к огромному сожалению следует наша официальная РПЦ), православный социализм мог бы стать восточной протестантской этикой социализма. И в этом тоже нет ничего не обычного. Подобное уже известно человеческой истории. Ведь в основе латиноамериканской «теологии освобождения» конца 20 века, о которой в частности рассказывает в своей статье «КПРФ и доктринерство» В. Макарцев, лежит осознание латиноамериканцами отсутствия противоречий гуманистических идей Ленина и Маркса с основными идеями учения Иисуса Христа. Напомню, что подобное стало возможным в Латинской Америке благодаря тому, что коренные народы с Евангелием знакомили нищенствующие миссионерские ордены сначала францисканцев, а затем – иезуитов, то есть ордены, хорошо осознававшие, что в основе учения Христа лежит нестяжательство (чем, в общем-то, и вызвали гнев очередного папы римского). В противоположность этому в русской истории движение православных нестяжателей было известно только однажды в конце ХV– начале ХVIвека (ст. Википедии «Нестяжатели»), которое безвозвратно было побеждено «стяжателями» - иосифлянами (которые до сих пор правят в Православной церкви).
    Для этого мы – идейные сторонники христианского социализма прежде всего должны четко осознать -  на чьей мы стороне и «долго ли нам хромать на оба колена?» (3 Цар. 18:21). Ведь согласитесь, что достаточно неразумно искать Истину Христа-нестяжателя в «Основах социальной концепции РПЦ». Той самой стяжательной РПЦ, «батюшки» и «патриоты» которой устроили Н. Сомину «голгофу» на заседании «Русского собрания» 28.09.2016 г. Увы, нет там никакого «мудрого духа непредрешенчества», там царит дух лукавства. Это относится не только к словам Н.Сомина в его ст. «Экономические заметки. Парад идеологий», но и частому цитированию В. Макарцевым следующего отрывка из «Основ» (в частности в ст. «Лицемерная закваска»): «По учению Церкви, люди получают все земные блага от Бога, Которому и принадлежит абсолютное право владения ими. Относительность права собственности для человека Спаситель многократно показывает в притчах: это или виноградник, данный в пользование (Мк. 12. 1-9), или таланты, распределенные между людьми (Мф. 25. 14-30), или имение, отданное во временное управление (Лк. 16. 1-13). Выражая присущую Церкви мысль о том, что абсолютным собственником всего является Бог, святитель Василий Великий спрашивает: «Скажи же мне, что у тебя собственного? Откуда ты взял и принес в жизнь?» Греховное отношение к собственности, проявляющееся в забвении или сознательном отвержении этого духовного принципа, порождает разделение и отчуждение между людьми». Ребята,  перестаньте заблуждаться сами, и путать других. Прочтите все три ссылки на Библию, и не куце, а в контексте соответствующих глав, и вы поймете, что речь в них идет никак не о «правах собственности», т.е. о «бабках», как считает наша РПЦ, а о дарах благодати Духа Святого.
    Закругляясь и подводя итоги на вопрос: «Что же нам делать?» приведу слова Иисуса Христа, которые, как мне кажется, наиболее правильно в сжатом виде дают ответ на этот вопрос: «На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; итак все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают» (Мф.23:2-3).
    Здесь ясно, что эти слова Иисуса относятся не только к неверным иудейским священникам, но и в полной            мере – к сегодняшнему православному духовенству, которое до сих пор законом Божьим, как и  иудеи, считает десять Моисеевых заповедей, а не Нагорную проповедь Христа. В соответствии с этим хочу внести некоторое уточнение в вышеприведенную цитату: не «все, что они (священники) велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте», а – «все, что велит вам соблюдать Христос, соблюдайте и делайте». Так будет правильней!

  • Сергей

    19 янв 2017

    Ответить

      Мне думается, что Церковь сможет измениться в идейном плане относительно важнейших вопросов общественного устройства только в том случае, если там изменятся условия формирования элиты. Это верно, как и во всём обществе. Если элита не сменяется, то это прямая дорога к волюнтаризму, против которого противоядия в таких условиях нет. Ведь Церковь в этом отношении напоминает политбюро ЦК КПСС.  Нельзя отдавать навсегда власть кому-либо лишь на том основании, что люди уж больно хорошие, если, конечно, не хочешь видеть, как они станут плохими. Несменяемость власти - главный порок общественного устройства, что касается как секулярной части общества, так и духовенства.
     
     
     
      В случае перемен в идейной позиции Церкви, ей вовсе необязательно будет непосредственно заниматься делами самого переустройства общества, а достаточно будет лишь чётко обозначить свою позицию по этому вопросу, и вопрос будет решён.   

  • андрей

    01 фев 2017

    Ответить

    Церковь и христианский социализм. Часть 2.
     
    Верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом(Лк.16:10).
     
    Данная статья-комментарий продолжает рассматривать тему взаимодействия Православной церкви с движением христианского социализма, начатую в ст. «Церковь и христианский социализм».
    В связи с этим, хотелось бы напомнить следующие слова Н. Сомина, приведенные в его ст. «Экономические заметки. Парад идеологий»:
    «Даже где-то  понимая нравственную порочность всей системы спонсорского финансирования, батюшки … вынуждены  отстаивать частнособственнические начала экономики. И тем самым поддерживать капитализм,  религиозно оправдывать его».
     «Спонсоры – всегда благодетели, их награждают орденами, сажают на первые места».
    Основная критика такого поведения нашего духовенства с позиций Священного Писания уже прозвучала в первой части ст. «Церковь и христианский социализм». Здесь же хотелось добавить лишь следующие слова из Писания:
    «Пастырей ваших умоляю … пасите Божие стадо … надзирая за ним … не для гнусной корысти, но из усердия, и не господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду потому что Бог  гордым противится, а смиренным дает благодать» (1 Пет. 5: 1-5).
    Увы, наши «пастыри» сегодня осознано или неосознанно «пасут Божье стадо» «гнусной корысти» ради, «подавая соответствующий пример стаду». А возвышая богатых спонсоров без обличения их в службе маммоне вместо Бога, тем самым возвышают их над «наследием Божиим» как почетных «праведников». Голоса  батюшек, которые должны были бы в соответствии с их истинным назначением обличать богатых спонсоров в грехе стяжательства и сребролюбия и призывать к покаянию, оказываются не только безмолвными по этому поводу, но напротив – изливают «благодетелям» благодарности и любезности. Таким образом, они демонстрируют свою готовность не только закрывать глаза на царящую неправду, но и – участвовать в этой неправде,  тем самым поступая не в соответствии заповедями Иисуса Христа, а в соответствии с законами мира сего.
    Осознают ли наши батюшки, что ведя себя подобным образом, они уподобляются неверному управителю из притчи Христа, описанной в 16 главе «Евангелия от Луки»?
     (Предвижу, что некоторые из православных социалистов попытаются мне напомнить, что у святых отцов, и в частности у Феофилакта Болгарского – толкование этой притчи другое.  И все же рискну привести толкование, которое, как мне кажется гораздо ближе к истине).
    Вот как звучит эта притча.
     «Сказал же и к ученикам Своим: один человек был богат и имел управителя, на которого донесено было ему, что расточает имение его; и, призвав его, сказал ему: что это я слышу о тебе? дай отчет в управлении твоем, ибо ты не можешь более управлять.
     Тогда управитель сказал сам в себе: что мне делать? господин мой отнимает у меня управление домом; копать не могу, просить стыжусь; знаю, что сделать, чтобы приняли меня в домы свои, когда отставлен буду от управления домом.
    И, призвав должников господина своего, каждого порознь, сказал первому: сколько ты должен господину моему? Он (должник) сказал: сто мер масла. И сказал ему (должнику): возьми твою расписку и садись скорее, напиши: пятьдесят. Потом другому (должнику) сказал: а ты сколько должен? Он отвечал: сто мер пшеницы. И сказал ему: возьми твою расписку и напиши: восемьдесят.
    И похвалил господин управителя неверного, что догадливо поступил; ибо сыны века сего (мира сего) догадливее сынов света (тех, что не от мира сего) в своем роде.
    И Я говорю вам: приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители.
    Верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом.
     Итак, если вы в неправедном (земном, мирском - ложном) богатстве не были верны, кто поверит  вам истинное (небесное богатство – Царство Небесное)? И если в чужом не были верны, кто даст вам ваше?
    Никакой слуга не может служить двум господам, ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне.
     Слышали все это и фарисеи, которые были сребролюбивы, и они смеялись над Ним.
     Он сказал им: вы выказываете себя праведниками пред людьми, но Бог знает сердца ваши, ибо что высоко у людей, то мерзость пред Богом» (Лк.16:1-15).
    При толковании этой притчи св. отцами нередко приводятся многословные рассуждения с целью различить «неправедное богатство» от «праведного». А убедив себя (и нас) в существовании такого «праведного» богатства, они приходят к выводу, что «это земное «праведное» богатство дается людям в земной жизни во временное пользование, при  том, что на самом деле оно принадлежит единственно Богу; земные же богачи – это лишь управители собственностью Божьей». То есть притча о неправедном управителе воспринимается нашей Православной церковью (как, впрочем и притчи из (Мк. 12:1-9) и (Мф. 25:14-30) – как притча о правах собственности (естественно – частной).  То, что до такой «истины» дошла в своей логике наша Православная церковь не удивительно. Обидно, что эту «истину» без всякого критического осмысления проглатывают и распространяют некоторые православные социалисты, тем самым подливая воды на мельницу «православного капитализма».
    На самом же деле суть этой притчи расшифровывается очень просто. И ключом к ее пониманию являются слова «вечные обители». Христос в предложении: «И Я говорю вам: приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители» выражает свой сарказм по поводу слабого разумения его учеников. По-сути Иисус как-бы с горечью подсмеивается над ними. Он как-бы говорит: «Эх вы, неразумные! Если вы будете «приобретать себе друзей с помощью богатства» и в среде богатых, то «когда вдруг обнищаете», пусть  эти «богатые приобретенные друзья» и «примут вас» к себе (в свои обители)». Но вместо слов «примут к себе в обители», Он употребляет слова «примут в вечные обители». В этом и есть сарказм! Так как мы все прекрасно знаем, что «вечные обители» на грешной земледо второго пришествия Христа не возможны, «вечные обители», а по-другому «вечная жизнь» для человека возможна только после прохождения им Царства Небесного. Он как-бы говорит: «Если будете так поступать как этот неверный управитель, то после смерти  - ищите «вечные обители» у своих богатых друзей, которых вы приобрели приписками, а не у Меня. И посмотрим – как это у вас получится?»
    Тем самым Христос обличает нашу людскую привычку вечно заботится о завтрашнем дне, в конечном итоге оправдывающую жажду накопительства богатства из-за боязни грозящих нам нищеты в старости, черных дней и т.д. Но, кроме того, Он этой притчей показывает и еще кое-что. Он нам показывает, что оправдываемые якобы благородными мотивами «заботой о завтрашнем дне» человеческие позывы накопить богатство – неминуемо приводят к хитрости, изворотливости и лжи. И в этом глубокий смысл притчи! Она – есть лишнее подтверждение того, что богатство накопить «праведно» невозможно. «Праведного» богатства попросту нет в помине, оно все – «неправедное»!
    Тот «господин» из притчи «похвалил в догадливости (а по-сути в хитрости) неверного управителя» лишь потому, что он и сам – такой же лукавый и хитрый человек, ведь иначе он не «был бы богат», о чем говорит нам первый стих приведенного отрывка из Библии. «Догадливость» господина и управителя – характерны для «века сего» (мира сего). Эти двое – «достойные» «сыны века сего». И они, как утверждает Иисус, «догадливее» (хитрее) «в своем роде» (т.е. в земном, плотском), чем «сыны света» (святые Небесной Церкви).
    И далее Иисус подтверждает этот вывод словами: «Итак, если вы в неправедном (земном, мирском – т.е. ложном) богатстве не были верны, кто поверит вам истинное (небесное богатство – Царство Небесное)»? Что следует понимать так – если вы оказались нестойки к вашим грешным позывам собирать земное (ложное, неправедное)  богатство, то почему вы рассчитываете получить истинное богатство – вечную жизнь и Царствие Небесное?
    И в заключении притчи звучит категоричный ответ на этот вопрос: «Не можете служить Богу и маммоне (богатству)» - одновременно. Потому, что будете либо - всю жизнь собирать богатство хитростью и обманом – а это абсолютно «неправедно» (и тогда на «вечные обители» не рассчитывайте), либо – вы всю жизнь будете служить Богу, выполняя Его заповеди (и эту в том числе) (и тогда уже можете рассчитывать на «вечные обители»). В тексте 16 главы «Евангелия от Луки» эта мысль звучит так: «Никакой слуга не может служить двум господам, ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть».
    Таким образом, эта притча не о «праведном богатстве, данном богачам Господом во временное пользование», а как раз таки наоборот – о категоричном запрете собирать богатство на земле, если люди рассчитывают попасть на Небо.
    Продолжение следует.

  • андрей

    01 фев 2017

    Ответить

    Продолжение.
    И эту мысль подтверждает другое Евангелие, в котором звучит тот же запрет «Не можете служить Богу и маммоне», но в котором этот запрет не является выводом из притчи, а является одной из главнейших (судя по числу стихов ей посвященных) Новой заповедью Христа в Его Нагорной проповеди. Речь идет о «Евангелии от Матфея», которое по сравнению с «Евангелиями от Луки» и «от Марка» излагает жизнь Христа гораздо лаконичнее, плавнее, без «скачков», завершая очередную историю об Иисусе обстоятельными выводами и разъяснениями, чего не наблюдается в двух последних Евангелиях. И поэтому, когда у нас возникают какие-то вопросы с толкованием этих двух Евангелий, нам необходимо за разъяснениями обращаться именно к «Евангелию от Матфея», что мы сейчас и проделаем. Эта Новая заповедь Христа (по-сути - основа Нового завета) в «Евангелии от Матфея» занимает стихи с 19 по 34 главы 6. Здесь приведу лишь некоторые из них для того, чтобы стал ясен смысл этой заповеди.
    «Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Мф. 6:19-21).
    «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне. Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?» (Мф. 6:24-25).
     «Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все (что есть, что пить, что одевать) приложится вам. Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы» (Мф. 6:31-34).
    Как видим, здесь звучит та же самая тема.
    «Не собирайте сокровища (богатства) на земле, но собирайте сокровища (богатства) на Небе», потому, что «где собираете ваше сокровище (на земле или на Небе),  «там и будет сердце ваше». То есть, другими словами – ваше сердце будет либо с земными богатствами, либо с Христом на Небе, если последуете Его совету раздать богатство нищим и больше его не собирать (Мф.19:21-24). Это означает и место, где окажется ваша душа после смерти: либо – в земле, либо – на Небе.
    Далее звучит уже известная нам из 16 главы «Евангелия от Луки» фраза: «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть» с заключительным вердиктом: «Не можете служить Богу и маммоне», а также - следующие разъяснения.
    «Не заботьтесь своими земными заботами: что есть, что пить, во что одеваться?» - говорит Христос. «Потому, что так заботятся язычники, которым не обещана вечная жизнь, и которые поэтому к старости пытаются насобирать земных богатств побольше». «Вы же прежде всего ищите Царствие Небесное (небесного богатства) и правду Христову, а земные заботы (что вам есть, что пить, что одевать) оставьте Богу, потому, что Он знает об этих ваших земных потребностях и не оставит вас без их удовлетворения» - заключает Иисус. Здесь же в пример нам Христос приводит «птиц небесных» и «лилии полевые», которые в отличии от людей не накапливают богатств на «завтрашний день», которые не поражены грехом стяжательства и сребролюбия. Тут же из Его уст звучит и саркастический упрек человеческому роду, погрязшему в духе стяжательства: «Если же траву полевую … Бог так одевает, (то) кольми паче (тем более) (оденет и) вас, маловеры!» (Мф.6:30).
    Ясно, что тех людей которые трудятся - Бог не оставит без пропитания. Другое дело, что некоторые лукавые люди не хотят трудится  и иметь самое минимально необходимое для жизни (что есть, что пить, что одевать), но хотят иметь много земного богатства. При этом, жаждя земного богатства, оправдывают эти свои желания «благородными» «заботами о завтрашнем (послезавтрашним, в старости и т.д.) дне». Именно этих людей обличает Иисус. Он упрекает их «в неверности в малом» - в том, что под маской якобы «благородной» заботы о минимально необходимом для жизни,  на самом деле скрывается истинное - далеко не благородное желание копить и собирать земные богатства для демонстрирования собственного возвышения над «ближним своим».  А из такой «неверности в малом» -  (из неверности одной из главных заповедей Нового завета – «не стяжать, не алчить»), вырастает и «неверность во многом»: неверность в «не хитрить, не врать», «не возвышаться», «не красть», «не убивать» (да мало ли еще на какие другие грехи оказывается способным человек, не устоявший зову стяжания?).  А уже из такой «неверности во многом» вытекает -  неверность Христу в целом.
    Таким образом, согласно логике притчи, батюшкам, ищущим благорасположения у богатых спонсоров, после их смерти следует у этих богатых спонсоров и искать «вечные обители».
    В соответствии с вышесказанным, прозвучавшие в ст. Н. Сомина «Экономические заметки. Парад идеологий» слова, пытающиеся по доброте душевной оправдать батюшек: «Дело в том, что современные церковные приходы не могут прокормиться за счет продаж свечей и книг. Ведь надо платить за ремонт храма, за священнические ризы, за реставрацию икон, за охрану, за воскресную школу, за трапезы…» (сравни - «что есть, …, что одевать»), вместо оправдания батюшек оборачиваются против них осуждением в «неверности в малом». Из которой в свою очередь, как мы теперь знаем, закономерно вырастает «неверность во многом» - оправдание капитализма со всеми его грехами.
     Обличающим примером для наших сегодняшних батюшек, ищущих - чем бы «прокормиться», может служить жизнь апостола Павла, который до конца своих дней кормился от трудов, совершаемых своими руками,  не от кого не завися. При этом весьма плодотворно проповедовал Благую весть о Христе, успев пешком трижды обойти половину Средиземноморья, невзирая на многочисленные гонения, избиения и попытки его убить. Таким же обличением для батюшек служит и наш Бог – Христос, не имевший ничего кроме своей одежды.
    Завершая же тему «пропитания», хочу обратить внимание еще вот на что. Мы – христиане каждое утро читаем молитву «Отче наш», как и завещал нам Христос, где звучат такие слова: «Хлеб наш насущный дай нам на сей день» (Мф. 6:11). Заметьте – «хлеб». Не – красную икру, не – часы за 30 тыс. долларов, не – бронированный «Мерседес» с охранниками-гориллами, не – яхты, не – дворцы, находящиеся у «Святейшего»  во «временном пользовании». Нет – только «хлеб», и притом – только «на сей день», а не на «завтрашний». Это в данной молитве предусмотрено для того, чтобы ежедневно прося у Бога хлеба (т.е. земного), мы не забывали и Его самого (т.е. небесного).
    В заключении толкования притчи, напомню последние слова из нее: «Слышали все это и фарисеи, которые были сребролюбивы, и они смеялись над Ним.
     Он сказал им: вы выказываете себя праведниками пред людьми, но Бог знает сердца ваши, ибо что высоко у людей, то мерзость пред Богом» (Лк.16:14-15).
    Сегодня «православные патриоты» и «окормляющие их батюшки» слыша от православных социалистов обличения в защите ими частнособственнического капиталистического устройства общества (а по-сути – стяжательства) подобно тем древним иудейским фарисеям снова, смеясь над христианскими социалистами, «смеются над Христом». Но их ханжеская внешняя «праведность» ложна и лицемерна. Она абсолютно  очевидна Богу, и Он считает ее мерзостью, потому, что – «то, что высоко у людей, то мерзость пред Богом».
    Таким образом, «неверные управители» - это все те «христиане» («православные патриоты» и «батюшки»), которые соблазняясь  земным богатством («неверные в малом»), утрачивают тем самым Царство Небесное и Христа.
    Продолжение следует.

  • андрей

    01 фев 2017

    Ответить

    Продолжение.
    Вчерашнее атеистическое социалистическое учение (имею ввиду только его нравственную составляющую), не принимая Бога и Христа, тем не менее оказалось «верным Христу в малом» - в праведном осуждении стяжательства земного богатства (частной собственности), лежащего в основе порабощения кучкой «догадливых сынов мира сего» всего остального не догадливого народа. А оказавшись «верным в малом»,  это социалистическое нравственное учение оказалось «верным во многом» - во множестве других нравственных заповедей Христа. Другое дело, что отрицая существование Бога и Христа, атеистический социализм потерял связь с истинным Источником этих «верных в малом и во многом» нравственных правил, выдавая за «источник» - вождей  «дорогой партии и правительства». Естественно авторитетность этих двух источников никогда не может быть соизмерима, что возможно и послужило относительно недолгим влиянием нравственно правильного, но тем не менее атеистического учения на умы и души советских людей (хотя я отдаю себе полный отчет и в том, что Христос как Источник нравственности не гарантирует безоговорочного вечного исполнения Его нравственного учения, примером чему как раз таки и являются «неверные в малом и многом» «православные капиталисты»).  
    Именно это необходимо сегодня четко осознать христианским социалистам!
    Из той «матрицы идеологий», о которой говорил в ст. «Экономические заметки. Парад идеологий» Н. Сомин: «Заметим, что с явлением православного социализма матрица идеологий приобретает законченный вид:
    - атеистический социализм;
    - православный социализм;
    - либерально-атеистический капитализм;
    - «православный капитализм», единственным идеологическим союзником христианских социалистов могут быть только «атеистические социалисты», а не «православные капиталисты» («православные патриоты» и «окормляющие их батюшки»). Нам с последними никогда не будет – «по пути», потому, что пути у нас в противоположные стороны: у них – к «нравственности» маммоны, а значит и дьявола, у нас с атеистическими социалистами – к нравственности Христа. И то, что Русская православная церковь во все исторические времена стояла на страже частной собственности и богачей, убеждая «не догадливый» народ, что «нет власти не от Бога» - это не какая-то случайность, оправдывающая их поиски «пропитания» - нет, это их истинная идейная сущность.
    Именно поэтому – нет (никогда не было ранее, и никогда не будет в будущем) никаких идеологических противоречий у православного духовенства с богачами мира сего, что до революции, что сейчас, потому как  они – «одной крови». Поэтому и сегодня «либерально-атеистические капиталисты» и «православные капиталисты» дружно уживаются друг с другом, но совместно яростно выступают как против «атеистических социалистов», так и против «православных социалистов».
    Другое дело взаимоотношения атеистических и православных социалистов.
    Понятно, что не только источники, но и цели у христианских  и атеистических социалистов – на первый взгляд во многом различны. Но это – только на первый взгляд.
    Если идеология христианского социализма на один из главных вопросов философии: «В чем смысл жизни?» - отвечает: «В нравственном совершенствовании души каждого человека до состояния души Христа с тем, чтобы попасть в вечные обители (в Его Небесную Церковь с последующим обретением бессмертия после Суда в Новом святом городе правды и справедливости)», то идеология социализма, воспитывавшая в людях абсолютно правильные нравственные установки, этому не противоречила. Более того, в идеологии социализма всегда стояла практически недостижимая для воплощения в жизнь – идеальная, высоко нравственная цель – построение коммунизма, построение «светлого будущего». И всегда на вопрос: «Когда же это может произойти?», давался абсолютно теоретически правильный ответ: «Когда люди в нравственном отношении возрастут настолько, что будут способны жить по принципу: «От каждого по способностям, каждому по потребностям» (подразумевая под этим – настолько высокую нравственную сознательность людей, что при собственной оценке своих реальных жизненных потребностей у них в душах не возникнет даже тени, даже намека на алчность или стяжание). То есть, у атеистического социализма была весьма высокая, почти небесная цель. Но была и другая – «обеспечить благосостояние трудящихся», которая особенно активизировалась в период правления Н.С. Хрущева, певца мелкобуржуазного деревенского мещанства. Эти две абсолютно противоположные жизненные цели (почти небесное и земное, идеальное и мирское) оказались не совместимыми. Мирское победило идеальное, «царство брюха» победило «царство духа». Высокие нравственные идеалы на фоне поклонению брюху стали казаться смешными для тех людей, которые увидели идеалом общества, привезенную из Америки Н.С. Хрущевым «американскую мечту».
    Мне могут возразить, что мол у «православных капиталистов» цель жизни намного ближе к цели православных социалистов, чем у атеистических социалистов, так она практически звучит «один в один». И на первый взгляд это абсолютно так, но в таком выводе кроется лукавство и обман. При внешнем провозглашении той же благородной цели, что у православных социалистов, «православным капиталистам» справедливость и равенство всех людей не только не нужны, они для них – смерти подобны. Ведь справедливое равенство всех людей одновременно означает невозможность возвышения одних над другими, орудием которого является накопление земного богатства с целью обретения прав собственности на средства производства и порабощения людей.
    Поэтому, нам нужно понять следующее.
    Если атеистические социалисты смогли победить позывы своей души к стяжательству даже без веры в Христа (и по-сути ничего не зная о Его учении), если они оказались «верными в малом», то стать «верными во многом» им будет не очень сложно (в том числе даже принять веру в Бога, ведь для этого им не придется ломать свою высокую цель и экономическую основу своей жизни).
    И совсем наоборот: если «православные капиталисты» не преодолели свои позывы к стяжательству даже будучи хорошо знакомыми с учением Христа и позиционируя себя как верных христиан,  то есть если они оказались «неверными в малом», то они всегда будут «неверны во многом» (и естественно при общественной, а не частной собственности они жить категорически не захотят, ведь в этом случае экономическая основа их жизни не будет соответствовать их истинной, а не выдаваемой за «высокую» цели). 
    Стяжательство, алчность, корыстолюбие, сребролюбие – как бы оно не называлось, это как раз тот самый «камень преткновения», через который одни люди могут перешагнуть, а другие – не перешагнут никогда! Это тот самый духовный водораздел, та самая незримая нравственная граница, разделяющая всех людей Земли на две абсолютно различные цивилизации, на два антагонистических царства: земное и небесное, на два вечно будущих противоборствовать мировоззрения: духовное и мирское.
    И сегодня, нас христианских социалистов не должно смущать слово «духовное», как понятие якобы характерное исключительно только для православного духовенства, только для церковных авторитетов. Увы, их идеологическая позиция при внешней «духовности» внутри сугубо мирская.
    В связи с этим, в поисках духовной истины, нам не стоит проглатывать «истины» сегодняшней Матери-церкви без критического осмысления. Нам нужно руководствоваться Духом истины, который от духа заблуждения различать нужно так:
    « Возлюбленные! не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире. Духа Божиядуха заблуждения) узнавайте так: всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога; а всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста, о котором вы слышали, что он придет и теперь есть уже в мире.
    Дети! вы от Бога, и победили их; ибо Тот, Кто в вас, больше того, кто в мире.
     Они от мира, потому и говорят по - мирски, и мир слушает их. Мы от Бога; знающий Бога слушает нас; кто не от Бога, тот не слушает нас. По сему-то узнаем духа истины и духа заблуждения»
    (1 Ин. 4:1-6).
    Да, конечно, сегодня «православные капиталисты» также как и мы «исповедуют Иисуса Христа, пришедшего во плоти». Но есть еще один показатель истинности Христовой идеологии, которым мы должны руководствоваться: кого больше в идеологии – «Того, Кто в вас (Христа)» или «того, кто в мире» (дьявола)? То есть – какой является движущая сила этой идеологии – небесная (высокая) или земная (мирская)?
    Я уверен, что наша идеология – небесная, а их – мирская.
    Поэтому:«Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить.  Противостойте ему твердою верою, зная, что такие же страдания случаются и с братьями вашими в мире.  Бог же всякой благодати … да совершит вас, да утвердит, да укрепит, да соделает непоколебимыми…  Сие кратко написал я вам … чтобы уверить вас (утвердить в вере), утешая и свидетельствуя, что это истинная благодать Божия, в которой вы стоите» (1 Пет. 5: 8-12).

  • андрей

    09 фев 2017

    Ответить

    Церковь и христианский социализм. Часть 3.
     
    В малом ты был верен, над многим тебя поставлю… ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет (Мф. 25:21, 29).
    Знаю наверняка, что эта статья у некоторых моих соратников православных социалистов вызовет неудовлетворение, и даже – возможно негативную реакцию. Однако, при всем моем желании писать о христианском социализме позитивно и оптимистично, окружающая суровая (если не сказать – трагическая) реальность этого делать не позволяет. А реальность такова – и сегодня за либерального президента Путина проголосовало бы более 85% россиян, а около 60% одобряют политику правительства Медведева.
     О чем это говорит?
    Это может означать только одно из двух: либо людям сейчас действительно хорошо при этих правителях и при этой системе, либо – люди обмануты этим правительством и убеждены им, что все хорошо.
    Мне думается, что правильный ответ – второй, с чем наверное многие согласятся. Но я думаю также, что бросаться жалеть  обманутый народ не следует спешить, как бы жестоко это не звучало – ведь в том, что народ обманут властью, отчасти виноват и сам народ, готовый обманываться. Виноват ли он тем, что не бодрствует, а спит и душой и умом? Ведь народ не хочет напрягать свои извилины в анализе сложившейся исторической ситуации и причин, к ней приведших. Ему проще подхватывать умом чьи-то чужие заготовки, принимая их за свое собственное мнение. (А заготовки сегодня, заполонившие СМИ, что светские, что духовные – имеют один единственный источник).
    Сегодня, на мой взгляд, первая главнейшая проблема нашего народа, это то, что С. Бахматов назвал «сон души рождает чудовищ». Сегодня души наших людей спят (как спали и весь 19 век накануне революции) – и в отношении постижения существующей истины в светском атеистическом понимании, и в отношении духовного прозрения в Истине Христовой. Сегодня – мы народ ментальных и духовных засонь.
    И если в отношении первого вместо самостоятельного поиска истины народ обращается за «разжевыванием» к провластным СМИ, то в отношении второго – к нашей РПЦ во главе с ее духовенством.
    Так стоит ли удивляться, что сознание народа столь застойно?
    И если в отношении обнажения сегодняшней светской истины некоторые люди, и в том числе данный сайт, абсолютно правильно открывают глаза уснувшему народу на истинную сущность президента, его правительства и политики, то в отношении Церкви и ее сегодняшней идеологии (в корне отличной от таковой апостолов и ранних христиан) проявляется некоторая «стыдливость». Сегодня для многих (в том числе и для некоторых христианских социалистов) проще «попинать» почивших Маркса и Ленина, а также лежащую скрючившись на боку КПРФ, чем, «не дай Бог», ненароком задеть нашу Мать-церковь. Ведь последнее – «богохульство», «кощунство», «святотатство».
    Думаю, пока мы будем продолжать так «дипломатично» поступать – нам ожидать пробуждения народа в истине (Большой и малой) не стоит.
    Также уверен, что не разрешив в своих душах и сердцах этой первой проблемы – мы не сможем двигаться дальше.
    В свете вышесказанного, в данной статье продолжу поиск Истины Христовой, к чему призываю и читателей. 
    В предыдущей части статьи была показана суть притчи Христа о неверном управителе, описанная в главе 16 «Евангелии от Луки».  И, как оказалось, она, вопреки утверждению «Основ социальной концепции РПЦ» не о «земных благах», и не о «правах собственности», а напротив – в осуждении всех тех людей, кто ищет этих «земных благ» и защищает «права собственности».
    В той части мы предположили, что «верность в малом» Христу - это обладание человеком добродетелью нестяжания, это человеческое бескорыстие и его готовность делиться поровну с «ближним своим», а «верность во многом» - это многие другие добродетели, в частности возможно такие как: честность и правдивость, равноправие и справедливость, дружба и любовь, отсутствие зависти, ревности и озлобленности, умеренность и скромность  и т.д., которые становятся доступны человеческой душе в том случае, если она победила алчность.
    В этой статье мы рассмотрим притчу о талантах (Мф. 25:14-30), которую «Основы» также считают притчей о «земных благах» и о «правах собственности», и попытаемся расшифровать значение фразы «в малом ты был верен, над многим тебя поставлю».  А параллельно рассмотрим и во многом схожую с ней притчу о минах (Лк. 19:12-28), тем более, что смысл этих двух притчей во многом переплетается со смыслом притчи о неверном управителе.
    Притча о талантах занимает с 14 по 30 стихи главы 25 «Евангелия от Матфея». Однако и предшествующая ей притча о девах, описанная в стихах 1-13, а также последующие после притчи о талантах слова главы 25 – тоже относятся к данной теме.
    Вот эта притча.
     «Ибо Он (Сын Человеческий) поступит, как человек, который, отправляясь в чужую страну, призвал рабов своих и поручил им имение свое: и одному дал он пять талантов, другому два, иному один, каждому по его силе; и тотчас отправился.
    Получивший пять талантов пошел, употребил их в дело и приобрел другие пять талантов; точно так же и получивший два таланта приобрел другие два; получивший же один талант пошел и закопал его в землю и скрыл серебро господина своего.
     По долгом времени, приходит господин рабов тех и требует у них отчета.
    И, подойдя, получивший пять талантов принес другие пять талантов и говорит: господин! пять талантов ты дал мне; вот, другие пять талантов я приобрел на них. Господин его сказал ему: хорошо, добрый и верный раб! в малом ты был верен, над многим тебя поставлю; войди в радость господина твоего.

    Подошел также и получивший два таланта и сказал: господин! два таланта ты дал мне; вот, другие два таланта я приобрел на них. Господин его сказал ему: хорошо, добрый и верный раб! в малом ты был верен, над многим тебя поставлю; войди в радость господина твоего.
    Подошел и получивший один талант и сказал: господин! я знал тебя, что ты человек жестокий, жнешь, где не сеял, и собираешь, где не рассыпал,
    и, убоявшись, пошел и скрыл талант твой в земле; вот тебе твое. Господин же его сказал ему в ответ: лукавый раб и ленивый! ты знал, что я жну, где не сеял, и собираю, где не рассыпал; посему надлежало тебе отдать серебро мое торгующим, и я, придя, получил бы мое с прибылью;

    итак, возьмите у него талант и дайте имеющему десять талантов, ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет; а негодного раба выбросьте во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов.
    Сказав сие, возгласил: кто имеет уши слышать, да слышит (Мф 25: 14-30).
    Прежде чем привести собственное понимание данной притчи, сначала приведу выдержки из ее толкования разными св. отцами, сделанными в разные исторические периоды христианства.
    1. Начнем с Иоанна Златоуста (4 век). Он дает свое толкование притчи о талантах, не отделяя его от толкования предыдущей ей притчи о девах и светильниках (с чем можно полностью согласиться).
    Напомню, что суть притчи о девах следующая: «Царство Небесное будет подобно десяти девам, которые, взяв светильники свои вышли на встречу жениху» и «из них пять было мудрых и пять неразумных». «Мудрые девы, взяв светильники свои, вместе с ними взяли и масла в сосудах своих», а «неразумные» - пришли без масла. После же того, как пришел жених – мудрые девы оказались готовы его встретить, а неразумные вынуждены были бежать за маслом, и пока они бегали, врата «брачного пира» оказались для них закрыты. Данная притча заканчивается словами: «Итак, бодрствуйте, потому что не знаете ни дня, ни часа, в который приидет Сын Человеческий» (Мф. 25:13).
    Вот что думал о притче о девах Иоанн Златоуст:
     «Но почему Христос в этой притче представляет не просто какое-либо лицо, а дев? Он превознес девство… И вот, так как девство – дело великое, и многие имели о нем высокое понятие, то, чтобы кто-либо, храня его, не предался беспечности, как бы уже исполнивший все, и не стал нерадеть о прочем, Христос приводит эту притчу, которая может убедить в том, что девство, хотя бы оно было соединено со всеми другими добродетелями, будучи чуждо дел милосердия, осуждается вместе с людьми прелюбодейными; и бесчеловечный и немилосердный поставляется наравне с ними. И весьма справедливо: теми (людьми прелюбодейными) обладает плотская страсть, неразумными же девамисребролюбие. Плотская же страсть и сребролюбие не равны между собою в силе; первая сильнее и мучительнее. Потому, чем слабее противник, тем менее заслуживают прощения побежденные девы. Потому-то Христос и называет их (неразумных дев) юродивыми, что они, совершивши больший подвиг (девство), за несовершение меньшего (нестяжания) лишились всего».
    А вот его мнение по притче о талантах.
    «Следующая за нею (притча, следующая за притчей о девах) говорит против тех, которые не хотят помогать ближним ни деньгами, ни словом, ни покровительством, ни другим чем, но все скрывают. Но почему в этой притче представлено лицо царя, а в той – жениха? Чтобы научить нас тому, как близок Христос к тем девам, которые раздают бедным свое имение»
    «Итак, зная это, употребим и деньги, и старание и покровительство, и все на пользу ближнего. Под талантами здесь разумеется то, что находится во власти каждого, – или покровительство, или имение, или научение, или что-нибудь подобное. Поэтому никто не должен говорить: я имею один талант, и ничего не могу сделать. Можешь и с одним заслужить одобрение. Ты не беднее той вдовицы, не ниже по званию Петра и Иоанна, которые были из простого народа и необразованные, и однако за то, что были усердны и делали все для общего блага, получили небесное наследие. Подлинно, ничто так не любезно Богу, как полезная для всех жизнь. Потому-то Бог дал нам и дар слова, и руки, и ноги, и крепость телесную, и ум, и разумение, чтобы все это употребляли мы для собственного нашего спасения и для пользы ближнего. Слово нужно нам не для одних только песнопений и благодарения (Богу), но полезно и для научения и утешения. Если таким образом пользуемся им (словом), то соревнуем Господу (ревностно следуем Его заповедям); если же напротив, то дьяволу…
    Кто получил дар слова и учения для пользы других и не пользуется им, тот погубит самый дар. Напротив, кто радит (радеет) о нем, (тот) получит еще больший, между тем как тот теряет и то, что получил»…
    «Видишь ли, что не только хищник, любостяжатель и делающий зло подвергается ужаснейшему мучению, но и тот, кто не делает добра?»...
    «Таланты», как и «мины», о которых мы будем говорить ниже – это серебряные монеты времен Христа. Однако, мы видим, что Иоанн Златоуст под ними однозначно понимает – все то, чем каждый человек мог бы поделиться с «ближним своим». В его понимании это – и «покровительство», и «имение», и «деньги», и «научение». В пример нам он ставит вдовицу и апостолов Петра и Иоанна, которые, несмотря на свою бедность – «делали все для общего блага». «Ничто так не любезно Богу, как полезная для всех жизнь» - говорит Иоанн.
    Но, кроме темы служения ближнему своему всеми доступными способами, т.е.  кроме социального контекста, в его толковании звучит и явное обличение сребролюбию и любостяжательству, которые как раз и препятствуют реализации честному социальному служению одного человека другому. Звучат здесь и раздражающие всех стяжателей мира слова о «раздаче бедным своего имения», впервые произнесенные Христом.
    Продолжение следует.

  • андрей

    09 фев 2017

    Ответить

    Продолжение.
    2. Теперь рассмотрим толкование притчи о талантах св. Феофилакта Болгарского (11 век).
     «Рабы Его - те, коим вверено служение слова, как-то: архиереи, иереи, диаконы и все, приявшие дарования духовные, одни большие, другие меньшие, каждый по силе своей, то есть по мере веры и чистоты. Ибо в тот сосуд вложит Бог дар Свой для меня, какой я представлю Ему: если представлю сосуд небольшой, то и дар вложит невеликий, а если сосуд большой, то и дар великий»… «Удвояет же данный ему дар тот, кто, получив или дар слова, или богатство, или власть у царей, или иное какое знание и способность, приносит пользу не себе только, но старается быть полезным и для других. Напротив, закопавший талант в землю есть тот, кто думает об одной только своей пользе, а не о пользе других»…
    «Оказывающиеся верными в малом ставятся над многим; ибо хотя мы и здесь удостоимся даров, но эти дары ничтожны в сравнении с будущими благами»…
    «Заметь, что и получивший пять талантов, и получивший два таланта удостаиваются одинаковых благ; стало быть, получивший малое примет равную честь с получившим и совершившим великое, если данную ему благодать, как бы она мала ни была, употребит на доброе»…

    «Кто, приняв дар для того, чтобы приносить пользу другим, не употребляет его для этой цели, тот теряет этот дар; а проявивший большее усердие приобретет и дар больший. Ибо имеющему усердие дана будет и преизбудет большая благодать, а от неимеющего усердия отнимется и то дарование, какое он по-видимому имеет»…
    Здесь мы видим, что Феофилакт Болгарский «рабами господина» считает только служителей Слова – т.е. церковное духовенство (с чем нельзя согласиться), а «талантами» - «дарования духовные», т.е. благодать Духа Святого, о которой он ниже дважды упоминает буквально. Однако, как видим, здесь же он перечисляет в качестве «талантов»: «дар слова», «богатство», «власть у царей», которые «удвояются» для верных служителей. Такое противоречивое толкование «талантов» не добавляет понимания, тем более, что мягко говоря достаточно «оригинально» за плоды Духа Святого принимать «богатство» и «власть у царей».
    Также нет достаточной ясности и в толковании им фразы: «Верные в малом становятся над многим».
    3. Теперь рассмотрим толкование притчи о талантах архиепископа Аверкия Таушева (20 век).
    «В притче о минах господин дает десяти рабам десять мин — каждому по мине, дав им приказ, чтобы серебро было пущено в оборот. Мина — 100 драхм, около 25 рублей. В притче о талантах господин, уходя, передал рабам все свое имение, вручая каждому такую часть, с которой тот был в силах управиться. Один талант составляет около 60-ти мин. Конечно, в обеих притчах под рабами подразумеваются ученики и последователи Христовы, которые получают от Господа, как разнообразные дарования, так и разные внешние блага, которые они должны использовать и умножать во славу Божию, на пользу ближним и во спасение своей души
    Под возвращением господина в обеих притчах разумеется Второе Пришествие Христово, когда каждый должен будет дать отчет на Страшном Суде, как он использовал данные ему Богом дарования и внешние блага. Умножавшие свои мины и таланты удостоятся похвалы и получат каждый соответствующую своему усердию награду. Скрывший свою мину или талант будет наказан, как "раб лукавый и ленивый", не пожелавший трудиться над данными ему дарами благости Божией, в котором благодать Божия осталась бесплодной… Кто делает доброе употребление из своих благ, тот приумножает их; нерадивый же и беспечный лишается и того, что имеет. Поэтому "всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет".
    Как видим, его толкование двух притчей (о «талантах» и «минах») начинается с подробной финансовой информации о соотношении этих денежных единиц, и больше уже напоминает курс валют в обменном пункте.
    Здесь под «талантами» уже понимаются «разнообразные дарования» и «разные внешние блага». Причем о «духовности» этих дарований речь уже не идет, а о том, что «внешние блага» - бездуховны, ясно и из их «внешнего» определения.
    Интересно и следующее. Если у Златоуста его толкование изобилует напоминаниями о необходимости помощи ближним как главной сюжетной мысли притчи, то здесь осталось лишь одно куцее упоминание «на пользу ближним». Одновременно с этим гораздо больше внимания здесь уделяется необходимости «приумножения благ» упорным трудом дабы «благодать Божия не осталась бесплодной» с одновременным порицанием «нерадивого и беспечного» в лени, за что у него отберется Богом и то, что он имел.
    Откровенно говоря, это уже – практически протестантская доктрина лютеранского толка. Это «духовная» идеология русского кулака, «обличающего» обнищавшего «ближнего своего» батрака в «нерадении» и «беспечности» (от «без попечительства, без заботы») о «внешних благах», которыми кулак и воспользовался благодаря своей «догадливости сынов мира сего».
    4. Теперь посмотрим, как толкует притчу о талантах наша сегодняшняя РПЦ в «Основах» (21 век)«По учению Церкви, люди получают все земные блага от Бога, Которому и принадлежит абсолютное право владения ими. Относительность права собственности для человека Спаситель многократно показывает в притчах: это или виноградник, данный в пользование (Мк. 12. 1-9), или таланты, распределенные между людьми (Мф. 25. 14-30), или имение, отданное во временное управление (Лк. 16. 1-13)».
    Как видим, здесь речь идет уже о сугубо мирских понятиях: «земных благах» и «правах собственности» на эти земные блага.
    Итак, на примере этих четырех толкований мы увидели, как абсолютно правильное понимание смысла притчи Иоанном Златоустом – как осуждение «хищнического любостяжания и сребролюбия», а также - как осуждение отсутствия у людей любви к ближнему своему, которое  не позволяет им делиться «благами» с «ближним», постепенно превратилось в совершенно противоположное – в оправдание земного богатства и прав собственности.
    Но, может быть мы ошибаемся в таком своем выводе? Может быть как раз наоборот права сегодняшняя Церковь, а не Златоуст?
    Попробуем в этом разобраться.
    Для этого предлагаю для полноты картины ознакомиться сразу и с притчей о минах (Лк. 19:12-28), но не в пределах стихов, указанных «Основами», а с самого начала главы.
    Вот стихи, предшествующие притче о минах.
    «Потом Иисус вошел в Иерихон и проходил через него. И вот, некто, именем Закхей, начальник мытарей и человек богатый, искал (хотел) видеть Иисуса, кто Он, но не мог за народом, потому что мал был ростом, и, забежав вперед, взлез на смоковницу, чтобы увидеть Его, потому что Ему надлежало проходить мимо нее.
    Иисус, когда пришел на это место, взглянув, увидел его и сказал ему: Закхей! сойди скорее, ибо сегодня надобно Мне быть у тебя в доме. И он (Закхей) поспешно сошел (с дерева) и принял Его с радостью.
    И все (люди), видя то, начали роптать, и говорили, что Он (Христос) зашел к грешному человеку (мытарю);
    Закхей же, став, сказал Господу: Господи! половину имения моего я отдам нищим, и, если кого чем обидел, воздам вчетверо.
    Иисус сказал ему: ныне пришло спасение дому сему, потому что и он сын Авраама, ибо Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее.
    Когда же они (люди)  слушали это, присовокупил притчу: ибо Он был близ Иерусалима, и они думали, что скоро должно открыться Царствие Божие» (Лк 19:1-11).
    А вот сама притча.
    «Итак (Иисус) сказал: некоторый человек высокого рода отправлялся в дальнюю страну, чтобы получить себе царство и возвратиться; призвав же десять рабов своих, дал им десять мин и сказал им: употребляйте их в оборот, пока я возвращусь.
    Но граждане ненавидели его и отправили вслед за ним посольство, сказав: не хотим, чтобы он царствовал над нами.
    И когда возвратился, получив царство, велел призвать к себе рабов тех, которым дал серебро, чтобы узнать, кто что приобрел.
    Пришел первый и сказал: господин! мина твоя принесла десять мин. И сказал ему: хорошо, добрый раб! за то, что ты в малом был верен, возьми в управление десять городов.
    Пришел второй и сказал: господин! мина твоя принесла пять мин. Сказал и этому: и ты будь над пятью городами.
    Пришел третий и сказал: господин! вот твоя мина, которую я хранил, завернув в платок, ибо я боялся тебя, потому что ты человек жестокий: берешь, чего не клал, и жнешь, чего не сеял. Господин сказал ему: твоими устами буду судить тебя, лукавый раб! ты знал, что я человек жестокий, беру, чего не клал, и жну, чего не сеял; для чего же ты не отдал серебра моего в оборот, чтобы я, придя, получил его с прибылью?
    И сказал предстоящим: возьмите у него мину и дайте имеющему десять мин.
    И сказали ему: господин! у него есть десять мин.
    Сказываю вам, что всякому имеющему дано будет, а у неимеющего отнимется и то, что имеет;
    врагов же моих тех, которые не хотели, чтобы я царствовал над ними, приведите сюда и избейте предо мною.
    Сказав это, Он пошел далее, восходя в Иерусалим» (Лк 19:12-28).
    Итак, оказалось, что начальные стихи главы 19 «Евангелия от Луки» содержат основную мысль назидания Христа, а притча о минах является лишь ее приложением (присовокуплением) – т.е. назидательным примером. Главная же мысль состоит в том, что «начальник мытарей (сборщиков налогов) и человек богатый» встретив Христа, сразу же принял решение о «раздаче половины своего имения» и «воздании всем обиженным вчетверо».
    Отсюда следует, что Иоан Златоуст смысл притчи о талантах (и соответственно о минах) понимал правильно. Ключевым элементом их является осуждение любостяжания и сребролюбия (корысти), лежащей в основе отсутствия любви к ближнему и препятствующей «раздаче бедным имения своего» с целью выравнивания царящей в «мире сем» социальной несправедливости. 
    И это правильно понимал не только Иоанн Златоуст. Такое понимание было присуще многим ранним отцам Церкви. Достаточно вспомнить современника Златоуста – Амвросия Медиоланского, который будучи достаточно богатым и знатным человеком мало того, что в своем понимании учения Христа поставил добродетель «справедливость» во главу угла (которая в поздней Церкви из списка добродетелей исчезла), но и на деле попытался настолько, насколько у него хватило возможности эту добродетель  реализовать  - он продал все свои имения и на вырученные деньги выкупал христиан из рабства.  На фоне этого поступка Амвросия, действия нашего российского отца 19 века Филарета Дроздова, противящегося приказу царя о разработке документа, отменяющего русское рабство – крепостное право, являются обличением его нечестивой истинной сущности, скрывающейся под облачением «праведника» - православного священника.
    Об этом сегодня всем (и православным социалистам – в первую очередь) нужно крепко задуматься. В этих абсолютно противоположных пониманиях смысла учения Христа проявляется не противоречие в восприятии Истины лишь некоторыми единичными историческими православными личностями. Здесь – противоречия мировоззренческие, цивилизационные. Здесь – непримиримая борьба цивилизации нестяжателей, цивилизации равных во всем людей-братьев против цивилизации корыстолюбцев, цивилизации порабощающих и обкрадывающих «ближнего своего» рабовладельцев. И сегодня вторая цивилизация в Церкви практически победила окончательно.
    Мы, христианские социалисты, должны осознать, что нас с «православными капиталистами» объединяет только вера в Бога, но мы с ними понимаем эту веру диаметрально противоположно. Поясню это словами апостола Павла: «Я, по данной мне от Бога благодати, как мудрый строитель, положил основание, а другой строит на нем; но каждый смотри, как строит.
    Ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос.
    Строит ли кто на этом основании из золота, серебра, драгоценных камней, дерева, сена, соломы, - каждого дело обнаружится; ибо день (Суда) покажет, потому что в огне открывается, и огонь испытает дело каждого, каково оно есть.
    У кого дело, которое он строил, устоит, тот получит награду.
    А у кого дело сгорит, тот потерпит урон» (1 Кор. 3:10-15).
    Итак, у нас с «православными капиталистами» одинаковое только «основание» - Иисус Христос. Строим же мы абсолютно противоположное в зависимости от разной «верности в малом»: мы – небесное, они – земное (хоть и прикрываются «небесным»).
    Необходимо понять, что сегодня  Церковь учит совсем не тому, чему учил Христос. Так, если мы видим у ранних отцов абсолютно правильное понимание Истины Христовой – как воспевание добродетели нестяжания и добродетели социального служения людям как «ближнему своему», то у нынешних «православных патриотов и батюшек» вместо этого мы видим защиту «прав собственности и земных благ», а также – отрицание справедливости, как воплощения в жизнь заповеди Иисуса о «любви к ближнему своему».
    Пора понять, что то эгоистическое асоциальное и «самоспасающееся» состояние нашего христианства, против которого мы выступаем – это логичные плоды учительства «православно-капиталистических» пастырей,  и мы никак не сможем пробудить наше уснувшее «христианство», не затрагивая при этом убаюкивающую их Мать-церковь.
    Продолжение следует.

  • андрей

    09 фев 2017

    Ответить

    Продолжение.
    Но вернемся к притчам.
    Думается, что под талантами (и минами) в этих притчах подразумевается благодать Духа Святого посредством которой мы можем улучшать нашу душу от грехов – т.е. формировать добродетели (в понимании атеистов – положительные качества нашего характера). Причем, «малая» из них – это добродетель нестяжания (бескорыстия), приобретя которую для нас становится возможным приобретение и других добродетелей. Потому-то в притче о неверном управителе (Лк.16:1-15), которая была рассмотрена нами во второй части статьи, и звучит: «Верный в малом, будет и во многом верен».
    Можно сказать и по-другому: стяжание, сребролюбие, корысть, алчность – это тот «малый» грех, не преодолев который для человека будут закрыты духовные победы и над другими грехами (отрицательными качествами личности – в понимании атеистов): завистью и ревностью, гордостью и самовозвышением, ложью и лицемерием и многими другими, вплоть до воровства и убийства, на которые толкает человека жажда наживы.
    В качестве пояснения приведу цитату еще одного св. отца 4 века Лактация, взятую мной из ст. «8. Святые отцы о происхождении права собственности» Н.Сомина: «Любостяжание есть источник всех зол: оно происходит от презрения к истинному величию Божию. Люди, обилующие в чем-либо, не только пе­рестали уделять другим избытки свои, (но) начали присваивать и похищать се­бе чужое, будучи влекомы к тому собственною корыстью. То, что прежде было в общем употреблении у всех людей, начало скопляться часто в до­мах у немногих. Чтобы других подвергнуть своему рабству, люди стали собирать себе в одни руки первые потребности жизни и беречь их тща­тельно, дабы небесные дары сделать своею собственностью, не для того, чтобы уделять их ближнему из человеколюбия, которого в них не было, но чтобы удовлетворять единственно своему любостяжанию и корысти. После того, составили они себе самые несправедливые законы под личиною мни­мого правосудия, посредством которых защитили против силы народа свое хищничество» («Божественные наставления», кн.5, гл.6).
    Итак, под минами и талантами  - подразумеваются благодать и ее плоды – добродетели. И вся разница двух притчей между собой лишь в том, что когда речь идет об одной мине, отданной всем рабам одинаково перед странствием господина, то при этом подразумевается одна-единственная благодать (без учета количества сформированных ею плодов – добродетелей). Когда же речь идет о разном количестве розданных господином при отправлении в путь талантов, то под этим подразумевается разное число добродетелей в душах людей, сформированных одной благодатью.  Соответственно «десять мин, принесенных одной миной» - будет означать увеличение благодати в десять раз, а - «пять талантов, приобретенных за начальные пять талантов» - будут означать приобретение человеком в течении своей жизни дополнительных еще пяти других добродетелей.
    Теперь попробуем разобрать смысл фразы «в малом ты был верен, над многим тебя поставлю». Здесь, если за «малое» принимать добродетель нестяжания, то возникают вопросы: «когда», «где» и «над чем многим» человек обладающий «малым» будет поставлен? Попытка ответа на эти вопросы Феофилакта Болгарского выглядит неубедительной.  Если толковать его слова, что «хотя мы и здесь (в этой земной жизни) удостоимся даров, то эти дары ничтожны в сравнении с будущими (в вечной жизни) дарами» - как собственно получение жизни вечной, то с этим можно согласиться. Однако, если он под «дарами» (множественное число) понимал что-то другое, что-то земное, мирское, какие-то «разные внешние блага» - богатства, дома и «города», то с этим уже согласиться никак нельзя.  Да это, возможно неосознанно, подтверждает своими следующими словами и сам Феофилакт, говоря: «Знаешь, что получающий пять …, и получающий два … удостаиваются одинаковых благ. Они … примут одинаковую честь».
    Отсюда выходит, что фраза «в малом ты был верен, над многим тебя поставлю» подразумевает «поставление над многим» - не «там» в будущей вечной жизни, а «здесь» - в нынешней земной. И в отношении добродетелей (от уст. «доброе дело»), как плодов благодати, их накопление действительно имеет смысл только в земной жизни до Страшного суда, на котором они (внешние добрые социальные дела, как воплощение в жизнь внутренних добродетелей) и будут оцениваться. Ведь приобретение добродетелей «там» уже  не будет иметь никакого значения, «там» все уже будут «сослужителями и братьями» (Откр. 19:10) и все будут на равных сидеть на престоле вместе с Отцом и Христом (Откр. 3:21). «Там» - нет иерархии, «там» нет различия одного от другого в его человеческой важности, «там» нет и «земных благ», которыми можно было бы продемонстрировать важность и значимость одного человека над другим.
    Думается, что правильный ответ на поставленные выше вопросы: «когда», «где» и «что» дает следующая цитата из «Евангелия от Марка»: «Иисус сказал в ответ: истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради Меня и Евангелия, и не получил бы ныне, во время сие, среди гонений, во сто крат более домов, и братьев и сестер, и отцов, и матерей, и детей, и земель, а в веке грядущем жизни вечной» (Мк. 10:29-30).
    Как видим, наши рассуждения оказались правильными. Иисус в «веке грядущем», т.е. «там» обещает только «жизнь вечную», а «ныне, во время сие», т.е. «здесь» - «во сто крат более» и домов и земель. Эти-то «во сто крат более» - и есть плоды благодати Духа Святого – добродетели (т.е. «таланты»). Здесь интересно отметить и то, что эти-то «во сто крат более» (т.е. добродетели) даются как раз таки только тем людям, которые готовы оставить дома и земли ради Христа, а не алчно их накапливают. Здесь же говорится и о готовности оставить «и братьев, и сестер, и отца, и мать, и жену, и детей» ради Христа, что означает для христианина такую мощную твердость стояния в Истине Христовой, что это должно проявляться в его готовности без сожалений расстаться со всеми выше перечисленными близкими людьми, если они либо – не принимают Христа, либо – не истинно толкуют смысл Его учения. То есть здесь подразумевается идеологическая (мировоззренческая) непримиримость истинного учения Христа с чуждыми Ему мирскими учениями и идеологиями, о чем мы уже говорили ранее. О том же, что здесь подразумевается не одна только «вера в Бога», но и твердое стояние в Истине Слова Божия, и говорят слова «ради Меня и Евангелия».
    Итак, отрывок (Мк. 10:29-30) помог нам разобраться в том, что значит «в малом ты был верен, над многим тебя поставлю».
    Но, возможно кто-то может подумать, что этот отрывок не относится к рассматриваемой теме нестяжания и вырван мной из контекста. Проверим это. Приведу контекст данной фразы.
    «Когда выходил Он (Христос) в путь, подбежал некто, пал пред Ним на колени и спросил Его: Учитель благий! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?
    Иисус сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог (Отец).
    Знаешь заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не обижай, почитай отца твоего и мать.
    Он (некто) же сказал Ему в ответ: Учитель! все это сохранил я от юности моей.
    Иисус, взглянув на него, полюбил его и сказал ему: одного тебе недостает: пойди, все, что имеешь, продай и раздай нищим, и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи, последуй за Мною, взяв крест.
     Он же, смутившись от сего слова, отошел с печалью, потому что у него было большое имение.
    И, посмотрев вокруг, Иисус говорит ученикам Своим: как трудно имеющим богатство войти в Царствие Божие!
    Ученики ужаснулись от слов Его. Но Иисус опять говорит им в ответ: дети! как трудно надеющимся на богатство войти в Царствие Божие! Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие.
    Они же чрезвычайно изумлялись и говорили между собою: кто же (тогда вообще) может спастись?
    Иисус, воззрев на них, говорит: человекам это невозможно, но не Богу, ибо все возможно Богу (благодати Духа Святого – тем «минам», которые Он нам раздал).
    И начал Петр говорить Ему: вот, мы оставили все и последовали за Тобою.
    Иисус сказал в ответ: истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради Меня и Евангелия, и не получил бы ныне, во время сие, среди гонений, во сто крат более домов, и братьев и сестер, и отцов, и матерей, и детей, и земель, а в веке грядущем жизни вечной.
    Многие же будут первые (в мирской жизни) последними (в грядущей жизни), и последние первыми» (Мк. 10:17-31). (Иисус нам напоминает, что «первые» (важные) в нынешней земной мирской жизни – богатые, знатные и уважаемые миром люди (светские или духовные), в грядущей вечной жизни неминуемо окажутся «последними» (никому не нужными), так как они искали сокровища не на небесах, а на земле).  
    Итак, мы можем сделать вывод – что и здесь мы оказались правы: отрывок (Мк. 10:29-30) самым непосредственным образом оказался связанным с темой нестяжания. Более того, начав данную статью с разговора о «раздаче имения нищим» - мы этими же словами практически ее и завершаем, что также свидетельствует о правильности наших рассуждений.
    Кроме того, рассмотрев во 2-ой и 3-ей частях статьи «Церковь и христианский социализм» притчи о неверном управителе (Лк. 16:1-15) и о талантах (Мф. 25:14-30) мы обнаружили их теснейшую взаимосвязь, главнейшим связующим звеном которой является «малое» как добродетель нестяжания во фразах: «верный в малом и во многом верен» (Лк. 16:10) и «в малом ты был верен, над многим тебя поставлю» (Мф. 25:21). Что соответственно означает: «если ты верен Христу в добродетели нестяжания (которую получил от благодати Духа Святого), то возможно и во многих других добродетелях будешь Мне верен». И соответственно «если ты был верен в добродетели нестяжания, то над многими добродетелями твоей души поставлю тебя господином» - говорит Христос.
    Таким образом, ранние отцы Церкви 4 века и непосредственно Иоан Златоуст абсолютно правильно понимали осуждение любостяжания, поклонения маммоне и непосредственно связанным с этим отсутствием любви к ближнему – как наиболее важный ключевой момент заповедей Нового завета.
    Наше же толкование притчей о неверном управителе и талантах (минах) лишь утверждает ключевую наивысшую важность данной темы в учении Христа.   
    В заключении осталось рассмотреть вопрос о том, кто же этот боязливый «лукавый и ленивый раб», «закопавший в землю («хранивший, завернув в платок») серебро господина своего»?
    Во-первых, это, как и предыдущие два раба – христианин. Из чего это следует?
    Из слов «призвав рабов своих» («призвав же десять рабов своих») как раз и следует, что это - рабы господина, а значит – рабы Божие. Это не те «граждане, ненавидевшие господина и отправившие вслед за ним посольство, сказав: не хотим, чтобы он царствовал над нами», под которыми однозначно понимаются непокорные Христу иудеи.
    Во-вторых, то, что боязливый раб является христианином свидетельствуют и следующие его слова, обращенные к господину: «Ты человек жестокий», «жнешь» и «собираешь», «где не сеял и не рассыпал» и я «убоялся» («боялся») тебя». Эта боязливость жестокого господина, который придет жать созревшую жатву и собирать поспевший урожай – означает «страх Божий» перед вторым пришествием Христа («И вышел другой Ангел … и воскликнул … к сидящему на облаке: пусти серп твой и пожни, потому что пришло время жатвы, ибо жатва на земле созрела» (Откр. 14:15-16).
    Что же означают слова, что этот боязливый раб «хранил, завернув в платок» (или «закопал в землю») серебро господина своего»?
    Это, думается и есть то асоциальное, «самоспасающееся», чрезмерно уничижительное состояние нашего нынешнего христианства, воспитанного на духовных работах отцов 19 века, и прежде всего св. Игнатия Брянчанинова, которое не позволяет ему ни делать, ни даже думать о социальных добрых делах.
    Поясню это, приведя некоторые цитаты из работ этого отца.
    Вот первая цитата: «Спасаяй да спасет свою душу, сказано остатку христиан, сказано Духом Божиим. Себя спасай! Блажен, если найдешь одного верного сотрудника в деле спасения: это – великий и редкий в наше время дар Божий. Остерегись, желая спасти ближнего, чтобы он не увлек тебя в погибельную пропасть… Отступление попущено Богом: не покусись остановить его немощною рукою твоею. Устранись, охранись от него сам: и этого с тебя достаточно» (И. Брянчанинов «Отечник»).
    Здесь все ясно без особых комментариев. Сказал св. отец: «Остерегись, желая спасти ближнего» - вот и остереглись. Сказал св. отец: «Устранись» - вот и устранились. Сказал св. отец: «Себя спасай» - вот и бросились эгоистично себя спасать.
    Но возникает резонный вопрос к таким «послушным» христианам: «Как ты можешь спасаться, не делая добрых дел «ближнему своему», не участвуя в общественной социальной жизни? Как ты можешь приобрести добродетели (определенные качества твоей души), не выполняя ежедневно соответствующие определенные добрые дела в окружающей тебя жизни?» Или, как звучит подобный вопрос из уст Христа в той же 25 главе «Евангелия от Матфея», (в которой мы уже рассмотрели и притчу о неразумных девах со светильниками без масла (без добродетелей, обязательно проявляющихся в добрых делах) и притчу о талантах): «Тогда (Христос) скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его: ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть; жаждал, и вы не напоили Меня; был странником, и не приняли Меня; был наг, и не одели Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня.
    Тогда и они скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, или жаждущим, или странником, или нагим, или больным, или в темнице, и не послужили Тебе?
    Тогда скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне» (Мф. 25:41-45).
    Продолжение следует.

  • андрей

    09 фев 2017

    Ответить

    Продолжение.
    Сегодня наши «православные капиталисты», по-сути те же «послушные» св. отцу И. Брянчанинову христиане,  наверное за свою жизнь все же сделали кое-что из перечисленного «одному из сих меньших» (может даже и не одному), но не на много ли больше сделали социалисты, накормив, напоив, одев, бесплатно обучив, бесплатно вылечив, освободив из темницы рабства не «одного из сих меньших», а весь русский народ (согласно Википедии - около ста тридцати миллионов). И эта страшная цифра является немым укором тем «сотням тысяч новомучеников», о которых сегодня так скорбит наша Церковь. Ведь эти вчерашние новомученики, позавчера сами мучили весь российский сто тридцати миллионный народ, нещадно его эксплуатируя, обворовывая и относясь к нему как к дворовой скотине, которую они продавали и проигрывали друг другу в карты. И так поступали одни христиане по отношению к другим христианам, ведь народ-то тоже были сплошь христиане, а не басурмане какие-то. И поступая так ежедневно (на протяжении многих веков) с «ближним своим», эти новомученики по воскресеньям ходили в храмы, где батюшки отпускали им их грехи и с благодарностью принимали милостыню Церкви и нищим.  И ничего: ни совесть, ни благодать Святого Духа (которой в них не было именно поэтому) не трогала их зачерствевшие из-за корысти души.  Одни – обкрадывали и превозносились над «ближними» им холопами и быдлом, а другие «духовно» оправдывали такое сатанинское отношение одних людей к другим, лицемерно ссылаясь на Бога. А ведь вместо этого могли добровольно построить общество людей-братьев в соответствии с заповедями Христа, «раздав свои имения бедным» и выровняв ту дичайшую рабовладельческую несправедливость! Но они предпочли благотворить бедным крохи из выжатых у них же миллионов. Поэтому, то, что произошло с новомучениками – это справедливая и заслуженная кара Божья. Кара за «неверность в малом» - любостяжание, которая как следствие повлекла за собой отступничество в большом.
    Вот еще цитаты св. И. Брянчанинова: «Говорили сыны Израиля святому вождю своему (Моисею) и законодателю, говорили из правильного понятия о величии Божества, из понятия, от которого рождается в человеке сознание и познание ничтожества человеческого: Глаголи ты с нами, и да не глаголет к нам Бог, да (мы) не умрем. Смиренные и спасительные слова эти свойственны каждому истинному христианину: предохраняется христианин таким сердечным залогом от душевной смерти, которою поражает у самообольщенных гордость и дерзость их».
    «Недостоин Господа, недостоин подражания тот, кто весь в сквернах и нечистотах, а глупым, гордостным, мечтательным мнением думает быть в объятиях Пречистого, Пресвятого Господа, думает иметь Его в себе и с Ним беседовать, как с другом».
    «Довольно, довольно, если Слово Божие, истина взойдет в дом души при посредстве слышания, или чтения, и исцелит отрока, то есть, тебя, находящегося еще в младенческом возрасте по отношению к Христу, хотя по возрасту плотскому ты, может быть, уже украшен сединами.
    Нет другого доступа к Истине! … Замолкли живые органы Святого Духа: проповедует истину — изреченное Святым Духом — Писание» (И. Брянчанинов «Истина и Дух»).
    О чем это он? Здесь св. отец, указывая христианам на наше «человеческое ничтожество», «обличает» тех из христиан, которые «будучи в сквернах и нечистотах» имеют «дерзость» желать получить благодать Духа Святого («думают иметь Его в себе и с Ним беседовать, как с другом»). И в пример нам христианам он приводит неверных Христу древних иудеев, которые были до того духовно невежественны и боязливы к Богу, что не хотели ни видеть и не слышать Его, а просили Моисея, чтобы это вместо них делал он один, после чего пересказывал бы им все то, что сказал ему Бог. Вот, как это звучит в Ветхом завете: «Весь народ видел громы и пламя, и звук трубный, и гору дымящуюся; и увидев то, народ отступил и стал вдали. И сказали Моисею: говори ты с нами, и мы будем слушать, но чтобы не говорил с нами Бог, дабы нам не умереть.
    И сказал Моисей народу: не бойтесь; Бог пришел, чтобы испытать вас и чтобы страх Его был пред лицем вашим, дабы вы не грешили.
    И стоял народ вдали, а Моисей вступил во мрак, где Бог» (Исх. 20:18-21).
    (Напомню, что после этого иудеями был сделан специальный шатер (скиния), в котором Моисей один-на-один общался с Богом, накрывая свое лицо покрывалом). Далее же этот св. отец делает такой вывод: сегодня уже «замолкли живые органы Святого Духа», сегодня Истина осталась только в Священном Писании. Поэтому нечего и стараться искать благодать Святого Духа, с нас довольно и того, что Слово Божие войдет в наши души чтением Священного Писания. А тот, кто мечтает о большем – «недостоин Господа».
    Увы, такое самоумничание св. отца абсолютно противоречит тому же Священному Писанию, на которое он указывает.
    Во-первых, напомню одну из заповедей Христа, заповеданную нам в Его Нагорной проповеди: «Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам;
     ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят»
    (Мф. 7:7-8). Ясно, что говоря здесь «просите и ищите» Христос подразумевает благодать Духа Святого, получив и преумножив которую, как мы уже подробно выяснили разобрав притчу о талантах (минах), нам «отворят» Царство Небесное.
    Во-вторых, напомню слова апостола Павла: «Да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать» (Евр. 4:16).
    И в-третьих, приведу другие слова апостола Павла относительно того – нужно ли нам христианам поступать в отношении поиска благодати также, как поступали древние иудеи: «Мы действуем с великим дерзновением, а не так, как Моисей, который полагал покрывало на лице свое, чтобы сыны Израилевы не взирали на конец преходящего.
     Но умы их (иудеев) ослеплены: ибо то же самое покрывало доныне остается неснятым при чтении Ветхого Завета, потому что оно снимается Христом.
     Доныне, когда они читают Моисея, покрывало лежит на сердце их

    Мы же все открытым лицем, как в зеркале, взирая на славу Господню, преображаемся в тот же образ от славы в славу, как от Господня Духа.
    Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода» (2 Кор. 3:12-16, 18, 17).
    Итак, эти «послушные» св. отцу Брянчанинову (но не послушные Христу и апостолу Павлу) боязливые христиане,  настолько  убедили себя в своей абсолютной никчемности и недостойности, забыв, что «человек создан по образу и подобию Божию» (Быт. 1:27) и должен в жизни совершенствованием своей души (умножением «талантов» - добродетелей) стремиться приблизиться к этому образу, настолько «остерегались», «устранялись», «охранялись» от участия в жизни «ближнего своего», настолько «допредохранялись» от благодати, что благодать (мина), данная им при рождении Богом – осталась бесплодной и их покинула. А, утратив благодать – они утратили надежду на Царство Небесное.
    И наконец последняя цитата того же св. отца: «Дары же Господа приходят сами собой, если сердечный храм будет чист, а не осквернен. То, чтоб искать с наблюдением, говорю, высоких Божьих дарований, отвергнуто Церковию Божией. Предпринявшие это подверглись гордыне и падению» (И. Брянчанинов «Аскетические опыты»).
    Здесь продолжение того же заблуждения о благодати, которое мы разобрали выше, и как раз против которого и говорит притча о талантах. Брянчанинов заявляет, что «дары Господа», т.е. благодать придет только тогда, когда «сердечный храм будет чист, а не осквернен». Здесь он меняет местами результат действия с самим действием -  благодать придет в сердце не тогда, когда оно будет чисто, а напротив – благодать придет для того, чтобы его очистить. И это демонстрирует нам разобранная нами притча – нужна первичная мина (благодать), чтобы собрать в своей душе пять или десять мин, нужно непременное обладание некоторыми первичными добродетелями (как плодами благодати), чтобы в течении жизни удвоить их количество (или, другими словами – преумножить благодать). И той «малой», но как оказалось – наиболее важной добродетелью, позволяющей в конечном итоге жизненного совершенствования души достичь Царства Небесного и «вечного обетования», является добродетель нестяжания.
    По поводу заявления св. отца о том, что «искание высоких Божьих дарований отвергнуто Церковью Божией» можно сказать лишь одно – истинная Церковь Божья такое сказать не могла, такая «истина» нужна лишь Церкви мирской, увлеченной «собиранием сокровищ на земле, а не на небе».

  • Сергей

    09 фев 2017

    Ответить

    Я притчу о минах понимаю так: рабам мины выдавались не в собственность, а в управление, поэтому здесь исходно подразумевается не личное обогащение. Если общество разделяется на бедных и богатых, то в целом оно становится беднее и не может полноценно развиваться. Поэтому раб, который не приумножил то, что было поручено ему, не способен управлять правильно. Тот, кто управлял правильно и приумножил данное ему в управление, то есть не допускал несправедливости в обществе, которое благодаря этому стало в целом богаче, получил в управление города. 

  • А.Молотков

    09 фев 2017

    Ответить

    Андрей, в своих статьях-комментариях Вы настойчиво пытаетесь атаковать Церковь с позиции «христианского социалиста». Это главная сквозная линия всех ваших рассуждений и комментариев. На мой взгляд, это непродуктивная и ошибочная стратегия. И вот почему:
     
    Во-первых, сама Церковь как «Столб и Утверждение Истины» (по П.Флоренскому) является настолько незыблемой скалой, что всякие попытки что-то в ней изменить со стороны бушующих волн активного христианского сознания, по определению тщетны. Церковь это многовековой духовный соборно-исторический институт, включающий в себя помимо самого Основания в Лице Иисуса Христа и фундамента апостольского строительства, весь духовный опыт множества подвижников, богословов, святых и религиозных философов, вносивших свою лепту в созидание и укрепление исторического здания Церкви. И сегодня мы имеем то, что имеем – во всем бескрайнем массиве этого величественного Здания. И в этом Здании «обителей много», в том смысле, что всякое живое христианское сознание может найти в нем просторное местно для собственного возрастания в Истине. И в этом главное, непреходящее духовно-историческое значение Церкви, заявленное с самого начала ее Основателем – «созижду церковь Мою, и врата ада не одолеют ее».
     
    Во-вторых. При этом, конечно, во многих своих позициях и формах Церковь закостенела, и даже окаменела, переплелась с миром и потеряла связь с исторической реальностью, но это не значит, что Дух Святой покинул ее (как Вы иногда пытаетесь утверждать). Он пронизывает ее с самого Основания по определению. Другое дело, что формы и пути действия Святого Духа в сегодняшнем мире и истории могут выходить за рамки существующей Церкви, что вполне естественно. И это действительно вызов времени, как для самой Церкви, так и для активного христианского сознания. Сегодня Церковь по многим своим позициям оказывается в положении Ветхозаветной церкви накануне христианского Откровения, и многие аналогии напрашиваются… В том числе и то, что нынешнее церковное возрождение (в форме государственно-капиталистического «торжества православия») фактически экстерном, за 25 лет, вышло на позиции 1917 года, где как известно, «все было разрушено»… И это очень серьезный, критический момент для Церкви. Но даже если это так, если Церковь не найдет в себе возможности непосредственно откликнуться на новый духовно-исторический запрос времени, то это не значит, что надо ее по этому поводу атаковать с позиции нового христианского сознания (христианского социализма). Это совершенно излишняя (негативная) затрата духовного ресурса, открывающегося в новой исторической перспективе. Этот открывающийся ресурс живого христианского духа должен быть направлен в исключительно позитивное русло – в сторону всестороннего обоснования и построения новой христианской модели общественного устройства – христианского социализма. Здесь огромный, непочатый объем работы…
    Это новое самоопределение христианского духа и сознания за оградой церковного возможно совершенно свободно само по себе без какой-либо оглядки на «церковное благословение». В этом специфика сегодняшней задачи. Церковь не помеха и не преграда в этом строительстве, чтобы ее предварительно «разрушать» или лишать духовного авторитета. Наоборот, она остается единственным оплотом и источником христианского духа, хранителем Истины в этом мире, и по существу – главным потенциальным резервом христианских социалистов для будущего социального строительства. Так как, перефразируя Ленина, «настоящим христианским социалистом можно стать, только впитав в себя знание всех тех духовных богатств, которые содержит в себе Церковь». 
     
    Иначе, встав на путь оторванного от православной традиции воинствующего «протестантского социализма», мы рискуем наломать много дров, как это и произошло в советском радикально-протестантском атеистическом варианте. 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Поля обязательные для заполнения *