Н.Сомин. ЧТО ТАКОЕ ХРИСТИАНСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ?

n21menh61

Главы из книги «Основы христианской социологии»

 Введение

 

Настоящая книга посвящена христианской социологии — новой дисциплине, возникающей на стыке христианского богословия, социальной философии, истории и социологии. Что же такое христианская социология? Это отнюдь не социология религии и тем более не социология Церкви. Нет, — это специфически христианский взгляд на человеческое общество. Взгляд, который вытекает из глубинных основ христианкой веры и христианского учения о человеке.

 

Необходимость христианской социологии.

Специфику христианской социологии мы постараемся осветить далее — собственно, об этом все время и будет идти речь. Но сначала необходимо защитить саму постановку вопроса о рассмотрении социальной сферы с православной точки зрения. Дело в том, что ее необходимость оспаривают, причем сразу с двух сторон. Прежде всего, профессиональные светские социологи, слыша о христианской социологии, пожимают плечами — мол, никакого специфически христианского взгляда нет и быть не может. Ибо социология — это наука, а наука одна — это объективный взгляд на мир, познание явлений этого мира, как они есть. Взгляд же христианский будет по необходимости необъективным, а потому ненаучным. Но, может быть, еще больший скепсис демонстрируют сами христиане (точнее — некоторые из них). «Жили две тысячи лет без христианской социологии и дальше проживем. Наши предки спасались, и мы спасемся, — молитвой, постом, послушанием и верой в Бога. Попытка создать какую-то христианскую социологию — ложная цель, отвлекающая от главной цели христианина — приближения к Богу (спасения души)», и их не останавливает даже утвержденные на Архиерейском Соборе 2000 г. «Основы социальной концепции Русской православной Церкви» [1].

Сначала остановимся на сомнениях православных христиан. Они отражают определенный взгляд на мир — взгляд, согласно которому единственная задача в этом мире — личное спасение исключительно через молитву и покаяние. Это взгляд специфически монашеский, который у нас очень почитается и часто считается эталоном христианства. Но универсальным и единственным его считать нельзя. И сами монашествующие учат, что монах — молитвенник за весь мир. Тем более — мирянин, дело которого в этом мире — не только спастись, но и преобразить этот мир (и именно этим спастись). «Основы социальной концепции РПЦ» утверждают: «Ее (Церкви — Н.С.) целью является не только спасение людей в этом мире, но также спасение и восстановление самого мира» [1,4]. Если же мы будем считать, что мы лишь странники на этой земле, то не исключено, что мы просто не выполним замысел Божий о мире и человеке в нем.

Только после создания христианской социологии все здание богословских наук можно считать законченным, Дело в том, что создавая человека, Господь предназначил его не для отдельного, изолированного существования, а для жизни в обществе. По выражению Аристотеля человек — «зоон политикон», существо общественное. Без общества человек не может стать человеком, раскрыть свои потенциальные возможности. Можно даже утверждать, что вне общества человек не может спастись. И этому не противоречат случаи многолетнего отшельничества, поскольку до своего ухода из общества подвижник долгое время в нем жил, воспитываясь как личность. Да и в большинстве случаев такой подвижник возвращался «в мир» или «в общежитие», поскольку любовь к людям не позволяла ему навсегда предаваться созерцанию Бога.

Библия рассказывает нам о древней человеческой истории, в которой действующими лицами являются «народы» — племена, государства и даже огромные империи. Например, Израильское общество, которое было сформировано под воздействием Моисеева законодательства. Иначе говоря, Библия постоянно говорит о движении и взаимодействии социумов. Собственно, это и является содержанием истории. Наш замечательный философ Владимир Соловьев указывает, что вне социального развития вся человеческая история оказывается бессмысленной:

«Если бы человечество представляло собою простую арифметическую сумму отдельных изолированных лиц, то все препятствия к полному осуществлению царствия Божия сводились бы, собственно, к одному: злой личной воле. Все действие Божие в человечестве было бы в таком случае прямо и исключительно обращено на каждую отдельную душу, которая или воспринимала бы это действие и входила в царствие Божие, или отвергала бы его. Решение этого вопроса, безусловно отдельное для каждой души, могло бы произойти вне пространства и времени, всемирная история была бы совершенно не нужна и жизнь — бессмысленна. К счастью, человечество не есть куча психической пыли, а живое одушевленное тело, образующееся и преобразуемое, последовательно и закономерно развивающееся, многоразлично расчленяемое и объединяемое, разнообразно связанное с прочим миром и всесторонне воспримающее дух Божий — не только периферически, но и центрально, не только в единицах, но и в группах, не только частями своими, но и целым. [5,332-333].

Заметим в скобках, что здесь Соловьев особо подчеркивает органический характер общества, о чем еще будет речь впереди.

Человек, как учит нас православное богословие, есть образ Божий. И замечательно, что само общество тоже является образом Божиим. Ведь Бог — это Святая Троица, Три Лица, имеющие общую божественную природу. Иначе говоря, общество как соединение многих человеческих лиц есть образ Троицы, как единения трех Лиц. А Троица — прообраз общества, каким оно предполагалось до грехопадения прародителей. Этим еще раз подчеркивается воля Божия человеку жить в обществе.

Таким образом, христианская социология является необходимой частью христианской антропологии. Но не только. Оценивая социум с точки зрения Бога и Его заповедей, она дает духовно-нравственную оценку социальным явлениям. Наш замечательный русский философ и социолог С.Н. Булгаков «Христианская социология существует — как отдел нравственного богословия» [2] Можно сказать и иначе: христианская социология оценивает все социальные явления с точки зрения греха и добродетели. И именно тут она смыкается с сотериологией — учением о спасении.

Осмыслить роль общества в деле спасения человека, понять смысл и судьбу общественного развития в прошлом, настоящем и будущем, указать духовно-нравственные ориентиры в общественном развитии — вот цели христианской социологии. Почему же она не была создана ранее? Это обусловлено не догматическими, а историческими причинами. Социология осознала себя наукой со своим особым предметом только в середине XIX века. До этого она развивалась неявно — под видом психологии или политологии. Но к тому времени канон церковных наук уже давно устоялся, а всегдашняя консервативность Церкви с трудом допускала его расширение.

Однако востребованность христианской социологии необычайно высока, ибо в среде самих христиан существует острая необходимость в осмыслении общественных явлений. И если отказаться от построения христианской социологии, то все равно христиане будут об обществе судить и рядить, но уже либо по чуждым им мирским общественным теориям, либо, — еще хуже, — питаться недостоверными соображениями, разными мифами, в изобилии возникающими в православной среде, попросту говоря, «бабьими баснями» (ап. Павел). Эта ситуация недопустима и должна быть обязательно исправлена.

 

Сравнение мирской («научной») социологии с христианской.

Но чем же нас не устраивает мирская социология? Ведь она за последнее столетие превратилась в достаточно развитую науку, включает множество теорий, охватывающих практически все стороны общества. На этом вопросе стоит остановиться чуть подробнее.

Современная социология рассматривает себя как науку. Но по неписанным правилам научного исследования оно должно быть безоценочным. Точнее, оценки возможны, но они не должны носить нравственного характера. Можно говорить «больше», интенсивнее», «быстрее», но нельзя говорить «лучше», «хуже». Как только исследователь сбивается на нравственные оценки, то считается, что он выходит за рамки науки. Ведь наука должна быть абсолютно объективна, она должна объяснять то, что реально существует, «как есть». А мораль, с точки зрения научного мышления, субъективна.

Такова парадигма научного исследования, и в социологии она жестко соблюдается. Но человек не только существо общественное, но и существо нравственное. Все его поступки имеют свое измерение на духовно-нравственной шкале «хорошо-плохо». Человек должен стремиться к лучшему (и всегда стремится к этому, только «лучшее» понимая по-своему). Поэтому взгляд на человеческое общество только с позиций чистой, безоценочной науки явно недостаточен. Мало ответить на вопрос «как устроено существующее человеческое общество»; нужно еще показать, каким общество должно быть. Причем второе ничуть не менее важно, чем первое. Ибо, в конце концов, человек сам творит общество, в котором он живет, и, обладая свободой воли, имеет силу его изменять, делать лучше (или хуже). Знание «как есть», без знания «как должно быть», — знание ущербное, половинчатое. Эта половинчатость — органический недостаток современной «научной» социологии. Только совокупное, интегральное знание, включающее научное знание о реальности и нравственное знание о должном, обладает подлинной полезностью для человека, позволяя ему верно ориентироваться в мире.

Но что может дать правильную нравственную установку? Может быть, и в самом деле, мораль субъективна? Нет. Христианское учение утверждает, что мораль от Бога, Им установлена, Им поддерживается, и верные нравственные нормы содержатся в Священном Писании. Поэтому христианство (по сути дела только оно) имеет право давать нравственную оценку общественным явлениям. И не только имеет право, но и должно, обязано это делать. Ибо, созданная Самим Спасителем и водимая Духом Святым, оно содержит истину, в том числе — истину нравственную. Только христианство может задать верную шкалу оценок «хорошо/плохо», только оно может сформулировать общественный идеал, к которому человечество должно стремиться. Поэтому христианская социология должна преодолеть «аморальность» (точнее, «безморальность») современной социологии, не боясь давать христиански выверенную нравственную оценку социологическим феноменам. Причем, эта оценка должна даваться в рамках христианской парадигмы, применяя такие понятия как любовь, грех, добродетель, наказание, покаяние и др.

Впрочем, не будем столь наивны, считая, что современная социология создается ради чистого знания, пусть и ограниченно понимаемого. Социологи зависят от заказчиков, которые хотят властвовать, а значит — манипулировать обществом. Современная социология — служанка нынешнего либерального капитализма, и это накладывает на нее особый отпечаток. С одной стороны, она честно старается понять «как есть», ибо явная, неадекватная действительности халтура чревата возможностью выпустить мир из-под контроля. Но с другой стороны, цель (манипулирование) вынуждает социологов исповедовать особую мораль, выясняя не «как должно быть», а «как выгодно» заказчикам. А им, достигшим власти в этом мире, выгодно оставить все как есть. Иначе говоря, нынешняя социология во многом занимается оправданием того строя, который сложился на этой грешной земле. А этому очень способствует «научная» парадигма, где по сути дела идеал отождествляется с тем «как есть». Именно поэтому социология и не ставит вопроса о духовно-нравственном качестве общества. Можно даже сказать, что на современном этапе западная социология превратилась в идеологической оружие глобализации, призванное, попросту говоря, промывать мозги населению покоряемых Западом территорий.

Это лукавство западной социологии должна преодолеть христианская социология, которая ставит своей задачей не просто понимание структуры существующего общества с точки зрения истин христианства, но и его оценка, выяснение того, что для христианина в нем приемлемо, а что — нет. А за примерами указанного лукавства не нужно далеко ходить. Сам Макс Вебер, может быть наиболее прославленный западный социолог, мастерски придерживался безоценочной парадигмы: социология должна «понять» общество, изучая интенции членов общества, но и в коем случае не давать обществу нравственную оценку. За это (и не только за это) Вебер и возведен на пьедестал великого социолога.

 

Творцы христианской социологии.

Христианская социология — новая богословская дисциплина. Но попытки ее построения предпринимались неоднократно уже в XIX в. Причем основной вклад в ее становление внесли русские религиозные философы. Прежде всего, тут следует отметить В.С.Соловьева, всесторонне обосновавшего необходимость осмысления социума с христианских позиций, а также создавшего грандиозную религиозно-политическую систему («всемирная теократия») [3], которая, правда, оказалась далека от истины, и Соловьев в конце жизни от нее отказался.

В XX веке значительный вклад в развитие христианской социологии внес С.Н. Булгаков, впоследствии о. Сергий Булгаков. Его цикл лекций в Свято-Сергиевском богословском институте в Париже так и назывался «Христианская социология» [2]. Это была первая попытка систематически описать христианскую социологию. Однако небольшой объем работы не позволил Булгакову эту задачу полностью выполнить. Как общая теория, так и разделы христианской социологии далеко не полны.

Христианской социологии посвящена интересная и значительная книга нашего философа Семена Франка «Духовные основы общества» [6]. Хотя эта книга относится к разряду философских, но очевидна ее христианская направленность. К сожалению, книга затрагивает лишь некоторые вопросы, и поэтому может считаться лишь введением в интересующий нас предмет.

Ряд глубоких идей в христианскую социологию внес русский философ и общественный деятель Н.Н. Неплюев. Можно даже утверждать, что разработанная им религиозно-философская система превосходит все, сделанное в этой области всеми остальными философами, включая Соловьева и Булгакова. На идеях Неплюева во многом основан материал этого цикла статей.

Много интересных идей внесли также наши русские философы НЯ. Данилевский, А.С. Хомяков, Н.Ф. Федоров, В.Ф. Эрн, Н.А. Бердяев, Н.А. Сетницкий, Л.П.Карсавин. Наконец, необходимо упомянуть и современных наших исследователей, работающих в христианской парадигме, в частности, А.Е.Молоткова, В.Ю. Катасонова, В.С.Макарцева и ряда других. Что же касается западных социологов, то обращаться к их идеям мы будем лишь изредка, вскользь — никто из них не работал в парадигме христианской социологии, хотя некоторые из них были верующими христианами.

Христианство представляет собой универсальную истину, и значит христианский взгляд на социум является наиболее плодотворным. И поэтому все социальные явления могут и должны быть осмыслены с точки зрения христианского мировоззрения. При этом основной упор должен быть сделан на духовно-нравственном содержании общественных явлений. Ибо именно от духовно-нравственного состояния зависит как судьба каждого человека в вечности, так и историческая судьба всех социальных образований.

Однако надо признать, что, несмотря на все усилия и относительные достижения наших социологов, цельная христианская социология пока не создана. Это дело будущих поколений христиан.

 

Задачи христианской социологии.

Первоочередная задача — выяснение основ христианской социологии. К сожалению, глубокой православной традиции осмысления социальных проблем нет. «Основы социальной концепции РПЦ» [1] появились только в 2000г. Это добротный, хорошо продуманный документ, составленный квалифицированными авторами. Но он является по сути дела ответом на некоторые вызовы, которые предъявляет нам социальная жизнь — не более. Создание всеобъемлющей теории, разработка глубокого христианского учения о социальной сфере, видимо, не ставилось задачей этого документа. Поэтому разработка основных идей христианской социологии — актуальнейшая задача нашего богословия. Настоящий цикл статей в основном посвящен именно попытке представить христианскую социологию как систему базовых положений, закладываемых в основание этой новой науки.

Поскольку Священное Писание и Священное Предание являются непререкаемыми по авторитетности источниками, то исключительно важным представляется их изучение с точки зрения социологических идей. Ветхий Завет в этом смысле более четок: там социология зафиксирована в Моисеевом Законе и сплавлена с прочими, необходимыми для жизни человека заповедями. Но он создан для народа грешного, «жестоковыйного», которому нужна узда. Ветхий Завет предполагает непреображенную экономику, основанную на частной собственности. И все же нельзя сказать, что там экономика главенствует, ибо основная социальная идея Ветхого Завета — не допустить скапливание богатств в одних руках. Идея социальной справедливости тут верховодит.

Новый Завет, казалось бы, далек от социальности и проповедует личное спасение. Но этот взгляд обманчив. Любовь — главное в христианстве — на социальном уровне преобразуется в общинность. Именно идея общинности является социальным лейтмотивом Нового Завета, и свое высшее выражение получает в первохристианской Иерусалимской общине.

Огромное значение имеет также изучение творений святых отцов, в которых социальным проблемам (в частности проблеме богатства и бедности) уделяется большое внимание. В частности, тема богатства и бедности, собственности милостыни глубоко разработана в творениях вселенского учителя православия св. Иоанна Златоуста [4]. Изучение наследия Златоуста может дать очень много для разработки соответствующего раздела христианской социологии.

Конечно, разработка христианской концепции общества невозможна без анализа и критики современных социологических теорий, а также христианского анализа современных тенденций общественного развития.

Наконец, одна из интереснейших задач христианской социологии — уточнение и осмысление судеб человечества в истории. Поэтому должен быть проведен христианский социологический анализ истории человечества. Но важно смотреть и в будущее. В этом смысле актуально исследование социального измерения эсхатологической проблемы.

Христианская социология только зарождается. Но думается, что перспективы этой молодой богословской науки очень широки.

 

Литература

 

1.     Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. М.: 2000. — 88 с.

2.     С.Н. Булгаков. Христианская социология. // Булгаков С.Н. История экономических и социальных учений. — М.: Астрель, 2007. — С.813-854.

3.     В.С.Соловьев. История и будущность теократии. Собр. соч. Т IV, С-Пб, 1914. — С.243-633.

4.     Николай Сомин. Обижать заставляет любостяжание. Учение св. Иоанна Златоуста о богатстве, бедности, собственности и милостыне. — М.: Современная музыка. 2014, — 262 с.

5.     Соловьев В.С. Из философии истории // Сочинения в двух томах. Т. 2. М.: «Правда», 1989. — С. 323-343.

6.     С. Франк. Духовные основы общества. — М.: Республика. 1992. — 511с.

 

Комментарии (6)

  • Сергей

    10 авг 2015

    Ответить

    Христианская социология должна решать три проблемы: изучение современного общества, каким должно быть общество и как осуществить  переход от одного к другому, не выходя за рамки морали.
    Без решения всех трёх проблем мечты о том, каким должно быть общество, останутся только мечтами.

  • Сергей

    10 авг 2015

    Ответить

    Решил немножко развернуть суть третьей проблемы "переход от одного состояния обществу к другому, не выходя за рамки морали". Эта проблема самая важная и самая сложная. Сложная, поскольку подразумевает предварительное решение первых двух. Важная по причине того, что она - "ключ" в светлое будущее.  Помните жертвенность и жестокость во имя светлого будущего грядущего поколения. Марксизм не учитывал, что дух бытия в этике, а экономика хоть и важная часть общественного бытия - всего лишь часть его. Правильно устроенная экономика - это экономика, построенная на нравственных законах. Но нельзя построить таковую, минуя законы этики.  Отсюда следовало его презрение к общечеловеческой морали и мракобесие. Светлое будущее можно построить, только неукоснительно следуя нравственным законам.
    В противном случае мы обречены будем повторять: «Хотелось как лучше, а получилось как всегда».

  • Cttepan

    12 авг 2015

    Ответить

    Автор ставит вопрос: Что такое христианская социология???   Для несведущих поясню.  Есть астрономия - есть астрология.  Так первая - это научная социология, а вторая - христианская социология, методической основой которой является библия.  Последняя представляет собой образец ненаучного отражения объективной и субъективной реальности.

  • Сергей

    12 авг 2015

    Ответить

    Последние научные исследования американских социологов показывают, что  публично плеваться, сорить, лезть без очереди, курить, мочиться, портить воздух и ковыряться в носу американцы сегодня делают реже, чем вчера. А дети из начальной школы практикуют безопасный секс и редко забеременевают. Чем можно объяснить столь заметные перемены в поведении и морали? Американские социологи связывают это с тем, что у людей появился в жизни интерес: на youtube показывают большое количество видеоклипов. Например, один из них "хрю-хрю" набрал десятки  миллионов просмотров.  Отсюда мы, американские социологи, делаем научный вывод: чем больше клипов, тем больше культуры и нравственности у населения нашей страны. 

  • андрей

    08 окт 2015

    Ответить

    Христианская социология бесспорно нужна и важна!
    Тревожит другое.
    Как бы правильно она не была изложена, какие гарантии, что завтра она не будет искажена и перевернута в угоду сегодняшнему капиталистическому социальному укладу России? Ведь мы уже видим попытки сегодняшних идеологов РПЦ сменить невнятную «умеренную» социально-нравственную доктрину на явно капиталистическую – «протестантскую». Думается, что то же самое ожидает и христианскую социологию.
    Но, означает ли это, что мы не должны вообще поднимать вопроса о христианской социологии в частности, как и о христианском социализме вообще? Безусловно – нет. Христианский социализм – это воля Божья. И потому неважно, что сегодняшняя капиталистическая верхушка РПЦ этого не признает. Главное, что мы это знаем. И знаем не своими домыслами, а через Духа Святого. Поэтому наша задача – всячески доносить эту Божью волю до людей, не боясь их непонимания или осмеяния. Главное для нас, христианских социалистов – выполнить волю Божию.
    Иоанн Златоуст (Толкование на прор. Исаию,40,6): ««Голос говорит: возвещай!»… Не бойся, говорит, хотя бы и противились слышанным словам. Не оставляй твоего постоянства, «возвещай», взывай, т.к. в тех словах, которые ты будешь говорить, заключается великая сила. Хотя бы их никто не принимал, однако ты веруй в силу повеления: ничто не может уничтожить этого определения, потому что оно есть повеление Божие. Не говори: все противятся, все противостоят; твои слова утверждены на истине, а потому взывай свободно: «всякая плоть – сено»».
    Меня же в рассматриваемой статье Н. Сомина тронула следующая цитата:
    «…Создавая человека, Господь предназначил его не для отдельного, изолированного существования, а для жизни в обществе. …Без общества человек не может стать человеком, раскрыть свои потенциальные возможности. Можно даже утверждать, что вне общества человек не может спастись. И этому не противоречат случаи многолетнего отшельничества, поскольку до своего ухода из общества подвижник долгое время в нем жил, воспитываясь как личность. Да и в большинстве случаев такой подвижник возвращается «в мир» или «в общежитие», поскольку любовь к людям не позволяла ему навсегда предаваться созерцанию Бога».
    Безусловно, я целиком и полностью разделяю взгляд Н. Сомина на то, что православное христианство не ограничивается стенами монастырей и храмов, оно не отделимо от общества и во многом зависит от мировоззренческих нравственных установок, царящих в нем. Для подтверждения этого далеко ходить не надо. Чуть выше я привел пример сегодняшнего протестантского перекрашивания неизменных христианских истин идеологами РПЦ в угоду царящему в России олигархическому капитализму. Поэтому развенчание прорастающих в нашем христианстве идеологии асоциального индивидуального самоспасения, как впрочем, и идеологии спасения богачей – важная и очень желаемая Богом задача.
    Но, что коснулось лично меня, так это тема многолетнего отшельничества многих святых отцов Церкви, а также – упомянутое Н. Соминым «созерцание Бога».
    Совсем недавно я негативно оценивал решение христиан удаляться в монастыри и пустыни, считая такой поступок удаления из общества греха минимум – искусственным уменьшением соблазнов в борьбе с личными грехами, максимум – дезертирством с поля духовного боя.
    Однако, вышеприведенная цитата Н.Сомина дала мне Божье обличение, за что я очень благодарен автору статьи и раскаиваюсь в своем раннем неверном суждении. Позже, благодаря полученному откровению, я узнал об удивительной православной духовной методике достижения состояния «созерцания Бога» (а по сути получения Духа Святого), называемой исихазм, а также и то, что святые отцы, получившие этим способом Духа истины, либо «возвращались «в мир» для проповедования полученных таинственных истин, «услышанных» от Бога, либо брались за перо, чтобы поделиться постигнутыми ими Божьими истинами с нами, их потомками. 
    Тема исихазма – удивительна, мистична, чудесна и достаточно обширна. Возможно, когда-нибудь этой теме я посвящу отдельную статью, тем более, что применение этой методики нам, современным православным христианам, может очень сильно помочь для разрастания в душах «начатка Духа Святого». А – недопонимание христианами значимости Духа Святого для спасения, как и заблуждение в возможности спасения для обремененного богатством или спасающегося индивидуально – сегодня как никогда актуальны.
    Здесь же приведу немного информации о исихазме, чтобы заинтересовать православного читателя, а также - несколько цитат святых отцов из Священного Предания, рассказывающих о необходимости для христианина служения обществу, а не спасению поодиночке.
    Касательно же желания «спасаться индивидуально» хотелось бы добавить следующее. Всем нам христианам хорошо известно, что целью христианской жизни является постепенное (шаг за шагом) приближение нашей души к светлой (без грехов) душе Иисуса Христа. Преобладание в душе христианина индивидуалистических эгоистических желаний, характерное для самого начального этапа пути к Божьему совершенству, является свидетельством наличия  у него пока еще очень мелкой души и кричит ему тревожной сигнализацией о том, что он застрял на первой ступеньке в своем восхождении к Богу. На следующих этапах приходит понимание, что подобное поведение противоречит заповеди «любить ближнего как самого себя», а на еще более высоких уровнях христианина вообще перестает заботить вопрос спасется ли он, так как единственных вопросом для него становится: «Чем я могу послужить Богу? Как лучше я могу выполнить Его волю»? Для него становится более важным Божья победа, а не его, пусть и праведное, спасение.
    Но, вернемся к исихазму.
    Согласно Википедии: «Исиха́зм (от др.-греч. «спокойствие, тишина, уединение») — христианское мистическое мировоззрение, древняя традиция духовной практики, составляющая основу молитвы Иисусовой «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя», а целью — уподобление Христу, обо́жение. Иначе говоря, исихазм — это практика умно-сердечной Иисусовой молитвы с «дыхательным методом»), совмещённая с  трезвением (контролем) за всеми исходящими изнутри помыслами, способствующая очищению ума и сердца и подготавливающая (но не приводящая сама по себе) подвижника к богосозерцанию. (Разумеется, речь не идёт о буквальном, физическом созерцании, а о духовном, «внутреннем» узрении, а по сути, о духовном ведении (то есть – духовном знании, полученном через Духа Святого). Наиболее известные представители византийского исихазма — Симеон Новый Богослов, Григорий Синаит, Григорий Палама. Наиболее известные русские исихасты - Антоний Печерский, Стефан Пермский, Паисий ВеличковскийФеофан Затворник».
    Теперь приведу  цитаты из Священного Предания.
    Афонский Патерик (или жизнеописания святых, на Святой Афонской Горе просиявших): «В третий год пребывания своего в безмолвии, однажды во время молитвы Григорий Палама почувствовал, что он погрузился в сон, и ему представилось, будто в руках его - сосуд чистого молока, до такой степени полный, что оно переливается через край; вслед за тем ему показалось, что молоко приняло вид ароматного виноградного вина, которое, переливаясь также через край сосуда, омочило руки его и одежду, и потом заструилось повсюду, распространяя дивный аромат. Чувствуя сладость аромата, Григорий радовался. Между тем является ему светлый юноша и говорит: «Почему бы тебе не передать и другим это чудное питье, так щедро разливаемое тобою без всякого толка? Или не знаешь, что это не иссякающий дар Божией благодати?» - «Но если в настоящее время нет нуждающихся в таком питии, - отвечал Григорий, - кому передать?» - «Хотя в настоящее время действительно нет жаждущих, - возразил юноша, - но ты все-таки обязан исполнять долг свой и не пренебрегать даром Божиим, в котором Владыка потребует от тебя отчета». Видение закончилось. Значение молока святой Григорий впоследствии объяснял так, что это дар слова обыкновенного, для сердец простых, требующих нравственного учения. Превращению молока в вино придал он смысл гораздо высший: этим означалось, что со временем потребуется от него слово догматическое и духовное. Вскоре после сего богомудрый Григорий был избран игуменом в Есфигменский монастырь, где братство тогда состояло из 20 монахов. С той поры кроме слова устного святой Григорий начал писать свои духовные произведения и проявлять дар чудотворения».
    Афонский Патерик: «Преподобномученик Дамиан, оставив мир и яже в мире, удалился на Святую Афонскую Гору, и здесь, в священной обители Филофея, приняв на себя ангельский образ, стал подвизаться достойно своего звания. Но желая еще больших подвигов, он через некоторое время оставил монастырь и удалился на безмолвие к Дометаю, знаменитому в то время подвижнику-безмолвнику, обладавшему даром чудотворения. Под руководством безмолвника сего он жил три года, восходя от силы в силу и преуспевая во всех добродетелях, так что за неослабную ревность и усердие, тщательность и точность в исполнении всех Заповедей Божиих, сподобился слышать Божественный глас, призывающий его к служению ближним. «Дамиан, - таково было Божественное вещание ему, - не своей только пользы должно тебе искать, но и пользы других». Он тотчас же оставил Святую Гору, удалился в пределы Олимпийские и стал там везде с дерзновением и велегласно проповедовать Слово Божие, призывая христиан к покаянию и удалению от неправд и пороков, к хранению Заповедей Божиих и творению добрых и богоугодных дел».
    Как видим, христианам, достигшим способности Его слышать, Бог не дает ни малейшей возможности тихонько индивидуально спастись. Он требует, чтобы «услышавшие и уразумевшие» наставляли в Божьей истине слабослышащих христиан, чтобы и те получили возможность спастись.
    Феофан Затворник (Путь ко спасению): «Достигающие чрез безмолвие бесстрастия и чрез то удостаивающиеся преискреннего богообщения и боговселения изводятся оттуда на служение ищущим спасения и служат им, просвещая, руководя, чудодействуя. И Антонию Великому, как Иоанну в пустыне, глас был в его безмолвии, изведший его на труды руководства других на пути спасения, — и всем известны плоды трудов его. То же было и со многими другими. Выше сего состояния апостольского мы не знаем на земле…».
    В заключении же приведу напутственное слово святого отца Феофана Затворника:
    Феофан Затворник (Толкование на посл. 1-ое к Коринф.14,26): «Помните, что никто ничего не получает исключительно для себя, но все, что ни получает, получает для всего собрания верующих. С ним он и должен делиться, не славы своей ища, а исполняя Божие поручение относительного дарованного. В самом даровании Бог будто говорит каждому: возьми и раздай».
     
     
     

  • Сергей

    12 окт 2015

    Ответить

    Религия никогда не приведёт к смене существующего общественного строя. Вся история развития человеческого общества является тому доказательством. Сам Иисус Христос нелицеприятно относился к современным ему религиозным деятелям, называя их фарисеями, то есть лицемерами.  Общественное сознание изменяется через смену общественного бытия. Религия обращается непосредственно к сознанию и то только верующих, практически полностью игнорируя общественное бытие. Поэтому и считают, что Царство Небесное может быть построено при капитализме.
    С другой стороны, без тех духовных ценностей, которые хранит, отстаивает и распространяет церковь, само человеческое существование было бы поставлено под вопрос.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Поля обязательные для заполнения *