Наталья Шишкина

Пропаганда в эфире

Во все времена пропаганда являлась одной из неотъемлемых частей политики государства, особенно тогда, когда государство переживало не лучшие свои времена. Не стала исключением и современная Россия.

У самих россиян слово «пропаганда» вызывает, кроме негативных эмоций, ещё и следующие ассоциации: «навязывание, внушение, воздействие на сознание» (12%), «ложь, дезинформация, пустословие» (6%), «информирование», «реклама», «агитация» (по 4%). Наименее популярные — это ассоциации, как ни странно, с политикой, антироссийской деятельностью, деятельностью СМИ, продвижением чьих-то интересов и отдельными странами (США, СССР).

Получается, что население способно распознать и увидеть в большинстве своем лишь наиболее примитивную и явную форму пропаганды, не замечая её в деятельности СМИ, политике и не связывая с продвижением интересов. Тем не менее, примитивные и явные формы пропаганды постепенно уходят в прошлое, уступая место более изящным приемам. Современные информационные технологии, развивающиеся опережающими темпами, дают беспрецедентные возможности, но основная часть пропаганды идет всё равно с помощью телевидения.

Основная часть телепередач, в рамках которой проводится пропаганда — это либо новости, либо ожесточенные ток-шоу с приглашенными экспертами и достаточно известными людьми. Периодически, когда подходит очередная годовщина некого важного события, либо непосредственно после этого события, выходят и специальные фильмы, претендующие на документальность, с интервью первых лиц и участников.

АНАЛИТИЧЕСКИ-НОВОСТНЫЕ ПРОГРАММЫ

Новости, по данным социологических опросов — наиболее популярная форма получения информации у населения. Новости по телевидению смотрят 58% российских граждан. Поэтому именно новости, особенно новости с претензией на аналитику, являются основным инструментом пропаганды.

Существует множество приемов введения в заблуждения либо формирования необходимой заказчику программы позиции зрителя.

Один из наиболее популярных приемов в российских аналитико-новостных программах — это навешивание ярлыков на политических противников. Ярким примером может послужить использование слов «хунта», «фашисты»/укрофашисты», «бендеровцы» в преддверии и начале печальных и трагических событий на Украине, которые позже были заменены на «партнеров», а с началом сирийской операции место врага заняли «исламисты». Следующий прием, полюбившийся российским журналистам, очень часто используется на Западе. Это приём обобщения, переноса частного на общее с одновременным замалчиванием отдельных фактов, обстоятельств, деталей происходящего. Причем замалчивание может заменяться на отсутствие эмоциональной окраски у одной части новости/детали/факта, при избыточной эмоциональной окраске другого, что приводит к смещению акцента внимания и искажает восприятие события в целом.

Обычно в качестве такого приема используется отдельная история отдельного человека, пострадавшего от чего-либо (или, если речь идет о представителях политических противников, то обладающего определенными негативными чертами). Примером могут служить комментарии очевидцев, или сами кадры видеороликов, например, из Крыма или Донбасса.

Конечно, большое внимание необходимо уделять тону, тембру, голосу самого ведущего. На российском телевидении очень заметны две основных тактики поведения ведущего новостей при пропаганде: либо это быстрая, холерическая речь, клиповый поток информации («Воскресное время» на «Первом канале»), либо  спокойная, со смысловыми паузами, объясняющая («Вести недели», «Вести в субботу», «В центре событий»). Сразу же в начале программы, как правило, дается установка: «Нам важно не только рассказать, но и понять почему». Понимать, конечно же, предложат со своей колокольни.

Кстати сказать, согласно опросу ФОМ у россиян значительно популярнее именно второй вариант подачи информации: в сумме 49% опрошенных отдали предпочтение Дмитрию Киселеву и Сергею Брилеву («Вести недели» и «Вести в субботу»).

ТОК-ШОУ

Ток-шоу, особенно под видом общественно-политических передач, имеют свои средства влияния на зрителя.

Во-первых, это, конечно же, реакция зала на того или иного выступающего. Ни для кого не секрет, что массовкам на телепередачах время оплачивается — соответственно, деньги необходимо отрабатывать. Не нравится участник, не ту позицию он выбрал — застучать, загудеть, освистать. А если позиция правильная — зааплодировать, даже встать, выкрикнуть пару фраз одобрения. И уже как-то неудобно зрителю у экрана поддерживать неугодного, если столько людей его освистывают.

Во-вторых, если в новостях могут обрезать то или иное интервью, то в режиме реального времени это становится слишком заметно. Тогда действует базарный прием — кто кого перекричит, тот и прав. У неугодных можно ещё отнять микрофон, дать меньше времени. Или, как это часто делает В. Соловьев, перебить выступающего и начать давить на него, отвечать за него и додумывать, тем самым мешая аргументированно высказаться. По существу, ведущий программы перестает быть координатором дискуссии, а активно становится на сторону того или иного выступающего.

В-третьих, это и подбор самих приглашенных, хотя и не всегда. Приглашенные подбираются таким образом, чтобы оппонент про-властному участнику ток-шоу не смог настолько же уверенно, ясно и четко изложить свою позицию. Или хотя бы обладал менее привлекательным имиджем для зрителя (например, говорит с английским акцентом) или менее выразительной харизмой. Под видом общения «на равных» сталкивают сильного оппонента и слабого. Повторюсь, такое бывает не всегда.

В-четвертых — это тактика «все на одного»: из дискуссии устраивается свора, когда на одного выступающего начинаются нападки со всех сторон. Отбиться при таком давлении практически невозможно, а любые аргументы выглядят как оправдание своей позиции. А позиция оправдывающегося — это слабая, невыгодная позиция.

В-пятых, это, конечно же, использование авторитета самого ведущего либо участника. Так, сам факт достаточно плодотворной работы с первым лицом государства для населения, которое поддерживает лидера, является одним из важных факторов в вопросе принятия решения, на чью сторону встать. Используется «эффект ореола», дающий кредит доверия ведущему либо одному из участников.

ФИЛЬМЫ

С 2014 года в российской пропаганде активно стал использоваться ещё один жанр — это претендующий на документальность фильм, в котором для пущей популярности даются интервью с видными и известными политиками. Нельзя не отметить, что подобный инструмент требует значительно большей подготовки и продуманности, чем новостные сюжеты и ток-шоу, но и имеет значительно больший эффект. Если от уровня шума в ток-шоу большинство людей очень быстро устает, а новости можно получить в значительно более спокойной обстановке с помощью Интернета, то фильм, во-первых, вызывает меньше подозрений, а во-вторых, интереснее своей формой, прямым и спокойным диалогом, разговором на одну конкретную тему.

За последнюю пару лет можно назвать три главных представителя данного жанра пропаганды — это фильмы «Миропорядок», «Президент» и «Крым: путь на Родину».

Все эти фильмы построены вокруг одной фигуры — Президента, и формируют именно его имидж. Привлекательность создается за счет переклички с традиционно положительными русскими образами: в фильме о Крыме его представляют как «собирателя земли Русской», что перекликается со временами Ивана Третьего, во время правления которого, что символично, Русь освободилась от власти Орды. К слову сказать, ярко выраженный антиамериканский настрой фильма, и создание впечатления сильной независимой политики тоже имеет некую перекличку, вроде как освободились от мирового гегемона. В фильме «Президент» главное лицо предстает в образе сильного и самостоятельного правителя, но что интересно — советский период осуждается. Хотя у сторонников идеи строительства СССР-2 под руководством В.Путина в преддверии выхода фильма были весьма большие надежды. Видимо, позиция осуждения СССР выбрана, чтобы не возникло непредвиденных и нежелательных ассоциаций. Вдруг сравнивать начнут результаты индустриализации советских времен и состояние промышленности сегодня, и окажется какая-то уж совсем неудобная картина.

«Миропорядок» — это уже претензия на то, чтобы представить Президента защитником Русского мира и проводником миссии России в мире. Именно в таком порядке и выходили эти фильмы, весьма логичном — сначала «собирание земель», потом сильная рука, потом вызов внешнему миру. Неизвестно, каким был бы эффект, если бы фильмы пустили в обратном или хаотическом порядке. И наверняка эффект был бы меньшим, если бы в текстовом варианте опубликовали интервью Президента, да и сценарий фильма. Одно дело — когда и видео, и аудиоряд отвлекают и оказывают влияние на эмоции зрителя. Другое — когда можно взять карандаш и вдумчиво прочитать, что было сказано. Например, про внезапность и незапланированность присоединения Крыма, что совершенно не сочетается со всей патриотической риторикой о Русском мире. Или оговорки про решение о присоединении Крыма, которое принималось единолично 23 февраля, а вовсе не по результатам референдума.

ОБЩЕЕ И ОСОБЕННОЕ

Общим для любых манипулятивных приемов является, во-первых, использование психологических особенностей большинства людей. Например, в России в последнее время активно используется апелляция к большинству, начиная от введения понятия «путинского большинства» и заканчивая таким построением кадра при освещении провластных событий или сторонников, которая демонстрировала бы большое скопление людей. Цель этого приема — использовать особенность, которая была выявлена экспериментально ещё в ХХ веке Соломоном Ашем: под давлением большинства почти 40% людей меняют свое мнение на заведомо ошибочное. В СССР тоже был аналогичный эксперимент, где испытуемым предлагалось определить цвет пирамидок. Эксперимент получил название «обе белые»: несмотря на различные цвета двух пирамидок, большинство и детей, и взрослых под давлением подставного большинства обе пирамидки называли белыми.

Во-вторых, внедрение четких и ясных установок, в том числе в «свернутом виде» — т.е. в виде закладок, постоянного наполнения информационного окружения человека аналогичной по характеру информацией, где целевая установка содержится лишь по частям, отдельными аспектами. Впоследствии, при столкновении уже с конкретной и открытой установкой, состоящей из ставших привычными для человека мыслей, человек сравнительно легко усвоит её как часть собственного сознания. Это связано с особенностями человеческой психики, которая привычную и знакомую обстановку/установку воспринимает как безопасную, что ведет уже к восприятию такой обстановки/установки как правильной, хорошей, естественной для этого человека.

А в-третьих, создание системы устойчивых ассоциативных связей и гибких ассоциативных связей, которые способны меняться в зависимости от уровня и порядка воздействия на приобретенные установки. Устойчивые ассоциативные связи связаны с лояльностью и позитивным восприятием власти — вне зависимости от коррупционных скандалов, кризиса и так далее, с одновременным формированием негативного восприятия внешних акторов, но не конкретных. Конкретные внешние акторы могут изменяться — главное сохранить сам настрой населения. А вот для такой смены и необходимы «гибкие» ассоциативные связи — когда человек имеет одну или несколько установок, которые задействуются эпизодически и сообразно обстоятельствам. Например, установка «критика власти всегда ведет к свержению власти».

В зависимости от использования (к России или США), можно создавать возможность наталкивать людей на мысли «внешний актор/оппозиционер критикует нашу власть — значит, хочет свергнуть её и оставить Россию совсем без власти», либо «американский народ критикует свою власть — американский народ устал и хочет избавиться от своей деградировавшей власти и жить по-новому».

Но самое главное, что стоит за всеми этими приемами — это стремление оправдать любые действия, бездействия, слова и позиции власти. Самая главная установка, которая дается населению, заключается в том, что всё идет так, как надо, проблемы в России — некритичны, Россия занимает наиболее взвешенную позицию и ведет крайне профессиональную политику. Дается представление о нашей стране как стране, которая именно в таком состоянии и с такой политикой способна формировать нужный ей миропорядок — с разваленной промышленностью, сельским хозяйством, зависимой от импорта. В то же время, совсем скрывать факты невозможно, поэтому всю вину за системные по своей сути ошибки вешают на отдельных, конкретных людей, которые чаще всего не более чем исполнители, а то и вовсе не имеющие какого-либо влияния на проводимую политику.  Вполне логичным продолжением такой линии является и предложение создать «шкалу патриотизма» для регионов — выявлять менее предрасположенные к влиянию пропаганды регионы.

Причем ответственными за патриотизм сделать руководителей образовательных учреждений и муниципальных образований. Мало влияния СМИ — надо наращивать пропаганду и в других органах.

С 2012 года интерес к новостям, общественно-политическим программам и ток-шоу вырос. Население, окруженное необходимой для пропаганды информационной оболочкой, с трудом замечает то влияние, которое оказывают на него средства массовой информации, в значительной степени доверяя информации, передающейся по телевидению.

Известен один афоризм, приписываемый американскому президенту Аврааму Линкольну: «Можно недолго обманывать весь народ. Можно долго обманывать часть народа. Но нельзя вечно обманывать весь народ». Пропаганда, даже в случае полуправды, будет всё больше и больше расходиться с реальным положением дел. И тот недолгий период, за который население находилось в состоянии информационного опьянения, невозможности трезво оценить информацию, рано или поздно закончится. Доверие как к власти, так и к представителям СМИ будет подорвано. То, что на просторах Сети давно называют «соловьёвщиной» и «киселёвщиной», в будущем способно обернуться одним из факторов, усиливших разочарование населения во власти. А революции и бунты, обусловленные разочарованием, как правило, самые трудно контролируемые и опасные.

http://rusrand.ru/analytics/propaganda-v-efire