Алексей Рощин

Стремление к смерти русского народа

У меня в июне что-то перемкнуло в телевизоре, и я месяц с лишним провел без этого ценного прибора. Почти уже привык, но тут все же удалось найти истинного умельца, ящик ожил – и я начал снова смотреть всякие ток-шоу, Соловьева с Норкиным на сон грядущий. Вроде не такой уж большой был срок расставания – но поразительно, как изменилась тональность всех этих говорящих клоунов: последние недели как ни включу – они там все время говорят о ядерной войне!

И с хохотком так, с шутками и прибаутками. А то даже и вообще впроброс: «Ну и когда у нас будет уже ядерная война…» И дальше как ни в чем ни бывало продолжают нести свою пургу.

То есть на ТВ у нас отчетливо оформилось ожидание атомной войны как чего-то неизбежного и чуть ли не желанного! О ней говорят спокойно – примерно как раньше в программе «Время» говорили о наступающей зиме. Теперь то же – о зиме ядерной. С философским спокойствием, типа «ну а как же иначе». Соответственно и все прочие темы обсуждают немного презрительно и с большой долей легкомыслия: ну а чего там особо вникать, война – ядерная – все равно все спишет!

Настрой, на мой взгляд, отчетливо шизофреничный, а главное – тотальный! На всех каналах. Ни разу никто никого не одернул, не возмутился, услышав про эту самую «ядерку»: «Вы что, дурак? Вы что несете? Какая ядерная война, как у вас язык поворачивается? Зачем вы пугаете, нас же слушают миллионы, немедленно прекратите!» Нет, наоборот – все гыгыкают, норовят и от себя добавить что-нибудь смачное «по теме». Словом, на ТВ – явно с благословения верховного руководства агипропа, теперь натуральный Клуб Самоубийц, по прелестному «Флоризелю». Но у нас нет принца, чтобы развеять этот морок. Поэтому – Клуб нынче на всех каналах, и люди там – неясно, отдавая ли себе в этом отчет – непрерывно целыми днями деловито обсуждают, как они будут умирать, как будут сгорать в огне их жены, дети, родственники и друзья, а заодно – и весь мир.

Абсолютно сюрреалистическая картина открылась.

А учитывая, что эта явная смена тональности, указывающая на Смертельную Угрозу, нависшую буквально над каждым в бедовой РФ, никого не всколыхнула да и вообще проходит практически незамеченной, «как будто так и надо» – следует, видимо, сделать единственно возможный вывод. С точки зрения основной массы недорогих богоспасаемых россиян – так действительно надо. Путин в очередной раз дьявольски точно улавливает подсознательный настрой своих избирателей-«глубинников»: глубинники хотят сдохнуть. Но сдохнуть по возможности пышно, с большим «бабахом», забрав с собою по возможности всех, а не только «проклятых украинцев».

Откуда это стремление к национальному суициду?

Причин на самом деле две: это два огромных разочарования, постигших наш народ в конце 20 века, причем последовательно, одно за другим. В чем – или в ком – разочаровался народ? В себе. И в излюбленных идеях, дававших ему основу для самоуважения и для уверенности в будущем.

Первый крах – это, конечно, крах коммунистической идеи и всего с ним связанного: веры в мессианскую природу русского народа, который «освещает путь всему Человечеству», веры в сам Коммунизм, который должен был обеспечить всеобщее счастье на Земле, но не сумел даже устранить бесчисленные дефициты и очереди в одном отдельно взятой стране… Нашему народу, воспитанному десятилетиями крайне льстивой компропаганды, очень тяжело давалась мысль, что он вовсе не Избранный, Несущий Счастье и Единственно Верное Учение – а лишь один из бесчисленных народов на большой планете, и гордиться ему нечем…

Разочаровываться народ в коммунизме и в «миссии» начал еще в 70е, в 1991 всё развалилось окончательно – но народ тогда не унывал: он нашел себе другую, запасную идею – и был уверен, что тут уже будет без промаха. Идея еще более проста и увлекательна: черт с ним, с коммунизмом и счастьем человечества, нам оно уже не нужно – а мы вот сделаем у себя всё как в Америке, но будем жить лучше Америки! Почему? Да всё элементарно: страна у нас самая богатая, образование советское – то есть лучшее в мире, а самые умные и самые богатые как могут жить? Да только лучше всех! Не хотели нашего коммунизма – будете нам просто завидовать!

Воодушевление от Второй Идеи было мощным – но разочарование наступило намного быстрее, чем от коммунизма. Уже к началу «нулевых» наступило жуткое похмелье, которое потом только росло. Большинство неумолимо приходило к выводу, что со Второй Идеей тоже ничего не выходит. «Сделали как в Америке» (то есть прогнали коммунистов, сделали выборы и свободу слова) – но Счастья не наступило.

И это было Второе Разочарование, на котором взошла гебистская диктатура.

«У нас ничего не получается». Два глобальных разочарования подряд. «Мы ничего не можем – у нас не выходит ни коммунизм, ни капитализм. Мы лохи, мы лузеры; мы всегда будем жить хуже всех, на 20 тысяч в месяц посреди жуткого Ульяновска охранниками в гребаной Пятерочке».

Вот этот надлом в народном самосознании прошел почти полностью незамеченным, неотрефлексированным. Самому народу рефлексировать нечем, а его интеллигенция была занята другим – она готовилась сбежать отсюда к чертовой матери. Естественно, оба разочарования поразили в первую очередь ее саму – что выразилось в ее отказе от самой себя, от самого сомнительного счастья (понимаемого уже как клеймо) «быть русским». Другими словами, русская интеллигенция надломилась более всего – и практически исчезла.

В общем можно сделать вывод, что глобально не происходит ничего особенно необычного: два глобальных разочарования надломят кого хочешь, надломленные ощущают себе лузерами, лузер ищет веревку, чтобы повеситься. Истинные намерения русского народа чует только Путин – который и не представляет из себя ничего иного кроме как Приемник сверхвысокой чувствительности, настроенный на то, что происходит в самых темных и мрачных закоулках народного подсознания.

Интеллигенция, конечно, никогда не согласится с таким определением Путина – она всегда считала только себя подсоединенной к глубинным «чаяниям народа». Но у интеллигенции с народом произошел развод – супруги друг в друге взаимно разочаровались. Опять же – так часто происходит в семьях неудачников.

Путин начал войну – и опять угадал. У него полный порядок с «народными чаяниями», он не утратил нюх. Мы будем воевать «до Победы» – говорят народ и Путин. Единственно, никто не объясняет, о какой «Победе» идет речь и в чем она должна будет заключаться. Спрашивают политологов, спрашивают военных, спрашивают политиков – никто не знает.

Надо спросить психолога, он знает. Победа самоубийцы – это смерть. О ней он и мечтает, к ней он стремится.

 Источник