Александр Молотков

Захлопнулась геополитическая ловушка

1. Что это было?

В российском патриотическом сообществе, да и в обществе в целом, произошло серьезное разделение по отношению к проводимой на Украине военной «спецоперации». Этот факт говорит прежде всего о том, что в этой спецоперации есть что-то явно неоднозначное, позволяющее трактовать происходящее с прямо противоположных оценочных позиций. Ниже представлена версия происходящего, в которой все встает на свои места в единой смысловой патриотической матрице.

Самое главное, что нужно осознать в нынешней ситуации, это то, что в разгоревшемся военном конфликте с Украиной мы не являемся самостоятельным субъектом геополитики. Точно так же как со своей стороны не является самостоятельным субъектом и Украина. Начав военную операцию на Украине, мы не решаем какие-то собственные геополитические или цивилизационные задачи – а целиком действуем в рамках заданного Западом сценария. Сама фраза Путина «нас вынудили…» говорит именно об этом.

Если исходить из того, что в 1991 году Россия, в результате «холодной войны», потеряла свой суверенитет, и с тех пор находясь под контролем западных кураторов непрерывно деградирует как историческая держава и цивилизация, распавшись в частности на три государственных образования в лице РФ, Украины и Белоруссии, то худшее, что могло произойти в плане дальнейшего уничтожения русского мира – это война между этими государственными образованиями, означающая окончательный разрыв братских отношений между наиболее крупными частями триединого славянского народа.

Именно это на наших глазах и происходит – разрыв «по живому» Русской цивилизации. Это есть самый основополагающий факт в любых оценках и анализах происходящего. И никакие аргументы сторонников военной компании (от «защиты русских в Донбассе», до геостратегического «противостояния с НАТО», или «воссоединения русского мира») не могут оправдать данного вопиющего факта. Худший сценарий Запада, который только можно вообразить, осуществляется нашими руками. Мы действуем полностью в рамках этого сценария!

Именно этот факт труднее всего осознается нашими патриотами всех уровней, так или иначе поддерживающих Президента в его военной операции по окончательному решению «украинского вопроса». Все убеждены в истинности своих позиций по отношению к доводам этой операции: о недопустимости фашизма на Украине, об отмщении за «аллею ангелов», за «сожженную» Одессу, за лозунги «москаляку на гиляку», о необходимости признания республик Донбасса, о предотвращении вступления Украины в НАТО и т.д.. Казалось бы, какой русский будет против этих доводов – выбирай любой, и подтверждай свое одобрение «освободительной операции», тем более, когда без тебя все уже решено, и ты просто оказался перед фактом ее масштабного развертывания.

Однако вся подлость осуществляемого сценария в том и состоит, что в качестве главного движущего механизма его реализации задействован именно «патриотизм» как фундаментальная моральная составляющая русского человека. Этот же патриотический фактор по защите собственной Отчизны включен на полную мощность и в Украине. В итоге два архетипически однотипных «русских патриотизма» схлестнулись друг против друга в самоубийственной бойне – по сути это аннигиляция русского мира.

Инстинкт «патриотизма» в русском психотипе настолько силен, что способен перекрывать разум, включая на раз мобилизационный поведенческий ответ человека на угрозу «национальной безопасности» вплоть до готовности к самопожертвованию. В нас умело активировали этот «инстинкт патриотизма» – через угрозу «нападения НАТО», фашитизацию Украины и прочие ужасы официально-телевизионной пропаганды, создавшей из России образ «осажденной крепости», которая перешла, наконец, в наступление. Поэтому так естественно ширится в обществе «истерия патриотизма», призывая идти за «национальным лидером» до конца, несмотря на все моральные издержки, тысячекратные человеческие жертвы и экономические лишения. Это ничего не напоминает?

На эту точку (угроза «национальной безопасности») в частности и был нацелен крутой дипломатический спектакль с российским «ультиматумом НАТО», призванный не столько напугать НАТО, сколько взбудоражить внутреннее общественное сознание – заставить его поверить, что НАТО вот-вот поставит свои ракеты на территории Украины. Тонус «национальной самозащиты» в обществе начал срабатывать, и на этом фоне вторжение на Украину, начатое как «освобождение русских в Донбассе» приобрело масштабное геополитическое оправдание – как необходимость «незамедлительного» развертывания военных действий по всей территории Украины.

Между тем, никакой военной угрозы со стороны НАТО с начала 90-х по существу никогда не существовало и не существует. До самых недавних пор это были наши «партнеры», с которыми мы в частности вполне успешно сотрудничали в Сирии, решая общую задачу по обеспечению безопасности Израиля, и которым относительно недавно (2004 год) вполне спокойно  предоставили возможность уютно разместиться на территории Болгарии, Румынии и Прибалтики.

НАТО как военный блок представлял действительно реальную угрозу для России, только до тех пор, пока она была социалистической – когда между Западом и Советской Россией существовала жесткая идеологическая конфронтация относительно путей развития человечества. Но с падением СССР никаких идеологических противоречий между Западом и нынешней РФ не осталось – и тут и там господствует одна и та же социально-экономическая модель либерального капитализма, в рамках которой Россия вполне успешно и сознательно выполняет роль сырьевого придатка. Поэтому нынешнее, заведомо невыполнимое российское «требование» отодвинуть границы НАТО к рубежам 1998 года, есть чисто риторический прием по подъему градуса международной напряженности для шокового воздействия на российские общественно-патриотические настроения.

Между Западом и Россией, конечно же, есть принципиальные противоречия, но они носят не поверхностный дипломатический, экономический или военно-стратегический характер, а имеют глубокие цивилизационные духовно-ценностные основания. Именно на духовно-мировоззренческом плане идет наша главная «война с Западом», в которой мы сегодня, вступив в братоубийственное военное противостояние с народом Украины (в рамках сценария Запада), терпим сокрушительное поражение. Смертельный удар по русской цивилизации наносится не снаружи (военная агрессия), а изнутри – путем «гибридного» развязывания братоубийственной бойни между двумя частями русского мира.

Цивилизационное единство не создается силой оружия, оно формируется общностью исторической судьбы на основе единства духовно-мировоззренческих ценностей. И нынешняя военная авантюра обратила в прах эти ценности, «обнулила» их содержание, перечеркнула единство исторического прошлого. Вопрос быть с Россией, или быть вне России – сегодня для украинского народа решается однозначно, и никакая форма «освободительной оккупации» здесь уже ничего не изменит.

В итоге, в рамках своей «большой спецоперации» Запад эффективно и комплексно решает сразу несколько принципиальных стратегических задач.

1. Экзистенциально, то есть ментально-психологически, а не только географически разрывает цивилизационное единство русского мира, лишая возможности его нового духовного воссоединения минимум на два поколения, если не навсегда.

2. Представляет Россию в глазах всего мира олицетворением абсолютного «мирового зла», не виданного в Европе со времен Второй мировой войны. Полностью лишает Россию какого-либо положительного имиджа на международной арене, превращает ее в мирового изгоя – в «чумной барак», который необходимо изолировать до полного «естественного» вымирания.

3. Обкладывает в связи с этим Россию беспрецедентными, по существу тотальными экономическими и культурными санкциями, жестко изолируя Россию от остального мира, обрекая ее тем самым на неизбежную дальнейшую экономическую и социальную деградацию.

И этот потрясающий результат достигается чистым «бесконтактным» способом исключительно в рамках «гибридной» геополитической войны. Впрочем, определение «чистым» тут не вполне уместно, за этим результатом стоит  долгая и кропотливая работа тайных «агентов влияния» Запада по обе стороны русско-украинской границы. В этом контексте нынешняя российская военная «малая спецоперация» на Украине является всего лишь заключительным этапом более масштабной «большой спецоперации» Запада по утилизации русской цивилизации на постсоветском пространстве.

На Украине эта «большая спецоперация» началась с начала 90-х через интенсивное навязывание в СМИ антироссийских настроений, а Россия была активно подключена к ней лишь в 2014 году через операцию по «присоединению Крыма». Присоединение Крыма (или «аннексия» в украинском варианте) стало тем необходимым этапом спецоперации, через которую националистические настроения в Украине получили предметное оправдание. Именно на «крымской» основе противоречия между Россией и Украиной вышли на уровень непредставимого ранее потенциального военного конфликта. Что тут же и было реализовано при образовании «непризнанных республик Донбасса», когда боевые действия, начатые с локальных вооруженных операций «группы Стрелкова», приняли масштаб полноценных военных столкновений между ВСУ и «ихтамнетами». Первая большая кровь между украинцами и русскими пролилась. И это было первым промежуточным успехом Запада, который был зафиксирован в половинчатом статусе «непризнанных» донецких республик и заморожен до срока в формате «минских соглашений».

При этом «донецкие республики» были изначально оставлены в «непризнанном» качестве совершенно сознательно. Это не просто геополитическая ошибка Путина, «предавшего» Донбасс под давлением Запада, а самая что ни на есть расчетливая установка внешних кураторов российско-украинского противостояния, оставивших эту незаживающую рану в качестве безотказной военно-стратегической «закладки», которую можно будет активировать на заключительном этапе «большого сценария».

В целом же, за всей эмоционально-патриотической эйфорией «крымско-русской весны» стоял холодный расчет организаторов сценария, в котором не было ничего спонтанного и случайного. Помнится, тоже была зимняя Олимпиада, у границ с Украиной военные учения, в Киеве назревает Майдан, череда российских «советников» манипулируют «про-российским» Януковичем, не давая ему добро ни на силовое подавление националистических выступлений, ни предоставляя никакой реальной помощи (что в аналогичной ситуации запросто было сделано в Казахстане). И на этом фоне с удивительной легкостью, с помощью всего нескольких десятков «зеленых человечков» Россия «присоединяет» Крым при молчаливом попустительстве НАТО и растерянной киевской власти. В параметрах «большого сценария» это была ГЕОПОЛИТИЧЕСКАЯ ЛОВУШКА с большим бесплатным «куском сыра», в которую кремлевская власть ринулась под восторженные овации российского патриотического сообщества. Большой военный конфликт с Украиной стал делом времени.

Казалось, этот конфликт мог развернуться прямо тогда, на волне «русской весны», прокатившейся по всему юго-востоку Украины, который в полном территориальном объеме от Одессы до Харькова «малой кровью» мог быть присоединен к России.  Народ этого региона, вдохновленный присоединением Крыма и появлением республик Донбасса, ожидал, что и сюда завтра придет Россия, ведь она «своих не бросает». Однако этого не произошло – несмотря на достаточное присутствие «ихтамнетов», в планах «большого сценария» предусматривалось иное развитие событий

Ситуацию «не мира, не войны» с Украиной оставили дозревать до более критического состояния, где кровоточащие «непризнанные республики» долгие восемь лет выполняли роль катализатора (или генератора) взаимной русско-украинской ненависти. За это время российская боль за «русских в Донбассе» приняла хронические формы, требуя безотлагательных мер по их защите, а украинское возмущение «действиями сепаратистов» и угроза силового отделении «оккупированных территорий» заставляло готовиться к новым военным столкновениям и интенсивно вооружаться. Российская пропаганда со своей стороны в ежедневном режиме лепила из Украины и США образ врага, что и позволило в итоге полностью отождествить в российском общественном сознании «угрозу безопасности» со стороны НАТО и «нацистскую государственность» Украины. Когда с той и другой стороны взаимная ненависть была доведена до возможного максимума, накопленные потенциалы многолетнего военно-психологического противостояния были замкнуты друг на друга. Оставленная заранее «донбасская закладка» сработала. Со стороны России началась масштабная «специальная военная операция», по всем своим параметрам больше похожая на то, что называется словом «война». Закулисные «труженики тыла» своего добились – процесс аннигиляции русского мира запущен в самоподдерживающемся режиме. ГЕОПОЛИТИЧЕСКАЯ ЛОВУШКА захлопнулась.

При этом большинство аналитиков, так или иначе несогласных с российской военной операцией на Украине, склонны видеть в ней авантюристические замашки Путина, как не вполне адекватного, потерявшего берега самоуверенного правителя. Однако на самом деле в рамках рассмотренного выше «большого сценария» поведение и действия Путина на всех этапах носят предельно выверенный, осторожный и досконально просчитанный характер – что делает их еще более страшными и циничными. Суть здесь в том, что все «хитрые планы» Путина полностью вписаны в «сценарии» Запада, и поэтому никогда не встречают никакого реального противодействия со стороны «западных партнеров», гарантируя их принципиальное системное невмешательство. Так было с Крымом, за который расплатились Донбассом; так было с «минскими соглашениями», остановившими «русскую весну»; так было с Сирией, где отрабатывалось уничтожение городов с «боевиками», так будет и с нынешней спецоперацией по кровавой «денацификации» Украины – все, что вписывается в глобальные интересы Запада можно выполнять без оглядки и ограничений. При этом переговоры с западными «партнерами» (Байденом, Макроном, Шольцем), вероятно, имеют смысл лишь в плане корректировки параметров «малого сценария», чтобы он не выходил за рамки «большого». Все согласовано, поэтому Путин демонстрирует абсолютную уверенность и спокойствие. НАТО вмешиваться не будет.

2. Что нас ждет?

Если исходить из принципиальных параметров «большого сценария» и умозрительно попытаться вписать в него заявленный «малый сценарий», то дальнейшее развитие событий на Украине можно предполагать достаточно определенно.

1. Объявленные целевые установки по военной «денацификации и демилитаризации» Украины со стороны России будут исполнены в максимальном объеме, невзирая ни на какие человеческие жертвы, разрушение украинских городов и экономические потери самой России. Путин обозначил данные цели публично в качестве главного смысла военной операции, и они не могут быть отменены. Единственный вариант окончания военных действий – выполнение Киевом выдвинутых условий.

2. Однако неприемлемость капитуляции для Украины на российских условиях предопределяется самим духом украинского сопротивления, продемонстрированного уже на первых этапах военных столкновений. Это сопротивление будет только нарастать. То, что вся эвакуация жителей Украины идет в направлении на Запад, а не в Россию, однозначно говорит о сегодняшнем выборе украинского народа. В этих условиях полная «денацификация» Украины, по существу подразумевающая ее денационализацию, т.е. лишение национального самосознания и государственности в принципе невозможна.

3. Это означает, что российское «освобождение» (или оккупация) Украины при любых масштабах военного воздействия не имеет положительного исхода, и поэтому рано или поздно остановится в полном военно-политическом тупике. Афганистан или Сирия тому наглядные свидетельства. Россия надолго завязнет в украинском военном конфликте без каких-либо шансов из него выбраться.

4. Когда военно-инфраструктурное разрушение Украины достигнет нижнего уровня возможного сопротивления, а «бог войны» вдоволь напитается человеческой кровью, в эту тупиковую ситуацию с миротворческой миссией вмешается Запад, усадив воюющие стороны за стол переговоров. Вероятно, это произойдет после «взятия» Киева, меньшие масштабы не отвечают заявленным амбициям Путина. Впрочем, при слишком резком санкционном обвале российской экономии, «мир» может наступить и раньше.

5. Новые «минские» или «стамбульские» соглашения вновь зафиксируют ситуацию в ее подвешенном состоянии «ни мира ни войны», разделив Украину на две зоны – восточную и западную, в которой восточная будет олицетворять «новую российскую Украину» (Новороссия), а оставшаяся западная превратиться в глазах российских пропагандистов в анклав «фашизма, сепаратизма и терроризма». Дальнейшее военное противостояние примет форму хронических, изматывающих обе стороны обстрелов, провокаций и перманентной борьбы с «боевиками». Будет задействована та же модель с «непризнанными республиками» только в обратную сторону.

6. Дальнейшего военного продвижения России на запад, а тем более каких-то угроз Польше или Румынии, как членам НАТО, не будет. Западных «партнеров» вполне устроит новое, завязшее по уши в изматывающем военно-политическом тупике, положение России. Введенные уже сегодня тотальные экономические санкции будут продлены на неопределенный срок, до полного социально-экономического истощения России.

7. При этом сплотившееся за время войны вокруг «лидера нации» политическое, патриотическое и общественное большинство парадоксальным образом сохранит свою верность «выбору Путина» в его противостоянии с Западом, и останется с ним до конца. Все гражданское антивоенное сопротивление в условиях «военного времени» будет подавлено и задушено, информационная цензура окончательно заткнет рот всем инакомыслящим, всякие демократические свободы, в том числе и выборы, будут свернуты до минимума, а официальная пропаганда обеспечит существование изолированного от мира диктаторского режима до полного исчерпания его внутренних жизненных ресурсов.

8. Никаких мобилизационных рывков, наподобие «сталинских», которых в ответ на санкции ожидает патриотическое сообщество, в условиях вынужденной автаркии не будет. Путин уже сегодня обозначил противоположную экономическую стратегию – в условиях санкций обеспечить еще «большую свободу бизнесу». Все правительство, все его проверенные «друзья» останутся на местах и будут и дальше «рулить» издыхающей российской экономикой в собственных интересах, как и было все годы путинского правления. Переориентации остатков сырьевой экономики на Китай принципиально ничего не изменит.

9. Всякие патриотические надежды на какой-то иной альтернативный социально-экономический путь развития, в том числе социалистический или либерально-демократический, будут задвинуты в долгий ящик. В условиях полувоенного «противостояния с Западом» всякие резкие движения влево или вправо окажутся политически неуместными, «мобилизация» будет состоять исключительно в плане дальнейшей централизации управления и сплочения нации вокруг Путина. Уже сегодня самая «оппозиционная» партия парламента КПРФ, демонстрирует полное слияние своих позиций с единороссами по отношению к действиям Путина. Оппозиция, как какая-либо системная политическая альтернатива, просто исчезает. Причем надолго – на срок пожизненного пребывания Путина у власти, так как после совершенного на Украине любой его уход в сторону неизбежно означает для него Гаагу.

10. При этом Запад не будет предпринимать каких-то  исключительных военных или политических усилий по свержению «режима Путина». Во-первых, по причине полного соответствия путинского статус-кво «большому сценарию» по утилизации России как цивилизации (при сохранении ее сырьевой функции), а во-вторых, из-за наличия у нашего героя «красной кнопки», что исключает ливийский или иракский финал в духе Каддафи или Хусейна. Впрочем, на определенном конечном этапе «большого сценария» не исключен и такой вариант.

11. А что с Россией? В рамках заключительного этапа патриотического «вставания с колен» под давлением экономических и культурных санкций Россию ожидает кратное снижение социально-экономического уровня, что с учетом нынешнего, отнюдь не высокого его положения, означает опускание на уровень самых слаборазвитых стран. Все социальные программы в области науки, образования, медицины и культуры будут «вынужденно» урезаны до минимума, возрастет уровень бедности. Многие активные, интеллектуально адекватные люди, понимающие полную бесперспективность новой российской реальности, думающие о будущем своих детей, будут стремиться уехать из страны – и этот процесс уже начался. Российская провинция окончательно деградирует и опустеет, лакуны демографических и производственных ям заполнят мигранты из средней Азии. Впрочем, даже последним здесь будет нечего делать. Надежды на положительные политические или социальные изменения рассеются без остатка. Россия постепенно превратится в безжизненную и депрессивную социально-экономическую полупустыню. …Как это и задумывалось некими глобальными силами еще со времен Тэтчер.

3. Что нам делать?

Есть ли выход из нынешней гибельной геополитической ловушки, в которую Россию завела кремлевская власть? Приведенный расклад говорит, что такого выхода нет. Время не отмотать назад – приказ о начале «специальной военной операции» не отменить, снаряды и ракеты не вернуться в стволы орудий, многотысячные человеческие жертвы и разрушенные города не окажутся сном, если мы проснемся. Все самое худшее свершилось – ловушка захлопнулась.

В рамках собственного «малого сценария», мы можем сколь угодно решительно проявлять свои патриотические чувства,  демонстрировать единодушное сплочение, строить победоносные планы, но все это не имеет уже никакого значения в рамках «большого сценария», в который путинская Россия вписалась с потрохами. Наоборот, чем более активно, настойчиво и победоносно мы реализуем свой «малый сценарий» по «денацификации и демилитаризации» Украины, тем более эффективно реализуется «большой» — по геополитической утилизации русского мира. Таков «патриотический парадокс» нынешней военной операции на Украине – в ней невозможна победа, в ней есть только поражение.

Эту гибельную, не имеющую положительного исхода «спецоперацию» в формате очередного «хитрого плана» подготовила и начала кремлевская власть, но в качестве соучастника своей кровавой авантюры она хочет использовать все российское общество. И это закономерно, ибо народ достоин своего правителя. За все в итоге надо расплачиваться, в том числе и за двадцатилетнее патриотическое доверие Путину, авансом выдаваемое бесконечным количеством аналитиков, экспертов и лидеров общественного мнения. Как оказалось, весь потенциал этого многолетнего патриотического доверия, воплощенный в милитаристскую форму российской военной армады, просто обрушен на Украину. Не на Запад, не на НАТО, – а на еще недавно братский нам народ.

Несет ли ответственность за это «военное преступление» (так вероятно назовут историки нынешнюю спецоперацию на Украине) только лишь лично Путин, или ответственен за него весь наш народ и российское патриотическое сообщество? Безусловно – да. Причем каждый в той мере, кто так или иначе поддержал кремлевский режим в его антинародной политике, простил ему пенсионную реформу, Ельцин-центр, оптимизацию медицины и образования, перманентную фальсификацию выборов, оправдал репрессии против оппозиции и бессмысленную военную операцию в Сирии, – и кто сегодня в очередной раз поддержал «нашего Президента» в его «очень непростом, но необходимом» решении. Эта личная ответственность каждого, имеющая не только политический, но и моральный характер, на самом деле очень высока, именно она в совокупности определяет исторический выбор народа и все те последствия, которые этому народу предстоит претерпеть.

И если сегодня под действием откровенно циничной соловьевско-скабеевской пропаганды, или из соображений мелкого карьерного конформизма, или под действием воспаленных национально-патриотических иллюзий о новом «имперском величии России» наш народ «единодушно» поддержит военную авантюру своего «лидера», морально переступив при этом через ее братоубийственный характер, то все исторические последствия этого «каинского выбора» будут на его совести. И за это неизбежна историческая расплата.

Но, может быть… если та часть общества, которая, несмотря на шквал милитаристской пропаганды и давление сформированного этой пропагандой «общественного мнения», все же не заглушит голос собственной совести о моральной недопустимости происходящего, и донесет этот голос до своих соотечественников, то нравственный суд истории еще может сменить гнев на милость. Если общественная атмосфера наполнится нарастающим неприятием этой братоубийственной «спецоперации», ее решительным морально-нравственным осуждением, то торжествующий ныне «бог войны» утратит свой иллюзорный патриотический ареол и будет вынужден с позором ретироваться. В политическом плане это может стать первой переломной победой общенародной оппозиции со времен 93-го года, и в тоже время – последним шансом сохранить русскую цивилизацию на краю небытия. И только отсюда, от края пропасти, от последнего акта морально-волевого национального сопротивления может начаться новое русское Возрождение. Таковы суровые законы исторического жанра…

Таким образом, выбор для России сегодня стоит не в военно-политической плоскости, а исключительно в морально-нравственной – быть или не быть? Сможет ли соборный дух России на краю «последнего искушения» распознать дьявольскую ложь предлагаемого «величия на крови», сможет ли он соответствовать собственному глубинному кристально чистому духовно-нравственному началу, определяющему сущность русской цивилизации, и осуществить на его основе принципиальный исторический выбор? Если да – то у России еще будет Будущее. Если нет – то она уже недостойна большой Истории.

Александр Молотков

Война на самоуничтожение

В поддержку Обращения генерала Леонида Ивашова к гражданам РФ

Есть моменты, когда явление со всей очевидностью проявляет свою сущность. Такой феномен как нынешняя российская власть тут тоже не исключение. Рядящаяся в обыденном политическом процессе в одежды патриотизма, демократии, гуманизма и прочие приличные атрибуты публичности, иногда она вынуждена (так как не может иначе) проявлять свое внутреннее нутро, свое подлинное содержание – во всей его инфернальной неприглядности. Речь не об уже привычных политических действиях, направленных на системное социально-экономическое разрушение России, таких как пенсионная реформа, «оптимизация» медицины и образования, или репрессиях против оппозиции, а о масштабных запредельных акциях «шоковой терапии» и внутреннего геноцида, которые общественное российское сознание, воспитанное на еще советском доверии к государству, просто не способно вместить. Сегодня на наших глазах разыгрывается именно такая запредельная для восприятия инфернальная акция – война России с Украиной. И этот момент надо увидеть во всем его ужасающем содержании, чтобы не питать уже никаких иллюзий относительно перспектив существования России под руководством нынешнего режима. Мало того, что эта власть за тридцать лет привела страну к полной социально-экономической деградации, на сегодняшнем рубеже истории она пытается осквернить саму сущность России, развязывая полномасштабную братоубийственную войну между двумя братскими, по существу едиными народами, выставляя Россию в глазах мирового сообщества абсолютным изгоем, угрозой и злом.

«По делам их, узнаете их…». Именно нынешний «момент истины» должен раскрыть, наконец, глаза русским людям на существо нынешней кремлевской власти, на ее подлинные намерения, на ее темный патологически вероломный характер. Очередная предельно циничная оговорка Путина по отношению к Украине «…нравится, не нравится, терпи моя красавица» по своему смыслу так же относится и к России. Россия мучительно терпит этот режим три десятилетия – дальнейшее «терпение» уже несовместимо с духовным существом России, организаторы нынешней авантюры хотят загубить ее душу в историческом грехе масштабного братоубийства. Это тот предел, за которым терпеть и молчать уже нельзя!

В этом отношении «Обращение» генерала Леонида Ивашова от имени Общероссийского офицерского собрания к гражданам России с призывом к отставке Путина есть абсолютно адекватный ответ чистой русской совести и зрелого национального разума на затеянную военную авантюру. Эту авантюру необходимо остановить в самом начале, признав ее в общественном сознании абсолютно нелегитимной и неприемлемой как с точки зрения традиционных принципов формирования Русского мира, так и с позиций морально-нравственных понятий русского человека. А если по факту это будет уже невозможно, то превратить эмоциональную силу внутреннего морального несогласия в энергию категорического гражданского протеста. Дальше отступать некуда, за этой войной Россия окончательно потеряет свое историческое лицо, честное международное имя и адекватное национальное самосознание – что сродни метафизическому самоубийству.

При этом  на время надо отвести в сторону волну сомнительных «патриотических» аргументов, усиленно нагнетаемых в общественное сознание официальными СМИ (о противостоянии с НАТО, защите Донбасса, спасении русских на Украине, освобождении Украины от бандеровцев и т.д.), – и увидеть ситуацию в ее ужасающем потенциальном итоге – как абсурдное, не имеющее оправдания организованное убийство многих тысяч русских людей. Каковы цели этой войны? Ради чего должны быть принесены в жертву тысячи человеческих жизней с той и с другой стороны? Ведь это будет уже не далекая, почти виртуальная Сирия, где на безличной телевизионной картинке точечными ракетными ударами уничтожаются неведомые «боевики». Это будет наша близкая, для многих родная Украина – колыбель русской цивилизации, где под ракетным прицелом окажутся по существу такие же как мы, одурманенные информационной пропагандой русские люди, поставленные под ружье собственным продажным правительством. Ведь каждый второй в украинской армии это этнический русский.

Подлость ситуации в том, что с той, и с другой стороны нагнетание военной истерии основано на фундаментальном для русского человека инстинкте патриотизма.  Более того, «патриотизм» в российских  политических условиях, это именно та главная и лукавая фишка, на которой уже много лет держится путинский режим, создавая в общественном сознании иллюзию национально-исторической подлинности (противостояние с Западом, мюнхенская речь, присоединение Крыма, «защита национальных интересов» в Сирии и т.д.). Но все это лишь красивая информационная внешне-политическая завеса для внутреннего патриотического пользования, за которой десятилетиями проводится разрушительная внутренняя политика. Это известное и «необъяснимое» противоречие путинской эпохи – успехи во внешней политике, и беспомощность во внутренней. И вот сегодня весь этот накопленный годами «успешный» внешнеполитический патриотический потенциал решено активировать в войне с Украиной! Не с НАТО, не с Западом, даже не с каким-то юго-восточным соседом – а по существу с братской православной Украиной.

Именно Россия целенаправленно поднимает ставки в приближающемся военном конфликте. Никаких дипломатических уступок, никаких послаблений – только предельно жесткие заявления, словно конечная цель неизменна, и «хитрый план» в действии. Не видеть этого невозможно. При этом весь геополитический фон, заданный заведомо невыполнимым «ультиматумом НАТО», мгновенно поднявшем международную напряженность до максимальных значений, заранее подразумевающий в случае невыполнения его условий недвусмысленный «военно-технический ответ», есть не что иное, как провокационная активация в российском общественном сознании основного «антизападного» патриотического инстинкта на основе угрозы прямого военного противостояния с НАТО. И уже на этом фоне стрелки глобального напряжения информационно переводятся непосредственно на Украину, спроецировав не нее весь накопленный «антизападный» патриотический потенциал российского общества – под легитимным «национально-патриотическим» прикрытием которого и способна начаться полномасштабная война.

Заметить подмену не просто. Наблюдая за всем происходящим, патриотическое сообщество застыло в некотором молчаливом ступоре, будучи неспособно отделить одно от другого. И не мудрено: на протяжении многих лет официальные средства массовой информации в ежедневном режиме целенаправленно лепили из Украины и Америки «образ врага». Так что к сегодняшнему дню отождествление «вражеских ликов» Украины и США в патриотической оптике происходит автоматически – в российском информационном пространстве все это давно слилось воедино. Однако в реальном измерении, по фактическому раскладу воевать то предлагается с Украиной, а не с НАТО и США – с народом в большинстве своем говорящем по-русски, с братьями по славянской крови и православной христианской вере. Что может быть абсурдней?!…

Да, с той украинской стороны все последние восемь лет, да и значительно раньше, СМИ тоже не теряли времени даром. Возгонка антироссийских настроений в украинском обществе на фоне «аннексии Крыма» и  военной «поддержки сепаратистов» Донбасса имела самую благоприятную почву. Обильно пролитая кровь в первичных локальных столкновениях ВСУ и «ихтамнетов» сделала российско-украинский конфликт необратимым. При этом Минские соглашения просто законсервировали ситуацию «до лучших времен», оставив прорастать посеянные семена взаимной ненависти. Ныне на той стороне все дозрело: и антироссийские настроения, и милитаристский дух, и солидная военно-техническая база, усиленно напитанная Западом. Украина готова к полноценной войне с Россией. И это успех российской внешней политики и дипломатии?!…

Здесь принципиально важно помнить и понимать, что «непризнанные республики» Донбасса и Луганска, возникшие в 2014 году как последствие присоединения Крыма, при всем их подлинном национально-патриотическом генезисе были изначально заложены и оставлены между Россией и Украиной во взвешенном «непризнанном» состоянии в роли источника перманентного военно-информационного конфликта совершенно сознательно. Это не какая-то геополитическая ошибка или слабость Путина, «предавшего Донбасс» под давлением Запада, а самая что ни на есть расчетливая установка внешних «кураторов» российско-украинского противостояния, оставивших эту незаживающую военно-информационную рану в качестве безотказной военно-стратегической «закладки», которую можно будет активировать в любой момент и в любое время. И судя по всему, это время пришло. Как и раньше, судьба Донбасса здесь уже никого не интересует (ставки значительно выше), это всего лишь «запал» для масштабной братоубийственной войны – и данная роль была уготовлена «непризнанным республикам» с самого начала.

Как ни парадоксально, но именно такую трактовку феномена «непризнанных республик» в контексте российско-украинских отношений подтверждает их вчерашнее решительное «признание» Государственной Думой. В контексте предельного напряжения международной ситуации данный акт «признания» независимости донецких республик со стороны России, при всей сопутствующей патриотической эйфории, есть заведомо провокационная акция, однозначно означающая денонсацию Минских договоренностей и переключающая весь спектр военно-политических напряжений на самый максимальный уровень, обеспечивая «юридически легитимное» военно-наступательное алиби для обеих сторон.  В таких условиях война становится неизбежной, это лишь вопрос времени и первой организованной провокации. С какой стороны она состоится уже не важно. При этом, как иезуитски и обещалось, никакого «российского вторжения» на территорию Украины как бы не будет, расклад принципиально иной, Россия лишь «защитит» независимые республики Донбасса по их просьбе… До каких масштабов и рубежей будет при этом развернута эта «защита», и сколько тысяч жизней будет на это положено, уже не столь принципиально.

Показательна сама подача этой инициативы в Государственной Думе. Честь выдвинуть данную инициативу оставлена наиболее оппозиционно-патриотической фракции – КПРФ, что для информационного подъема национально-патриотического милитаристского духа особенно важно. Смущает лишь то, что с данной инициативой коммунисты выступали уже многократно, начиная с самого образования ЛНР и ДНР, но во всех предыдущих случаях этот вопрос даже не был принят к рассмотрению. И вот именно сегодня, когда предвоенное напряжение достигло предела, единоросовская Дума практически единогласно в соответствующем постановлении признает независимость «непризнанных республик», однозначно опрокидывая тем самым условное военно-политическое равновесие и переводя ситуацию в принципиально новое взрывоопасное состояние. Выполняя, вероятно, при этом один из самых ключевых пунктов «хитрого плана»…

Здесь, конечно, не исключена некоторая пауза для тактических маневров и информационной возгонки в российском обществе патриотической эйфории в духе «крымской весны», чтобы уже на ее фоне перейти к заключительному этапу военной операции. Но принципиально вопрос решен, Рубикон уже пройден… и полноценная реализация военного сценария может начаться в любой момент. Тем более, что на той стороне сдерживать всплеск возмущения по поводу принятого российской Думой постановления, похоже, не собираются.

На этом угрожающем фоне абсолютное большинство публичных аналитиков и комментаторов в ответ на нарастающие обвинения Запада в планировании российского «военного вторжения» продолжают искренне недоумевать – какое «вторжение», «какая война с Украиной»? –  не находя в этой перспективе никакого геополитического смысла. И потому до последнего не веря в возможность реализации полномасштабного военного сценария. И это тоже показательный феномен, имеющий под собой реальные основания.

В том-то и дело, что никакого действительно объективного геополитического, стратегического или национально-исторического смысла в приближающейся войне нет! Ни «защита русских в Донбассе», ни «освобождение Новороссии», ни новое «присоединение Украины», ни «защита наших западных рубежей», ни силовое «умиротворение НАТО» – в этой войне не осуществимы! По всем данным параметрам ситуация будет только усугублена. Даже в случае конечных «военных успехов» мы не принесем русским на Украине и самим украинцам ничего нового и позитивного – ни идеи, ни мира, ни процветания, ни свободы, ни справедливости, ни будущего. А лишь кровь и ненависть. Потому что мы сами ничего из вышеперечисленного не имеем, и у нас у самих в том виде как мы есть – в формате деградирующей олигархической полуколониии – нет будущего.

Может ли дерево худое приносить плоды добрые? Может ли российский олигархический режим принести на Украину правду, защитить и тем более воссоединить русский народ? Если он за тридцать лет ничего не сделал в этом отношении у себя дома в условиях мирного времени, то можно ли это осуществить путем войны на территории соседнего государства? Очевидно, что нет.

Поэтому не надо иллюзий. Единственный проектный «смысл» этой искусственно спровоцированной войны, в котором крайне заинтересованы наши геополитические противники – это окончательное саморазрушение Русского мира, самоуничтожение России как цивилизации, предавшей собственную сущность в братоубийственной бойне. Но это «смысл» сугубо инфернального свойства, и он никак не читается в пространстве рациональных геополитических построений – и потому кажется невозможным. Невозможным с точки зрения здравого национального разума, но вполне реализуемым под покровом очередного «хитрого плана»…

Почему содержание этого «плана» вновь старательно скрыто от людей, почему в качестве механизма его реализации избрана ВОЙНА, для которой еще пару месяцев назад не было серьезных предпосылок? Если Украина, идя на военный конфликт с Россией, выполняет волю Запада и НАТО (как упорно твердят наши аналитики), то чью волю исполняем мы, идя этой войне навстречу еще более решительно?!  Не ту же самую?

]]> https://novsoc.ru/voyna-na-samounichtozhenie/feed/ 0 https://novsoc.ru/sotsialnoe-gosudarstvo-pavla-grudinina-kak-politicheskaya-zadacha/ https://novsoc.ru/sotsialnoe-gosudarstvo-pavla-grudinina-kak-politicheskaya-zadacha/#comments Mon, 08 Jan 2018 17:17:38 +0000 http://novsoc.ru/?p=4687 Александр Молотков

Социальное государство Грудинина как политическая задача

В связи с выдвижением П.Грудинина в качестве кандидата на пост Президента РФ от КПРФ и НПСР в застоявшейся политической атмосфере последних лет наблюдается явное оживление. Политологи, эксперты, публицисты наперебой пытаются найти новому феномену какое-то приемлемое объяснение. Уже один этот факт говорит о неординарности события. В чем его смысл и содержание? Пока вразумительного ответа не дано, терзаемая сомнениями аналитика копает мелко, на уровне первых поверхностных реакций и традиционных шаблонов – ставленник кремля, карьерист, предвыборный оживляж и т.д. Мало кто понимает, что это всерьез – и что дело тут не столько в фигуре Грудинина, сколько в самом историческом рубеже, к которому подошла Россия. Просто пришло, наконец, время перемен – дальше страна в том виде, в котором ее выстраивал по либеральным лекалам Путин, существовать не может. Народ и общество поняли это бесповоротно и окончательно – поэтому и появился Грудинин, в котором люди с первого взгляда узнали свой шанс изменить жизнь к лучшему.

Как часто бывает в истории, накопившиеся внутренние противоречия «неожиданно» приводят общественную систему в неустойчивое состояние, требующее неотложных изменений – где, или стагнация и разрушение, или радикальное обновление. Это состояние ощущается обществом как очевидность. Не случайно прошлый год был годом 100-летия Октябрьской Революции, многое повторяется, начинается новый цикл развития России. И так же не случайно новый лидер появляется по чисто формальным признакам от главной оппозиционной силы – КПРФ,  партии стареющей, но еще способной задать вектор будущего России, обеспечить историческую преемственность и символическую связь времен.

Именно в переходный период многое из того, что раньше казалось немыслимым, вдруг становиться возможным. В этом секрет «эффекта  Грудинина». Повторюсь, нынешняя исключительная ситуация не создана искусственно некими изощренными политтехнологами или очень умными политиками (такими как Ю.Болдырев), – эта ситуация создана самим временем, объективным ходом новейшей русской истории. Либерально-капиталистический «эксперимент» исчерпан – пришло время перехода к новой социально-экономической конфигурации, отвечающей многовековым традициям и современным запросам русской цивилизации.

В политическом плане эта «исключительность» наглядно проявилась в удивительной органичности и плодотворности совместной работы ПДС НПСР и КПРФ по согласованию важнейших положений единой социально-экономической платформы, способной политически объединить патриотов. Еще в марте прошлого года  на Московском экономическом форуме была выработана общая позиция по наиболее принципиальным вопросам социально-экономического развития («К единству в действии») – основа будущей программы правительства народного доверия. Закономерным итогом всей этой работы (а не чьей-то прихотью) и стало выдвижение Единого кандидата на предстоящие президентские выборы. Оказалось, что если отвлечься от многочисленных идеологических разногласий в среде патриотов, то в социально-экономической области вырисовывается совершенно отчетливая, понятная для всех система необходимых первоочередных мер, способных в кратчайшие сроки перевести страну из стадии разрухи и кризиса в состояние устойчивости и развития. Именно эта единая  социально-экономическая платформа, выраженная в предвыборной программе Грудинина-Болдырева-КПРФ и является фундаментальной предпосылкой для развертывания на нынешнем переходном этапе истории широкого народно-патриотического фронта, способного своей мощью, многочисленностью и решимостью смести компрадорско-олигархический режим, уже более двадцати лет ведущий Россию к гибели. И здесь не должно быть сомнений (ах, власть опять нарисует себе нужные проценты), наоборот, чем увереннее будет осознана правота нашего выбора как очевидная национально-историческая необходимость, тем более жалкой будет выглядеть кремлевская камарилья, и тем сложнее будет ей даваться какая-либо информационная или политическая манипуляция. Как кто-то сказал, Грудинин это не кандидат «против всех», а кандидат «для всех», – когда большинство это действительно осознает, процесс перехода государственной системы к новой социально-экономической конфигурации уже никто не остановит.

Конечно, власть тоже понимает серьезность момента. Силы, попытавшиеся переломить России хребет в 93-м никуда не делись, и они тоже будут искать пути удержания своей власти – не останавливаясь ни перед чем. И здесь лишь правота нашего дела (не в силе Бог, а в правде) и сохранение достигнутого на этой почве широкого гражданского и патриотического единства, позволяет надеяться на победу. Это принципиальный момент.

Все последние годы и изначально власть либерального меньшинства держалась на старом проверенном принципе «разделяй и властвуй». Множество естественно и искусственно созданных партий и движений разрывали патриотическое поле на множество лоскутов – националисты, монархисты, имперцы, православные патриоты, коммунисты, левые, центристы и т.д. – безнадежно растягивая застрявший на перепутье истории воз российской государственности как лебедь, рак и щука. И вот свершилось. Впервые после краха 90-х патриотические силы договорились о едином направлении выхода из исторической ямы, в которую завели страну либералы, предложив обществу альтернативную социально-экономическую программу, и единого кандидата в Президенты.

Масштаб происшедшего еще не всеми осознан. Даже в среде выдвинувших Грудинина патриотических сил (НПСР и КПРФ) иногда чувствуется неготовность оперативно и во всей полноте распорядиться преимуществом политического момента. Но лед тронулся – и дальше процесс будет лишь набирать обороты, все более четко проявляя свои социально-экономические цели, политическую направленность и идеологическую определенность.

Тем не менее, уже сейчас, основываясь на согласованной программе НПСР и КПРФ, а также тех положениях, которые обозначает П.Грудинин в своих интервью,  можно говорить о том, что наиболее точное определение будущей пост-олигархической России – это национально ориентированное социальное государство. Т.е государство ориентированное в первую очередь на поддержание социальной справедливости и национально-государственного суверенитета через снятие самых одиозных противоречий капитализма в области экономики, политики, социальной сферы и культуры. Такие первоочередные меры как прогрессивная шкала налогообложения, полное изъятие природной ренты в пользу государства, государственное управление центральным банком, стопроцентное бюджетное финансирование медицины и образования, кратное увеличение зарплат и пенсий, законодательное закрепление соотношения зарплат работников предприятия и его руководства на уровне 1/10, и т.д., являются теми необходимыми рамками, в которые давно уже было пора загнать «дикий российский капитализм». Поэтому социальное государство Грудинина – это сегодня именно та позитивная стратегия, тот внятный ориентир, и та ближайшая цель, которая объединяет все общество, уставшее ждать «милости» от Путина, уже два десятка лет как шаман заговаривающего это общество пустыми обещаниями на фоне катастрофической деградации страны и народа. Так дальше продолжаться не может. Народ устал. И от такой жизни, и от самого Путина. Старой команде в полном составе пора «покинуть помещение». В этом единодушны и заждавшиеся национально ориентированной политики национал-патриоты, чающие возрождения Великой России, и многочисленные левые силы, убежденные в необходимости восстановления социальных достижений Советского времени, и простые люди, уже давно на бытовом уровне понявшие пустоту и ложь кремлевской пропаганды. Грудинин оказался для всех этих людей одинаково убедительным Единым кандидатом в Президенты, предлагающим понятные и внятные меры по восстановлению реального национально-государственного суверенитета, отечественной промышленности и сельского хозяйства, элементарной социальной справедливости и жизненных перспектив – отсюда такая уверенная предварительная поддержка и интерес. Именно поэтому Павла Грудинина можно с полным правом именовать Народным кандидатом в Президенты, и именно в таком объединяющем народном русле должна идти его предвыборная компания, по многим своим предпосылкам обещающая быть победной.

При этом надо понимать, что главная сила Павла Грудинина как кандидата в Президенты заключается именно в том, что он является объединяющим политическим символом, верхней точкой всей пирамиды национально-патриотических сил, объединенных согласованной программой первоочередных социально-экономических преобразований, направленных на спасение России. Главное здесь – программа и команда правительства, формируемая для ее реализации, а кандидат в Президенты лишь ответственное «лицо» данной программы, чем фактически и должен быть Президент в системе развитой демократии. Поэтому те или иные недостатки П.Грудинина как реального кандидата никак не могут носить принципиального характера.

Это же касается и сомнений части левого электората относительно половинчатости предложенных социально-экономических преобразований. Социальное государство в варианте Павла Грудинина – это прежде всего переход к «новой экономической политике», необходимой для вывода страны из тяжелейшего социально-экономического кризиса, в который она попала в результате ложного либерального выбора 90-х. В данном варианте, действительно, речь не идет о реставрация социализма в его полном экономическом или идеологическом смысле, а лишь о восстановление наиболее важных для общества принципов социальной справедливости, и увеличении государственного присутствия в важнейших секторах экономики. Но и этого на данном этапе достаточно. Автор сознательно не обсуждает и не говорит о том, что ожидается за этим переходным этапом – потому что сегодня этот вопрос не столь актуален. Более того, он способен вновь поднимать и обострять некоторые идеологические противоречия. Сегодня политически актуально именно то направление, которое ведет от края пропасти – путь на национально ориентированное социальное государство, заданное согласованной социально-экономической программой КПРФ – НПСР. Лишь после решения этой политической задачи можно будет всерьез говорить о дальнейших перспективах развития России в XXI веке.

Самый первый реальный шаг в этом направлении – победа на предстоящих выборах. Для ее достижения необходимо реализовать все те предпосылки, которые предоставляет нам как сама историческая ситуация, так и реальная политическая обстановка со всеми ее идеологическими противоречиями, патриотической неразберихой и огромным оппозиционным потенциалом. Все это надо переформатировать и консолидировать в кратчайшие сроки. По существу пора объявлять всеобщую предвыборную мобилизацию всех сознательных патриотических сил в единое гражданское ополчение, т.к. линия фронта, разделяющая нынешний олигархический режим и народ России, в этот раз будет проведена совершенно четко – за Путина, или за Грудинина. Все остальное – домыслы.

Конечно, в организации предстоящей избирательной компании очень много проблем. Но сам позитивный дух начатого движения, его единодушная устремленность, вселяют определенный оптимизм. Шанс безусловно есть, и мы должны его использовать! Наше дело правое: мы открыто боремся за претворение в жизнь социально и национально ориентированной «программы Грудинина», являющейся по существу кратчайшим путем к социальному государству, – тому образу государственности, который провозглашен в ныне действующей Конституции. Именно приведение в соответствие данного положения Конституции (ст.7) и социально-экономической практики российской государственности и является нашей главной на сегодняшний день задачей. Павел Грудинин как единый Народный кандидат в Президенты РФ олицетворяет собой постановку и исполнение этой назревшей задачи на политическом уровне.

Борьба уже началась. Каждое действие, каждое слово на предвыборном поле уже работает в ту или иную сторону. В связи этим хотелось бы попросить некоторых не в меру упертых «патриотических скептиков», упорно не верящих в возможность что-либо изменить, просто помолчать и отойти в сторону, чтобы не выступать в роли бесплатных провокаторов фактически поддерживающих сохранение нынешнего режима. Другого шанса в ближайшее время (как минимум на шесть лет) не будет. Ждать же полного «естественного» краха системы, который без сомнения погребет под собой и Россию – бессмысленная стратегия. Именно сегодня в рамках легального политического поля мы должны дать решительный бой либерально-олигархическим силам, оккупировавшим Россию. Победа зависит лишь от степени нашего общего национально-патриотического единства и гражданской готовности каждого подтвердить элементарным конституционным политическим действием свое несогласие с дальнейшим существованием либерально-олигархического режима.

Александр Молотков

Российская операция в Сирии и фактор Израиля

Во всем огромном информационном потоке, связанном с российской военно-воздушной операцией в Сирии, с исламской группировкой ИГИЛ, формированием международной антитеррористической коалиции и т.д. каким-то неясным «белым пятном» остается то место на Ближнем Востоке, где раньше было государство Израиль. Как-то о нем ничего не слышно. Будто его там нет, или, что оно так себе, «ни за белых, ни за красных», а в стороне. Не странно ли? Именно эта странность заставляет приглядеться к сирийской ситуации чуть пристальней, чем ее трактует большинство российских СМИ и околокремлевских экспертов.

За наслоениями набравших инерцию событий как-то уже перестали задаваться вопросом – а зачем вообще была нужна эта операция, в чем ее смысл. Помниться, говорили о «помощи народу Сирии и президенту Башару Асаду, армия которого в одиночку борется с мировым злом», о «превентивной защите наших граждан от террористов на дальних подступах», о необходимости «создания международной антитеррористической коалиции с участием мусульманских стран» и т.д., но все это выглядело как-то не слишком убедительно. И только после реального ответного теракта (взорванного над Синаем российского лайнера А321 с 224 пассажирами на борту) эта операция,  получив непосредственную антитеррористическую легитимность, была усилена и стала именоваться «Возмездием». Дальше больше. Турецкие  ВВС сбивают российский Су-24, и кое-кто начинает говорить о 3-ей Мировой войне. Мы же в ответ дополнительно усиливаем свою военно-космическую группировку, подтягиваем к побережью ракетоносец и перебрасываем в Сирию ракетный комплекс С-400. Теперь уже ни у кого нет сомнений, это точно «наша война»!

Однако, все же, если отмотать немного назад, то данная нешуточная возгонка российских военных действий на Ближнем Востоке вовсе не снимает, а наоборот, усиливает главный недоуменный вопрос – а что же все-таки мы там забыли в Сирии? И почему именно сейчас. Ответить на него в рамках предложенной первичной официальной схемы по существу невозможно. Спасаем мир от «угрозы международного терроризма»? – но это абстрактный лепет… Однако, если добавить в мутную сирийскую военно-политическую кашу известный «израильский компонент», то под наслоениями официально-информационного шума начинает проступать более понятная логическая картина.

Начинать всякий анализ лучше всего с самых крупных категорий и наиболее общих планов. И здесь следует исходить из того, что центральный геополитический игрок (или ось) на Ближнем Востоке, это отнюдь не Египет, Сирия, Иран, Турция или кто бы то ни было еще, а, безусловно – Израиль. Так было (со времен вторжения в Палестину), есть, и видимо, будет до скончания века. А исламский фундаментализм, в том числе и ИГИЛ, всегда формировался в первую очередь на геополитическом противостоянии с Израилем. Израиль априори был главный враг и раздражающий объект для исламского фундаментализма всего Ближнего Востока. [1] И неужели это изменилось сейчас?

Таковы исходные константы, дальше динамика.

Американцы (вместе с Израилем) начиная с Ирака приступили к формированию вокруг Израиля зоны «управляемого хаоса» как зоны ослабленных исламских государств (потенциальных противников Израиля), но в случае с ИГ явно «не удержали процесс». Именно в ответ на действия американцев «исламский хаос» начал структурироваться в более опасной и предельно радикальной террористической форме. Питаемая фундаментализмом новая форма исламской военно-политической самоорганизации оказалась неожиданно очень сильной и, расширяясь в Сирии, стала представлять реальную угрозу Израилю. [2] Наступление ИГ на Дамаск в последние месяцы выглядело неудержимым, и в случае падения Асада территория Сирии оказалась бы неминуемо под контролем ИГ (а отнюдь не «умеренной военной оппозиции»). Следующим объектом экспансии для ИГ, безусловно, стал бы уже Израиль, т.к. сама непосредственная близость к Израилю, прямой контакт с его территорией, ставила бы ИГ и Израиль лицом к лицу. Прямой военный конфликт, потенциально способный втянуть в себе всю антиизраильскую исламскую ближневосточную оппозицию, был бы неминуем.

Поэтому американо-израильской геополитической тусовке в срочном, прямо-таки авральном порядке пришлось бросать на спасение Асада (и борьбу с ИГ) именно Россию, ибо самой делать это было как-то совсем не с руки: столько лет гнобить Асада, выращивать против него «умеренную военную оппозицию», а тут вдруг встать на его защиту… А Россия в этом раскладе очень даже кстати. Несмотря на известные «санкции», Россия была и остается вполне вменяемым «партнером», и если предоставить для нее через СМИ и международную дипломатию положительный имиджевый коридор, то ее вполне можно вписать в сирийские разборки в качестве крутого и самостоятельного борца за «справедливость» — в России это любят. Что и было сделано очень оперативно на последней Генассамблее ООН, где Обама дал добро на «неожиданную» идею Путина организовать параллельно американской свою «антитеррористическую коалицию».

И все прошло в лучшем виде, на ура. Мы защищаем нашего друга Асада и прочую «ближневосточную справедливость», а после ответных терактов включаемся по полной в борьбу с «мировым злом» – международным терроризмом в лице ИГ. Все удовлетворены: Обама и Путин вновь друзья, объединенные общим делом; патриоты рукоплещут Путину, смело полезшему в драку первым, «если драка неизбежна»; а из сознания обывателя выветрилась, наконец, депрессивная военная тема Новороссии, сменившаяся значительно более «победоносной» войной в Сирии. Но главный эффект не в этом. Думаю, что больше всего эта масштабная военная операция удовлетворяет израильских евреев, сидящих в кресле у телевизора и наблюдающих, как российская авиация со всех возможных калибров круглосуточно зачищает от исламского фундаментализма огромную территорию к востоку от израильской границы. Геополитическая фантастика! Но факт.

С самого начала нашей воздушной операции в Сирии был актуален вопрос: кто задает цели для ударов нашей авиации? Американцы упрекали Путина, что он где-то не там бомбит, Путин в ответ говорил – дайте нам цели «куда надо, или куда не надо, но не дают…». Потрепанная армия Асада с ее старенькими «двумя МИГами» тоже вряд ли располагала достойной информацией по всей оставленной территории Сирии. Российская спутниковая разведка, тоже вряд ли могла разобраться за несколько дней, что там за объекты раскиданы по огромной территории. И только оснащенное по последнему слову техники «всевидящее око» Израиля, конечно же, внимательно отслеживало все, что движется, перемещается, группируется или перевозиться по всему периметру израильских границ на очень большую глубину. Логично предположить, что наводки на цели для российской авиации и крылатых ракет дает именно и непосредственно Израиль. [3] Тогда все надежно, никаких претензий у «мирового сообщества» к действию российских ВВС не будет.

Сама беспрецедентность для современной России такой масштабной военной операции за пределами своих границ (явно превосходящая по своей самоуверенности историю с Крымом), говорит о том, что она, конечно же, не могла быть осуществлена без одобрения со стороны Вашингтона. Это понятно. Но ладно бы дело касалось только фигуры Асада, как повод, скажем, отвлечь российского обывателя от бесславно брошенной Новороссии. В случае же «израильской версии» все выглядит куда как более неприглядно: в самом факте нашего откровенно немотивированного военного вступления в ближневосточный конфликт открывается непредставимая ранее степень нашего кабального положения. Мало того, что нас превратили в «сырьевой придаток» Запада и взяли под внешнее управление нашу финансовую систему, оказывается, наша вассальная управляемость может доходить до прямой и безвозмездной военной повинности по защите интересов Израиля на Ближнем Востоке! Вот, что является по существу единственно весомым геополитическим аргументом для подобной масштабной операции. Именно в этой версии все странности поведения основных фигурантов дела становятся понятны. Все остальное мелкие отговорки. Соответственно, вся игра в «санкции», необходимая в качестве условной компенсации за Крым и Новороссию, а также разыгрываемое в последнее время геополитическое противостояние с Америкой, – не более чем спектакль для мировой и российской публики. Реальная, скрытая геополитика эпохи глобализации структурирована на порядок жестче и циничней. Для государств, вписанных в эту структуру уже нет места для свободного геополитического маневра, и никто не может остаться в стороне, если «партия сказала – надо…»

Никакой войны с НАТО или Западом, которой нас пугали еще со времен Крыма, оправдывая Путина за нерешительность в Новороссии, в ближайшие времена не будет. Наоборот, по факту нас разворачивают на Восток, и мы органично вливаемся в единую цивилизационно-глобальную «американскую коалицию» по борьбе с международным исламским терроризмом, а точнее религиозным исламским фундаментализмом, что значительно более всерьез и надолго. [4]. Причем, не в респектабельной роли нового «мирового лидера», как это опять же подают для российской публики (эта роль безраздельно остается за США), а в откровенно вторичной роли управляемых геополитических гладиаторов. Ибо столкнуть в военном конфликте Россию и радикальный ислам – это то еще зрелище.

Первые «ласточки» этого конфликта уже прилетели. Взорванный над Синаем А321, и сбитый турецкими ВВС российский Су-24 – лишь начало процесса. Американцы, и тем более Израиль, потому и не лезли на рожон с ИГ, что понимали непредсказуемость последствий. В том числе и то, что Турция не будет оставаться в данном случае в стороне, потому что Турция – это тоже радикальный ислам. И только Россия, имеющая на своих южных границах целый пояс исламских государств и республик (а также подвешенный между Турцией и Украиной Крым), оказывается, запросто может «вызвать огонь на себя», вступив в открытую войну на уничтожение с «международным терроризмом». У Турции уже, похоже, не выдержали нервы. Однако Россия демонстрирует «твердость», и отступать от выполнения своей «ближневосточной миссии» явно не собирается. Значит, продолжение следует…

Если следующим этапом ближневосточной эпопеи станет уже военный конфликт России с Турцией (а риторика в наших и турецких СМИ звучит нешуточная), то далеко идущие планы закулисных геополитических режиссеров можно будет считать осуществленными. Переведение военного потенциала Турции (одного из сильнейших на сегодня противников Израиля на Ближнем Востоке), в сторону России позволит завершить ближневосточный сценарий предельно эффективно. Следующим полем боевых действий станет уже Крым – та «шахматная» геополитическая ловушка, которую американцы подставили Путину еще в начале украинской эпопеи. Не случайно турецкая провокация со сбитым российским Су-24 прямо совпала с украинской провокацией по масштабному лишению Крыма электроэнергии через подрыв ЛЭП. Потенциал Турции и Украины (при одобрительной поддержке НАТО) готов сфокусироваться в новой точке боевых действий. Порошенко уже потирает руки…

Скажете, не может быть, ведь у нас с Турцией все последнее время были вполне дружеские отношения. Но увы, как показывает опыт, понятие «дружественные отношения» в сегодняшнем мире мало чего стоит. С Украиной у нас тоже до недавнего времени были даже «братские отношения», но как оказалось при нынешних геополитических технологиях эти отношения совсем не сложно изменить на противоположные в течении полугода. Наши СМИ уже взялись лепить из Турции «образ врага» предельно интенсивно.

Вот такая вырисовывается иная геополитическая логистика нынешней «локальной сирийской операции».

Верна она или нет, какая, казалось бы, разница, если все это пока далеко и война вынесена за скобки нашей территории и реальности (спасибо Путину). Можно и не обращать внимания. Поэтому, когда я еду по безнадежно разбитым дорогам нашей российской провинции, сквозь опустевшие деревни и заросшие поля, я успокаиваю себя простой мыслью – «а зато мы бомбим Сирию…»

Ссылки:

1.Бриджит Джонсон. Как ИГИЛ планирует уничтожить Израиль

http://www.translarium.info/2015/04/how-isis-plans-to-destroy-israel.html

2. Израиль испугался «Исламского государства»

http://www.islamnews.ru/news-146872.html

3. «Сирийское уравнение» для Израиля: взаимодействие с Россией позволит сдерживать Иран? http://ruskline.ru/opp/2015/oktyabr/24/sirijskoe_uravnenie_dlya_izrailya_vzaimodejstvie_s_rossiej_pozvolit_sderzhivat_iran/

4. В.Третьяков. Тезисы о «международном терроризме» и политическом бессилии Европы

http://novsoc.ru/tezisyi-o-mezhdunarodnom-terrorizme-i-politicheskom-bessilii-evropyi/

Александр Молотков

Патриоты и Кремль на фоне «сакральной жертвы»

В связи с убийством Немцова и однозначно прямолинейной реакцией на это событие патриотической общественности, вновь поражаешься беспомощности общественного сознания перед манипулятивной мощью кремлевской информационно-аналитической системы. Событие происходит, информационно обрабатывается в определенном ракурсе и вкладывается в общественное сознание практически в режиме онлайн. Пауз не существует, времени задуматься нет. Официальная версия – «политическая провокация» — абсолютно доминирует в информационном поле и ни в малой степени не подвергается сомнению со стороны патриотического сознания. Наоборот, патриотическая аналитика сама взахлеб говорит  именно об этой версии. А о какой еще? Ведь не думать же, что все было по-настоящему, прямым текстом…

Вот она странность. Вместо того, чтобы следовать самоочевидной и лежащей на поверхности логике произошедшего, патриотическая аналитика сразу выкидывает из рассмотрения одну из двух основных версий как несерьезную. Версию о причастности к этой акции самого Кремля.

Фактологический расклад произошедшего настолько прозрачен, что первоначальных (основных) версий может быть только две.

1.Либо это действительно провокация и «сакральная жертва», принесенная на алтарь российского Майдана со стороны либеральной оппозиции (и их кураторов из госдепа) с целью максимальной радикализации 1-мартовского оппозиционного шествия. С дальнейшим «естественным» перерастанием беспорядков в полноценный Майдан.

2. Либо, наоборот, вынужденная акция самого Кремля по устранению главного лидера оппозиции накануне марша с целью его срыва, ввиду серьезной системной опасности, которую начал представлять заигравшийся в «протест» политик.

Я не буду рассматривать первую версию, она уже многократно пережевана всеми, кому не лень, начиная с Президента,  сразу в ночь убийства заявившего, что это наглая «политическая провокация», и кончая шеренгой патриотической аналитики, дружно выстроившейся в контекст этой совершенно «очевидной» версии. Тем более что (как оказалось) заказчики просчитались, «провокация» полностью провалилась, и наш народ в очередной раз сплотился вокруг своего лидера и не позволил врагам расшатать политическую ситуацию.

Поражает при этом то, что никто и не пытается даже принять к рассмотрению вторую версию событий, ничуть не менее очевидную и логичную, чем первая, исходящую из того же сакраментального вопроса – кому это выгодно? Аргументация здесь в отличии от анализа первого сюжета предельно примитивна. А зачем это Путину? Немцов мелкая и неопасная фигура и т.п.

В чем причина такой странной и однобокой избирательности? Да все в том же… Просто здесь предельно наглядно срабатывает многократно проверенный на патриотическом сознании «эффект путинизма», априори выводящий за рамки рассмотрения альтернативную версию убийства, как противоречащую принятой в патриотическом сообществе системе политических координат. Этот «эффект» состоит в том, что любое самое откровенно-негативное явление российской действительности заведомо и сразу относится на происки «пятой колонны» в Кремле, либералов в правительстве и прочих многочисленных «агентов госдепа». А Путин здесь традиционно ни при чем – хоть вопрос касается электричек, хоть обвала рубля, хоть войны с Украиной.  Потому что Путин – это «наше все», это святое… Эти надетые на нос патриотов пропутинские «розовые очки» заведомо искажают всякое политическое явление, находят «очевидное» оправдание самым вопиющим фактам, обличающим кремлевскую власть в ее антинародной политике, сводят на нет всякие попытки формирования действенной патриотической оппозиции. Принятая однажды «пропутинская установка» завораживает патриотическое сознание как гипноз, как некая логическая константа заведомо искажает всякую политическую аналитику, прочтение всякой политической картинки. Пока эти «очки» не сняты, российский политический абсурд будет продолжаться.

Парадокс и абсурд нынешней ситуации состоит в том, что объективную и очевидную раскладку политической реальности (обличающей кремль в его самой сокровенной системной лжи) собирался озвучить именно «политический мальчишка» — Борис Немцов, начисто лишенный каких бы то ни было «путинских комплексов». Если максимум, что могла позволить себе наша «системная оппозиция» на 1-мартовском шествии – лозунг «Димон, выйди вон!»; то основной лозунг планировавшегося марша в Марьино был значительно более крут и нелицеприятен: «Путин – это война, Путин – это кризис». Если хотите, вот у нас такой лозунг будет, скорее всего, ключевым.» — совершенно недвусмысленно заявил Немцов в интервью агенству «Диалог» буквально за день до убийства. …Но ведь это слишком, ведь это на самое «святое», на то, на чем держится вся система «кремлевского консенсуса». Немцов от лица коалиционного марша собирался озвучить именно то, что не решалась сказать вся патриотическая оппозиция за пятнадцать лет путинского правления – что «король-то, голый!».

Но не вышло… Если задаться вопросом, кому это выгодно? – то ответ на поверхности. Факт состоит в том, что планируемый марш не состоялся, крупнокалиберный лозунг не прозвучал, а накаленная тема протеста эффектно переведена совсем в другую минорную тональность. Траурная процессия, соболезнования от Президента, о покойном или хорошо, или ничего… Это ли не очевидный повод, чтобы призадуматься о второй версии? Но опять, все стыдливо отводят глаза в сторону – не может быть, потому что этого не может быть никогда. Потому что это разрушает любимую патриотическую иллюзию, многолетнюю патриотическую «пирамиду», выстроенную на бесконечных все возрастающих ожиданиях… В итоге все опять успешно заболтано, замазано и затерто.

Да, Немцов явно заигрался в оппозицию, посчитал, что ему все можно, и не почувствовал во-время, что переступает черту, за которую нельзя. Да, угрозы  были, переговоры о переносе марша были, и предупреждения о снятии главного лозунга, наверняка, тоже были. Но политический характер, легкомысленная уверенность в собственной неприкосновенности, которую, казалось бы, гарантировала причастность к высшей касте либералов-неприкасаемых, от имени которой он и исполнял роль «главного оппозиционера» — завели его в зону очень высокого риска. Система в таких случаях безжалостна даже к своим. Просто очень высоки ставки. Поэтому, говоря о второй версии, я ни в малой степени ни подразумеваю причастность к этому акту самого Путина. Совсем не обязательно. Кремль это больше, чем Путин, и в этом плане показательную смерть Немцова можно считать системным предупреждением и самому Путину, как и всем политикам первого эшелона, о недопустимости игры «не по правилам».

Так, другим фактором, крайне усугубившим картину, и делавшим «потерявшего управление» Немцова действительно опасным для Кремля, явилось его активное влезание в тему украинского вопроса – ключевого для нынешней политической повестки. Свои претензии к Путину и сам лозунг «Путин – это война!» он был готов подтвердить документально, по некоторой информации собрав  серьезный материал о присутствии российских войск в Новороссии. Но ведь это тоже табу, за которое нельзя заступать – то же самое «голое» обстоятельство, о котором все знают, но о котором нельзя говорить вслух. Иначе вся наработанная информационная возгонка анти-украинского духа рухнет, или по крайней мере зашатается. Но война на Украине – стратегическое решение «Вашингтонского обкома», и здесь все должно быть строго.

Сразу в ночь убийства ФСБ перевернула квартиру Немцова, и этих материалов мы, скорее всего, не увидим. Как никогда не увидим и конкретных убийц Немцова, так открыто и показательно расстрелявших зарвавшегося политического игрока, опрометчиво решившего поиграть с системой «по крупному». Дальше уже опять все будет спокойно – братоубийственная война на Украине, усугубляющийся развал в экономике, нескончаемая игра «в кошки-мышки» с либералами в Кремле, на фоне привычной патриотической риторики о «вставании с колен» и восстановлении государственно-исторического суверенитета. Туча прошла стороной. Антимайдан не понадобился, все обошлось одной «сакральной жертвой».

 Путин и Юго-восток

 На протяжении всего периода украинского кризиса в общественном сознании в России и на Украине сохранялась напряженная неопределенность в оценке конечных масштабов возможного конфликта между Россией и Украиной, заявленного в первую очередь известным решением Совета Федерации о возможном введении российских войск на территорию Украины.

В последнее время туман этой неопределенности заметно рассеялся. Интрига исчерпала себя самым банальным образом, ничего такого не произошло. Как и следовало ожидать, Юго-восток – тихо предан. Пора называть вещи своими именами. Тянуть и дальше двусмысленный патриотический мораторий на критику действий, а точнее бездействия, российской власти уже не имеет смысла. Натягивать на Путина мундир Сталина, подозревать за ним большую победоносную стратегию, «хитрый план» по присоединению Новороссии и т.д. уже не актуально. Самой власти это уже в тягость и совершенно не нужно. Начиная с рекомендации «отнести референдум подальше» и последовавшем вскоре отводом российских войск от украинских границ, она явно сменила пластинку и озабочена совсем иным имиджем – проявить лояльность к новоизбранному президенту Украины, договориться с Евросоюзом, вновь восстановить партнерские отношения с НАТО. Она уже играет совсем «на другой стороне», и только мы все еще не можем в это поверить. Свои крымские патриотические лавры она уже собрала – куда еще? Рейтинг Путина взлетел на некоторое время до небес – этого надолго хватит. А Юго-восток – это, что называется, «ваши проблемы». Вы сами все это затеяли, сами и расхлебывайте.

Но так ли это на самом деле? Действительно ли непричастна российская власть к тому, что творится сейчас на Юго-востоке Украины – в Славянске, Краматорске, Луганске, Донецке? И может спокойно «умывать руки», когда русские люди в Луганской и Донецкой областях у всех на глазах показательно предаются на заклание?

Формально, вроде бы, да – непосредственного вмешательства российских войск или каких-то военных советников на Юго-востоке замечено не было. Судя по свидетельствам очевидцев, кроме информационной поддержки русского сопротивления в российских СМИ, другой практической помощи – нет. Все политическое и военное сопротивление Донецко-Луганского региона это чисто местная самоорганизация русских людей, вставших на защиту собственной национальной идентичности перед угрозой беспощадной бендеровской «украинизации».

И это можно понять. Есть в жизни моменты, когда невозможно сделать иной выбор перед лицом своей совести: или умирать – или безвозвратно предать собственную сущность, память своих отцов и дедов, свою землю и свой язык. Ополченцы Луганска и Донецка уже сделали именно такой выбор, и по словам Игоря Стрелкова, они будут стоять до конца, даже если «никто и ничто нам больше не поможет». Потому что вопрос здесь стоит уже совсем в иной вневременной экзистенциальной плоскости.

Хотя изначала, казалось бы, все было иначе. Они были не одни, у них за спиной была огромная Россия, шквалом митингов заверявшая, что «своих не сдаем!». Рядом на границе стояли российские войска, готовые, казалось бы, по первому сигналу придти на помощь – только позови, прояви твердую решимость, объяви о своей независимости, как это недавно было в Крыму. И они провели референдум, зафиксировали единодушный выбор народа в пользу независимости, провозгласили создание двух Народных Республик и желание недвусмысленно повернуть к России.

…Но в ответ тишина – очередная «путинская пауза» плавно перетекла в молчаливое непризнание итогов референдума, отвод российских войск и начало диалога с «новоизбранным президентом». Стало окончательно ясно, что кремлевская власть, сфокусировавшая на себе после Крыма пророссийские ожидания русского населения Юго-востока Украины и патриотические настроения российского общества, сказав «А», явно не собирается, и как сейчас понятно и не собиралась, говорить «Б»… И именно здесь проступает вся закулисная гнусность разворачивающегося сюжета.

Раскачав насколько возможно своими действиями пророссийские настроения на Юго-востоке Украины, по существу подтолкнув население этих областей к вооруженной борьбе за независимость от киевской хунты, Кремль в последний момент отошел в сторону. Таким образом, не ради дела было сказано грозное «А» о возможном вводе российских войск, а ради очередного патриотического пиара и раскачивания небывалой в новейшей истории российско-украинской конфронтации.

Именно это всерьез сказанное «А» стало той центральной информационной фикцией, на которую фактически и были ориентированы все участники разгоравшегося противостояния – киевская власть, общественное мнение Украины, мировое сообщество, патриотические настроения в России, и конечно, пророссийское население Юго-востока. Это «А» оказалось блефом, и тот, кто всерьез на него рассчитывал, оказался в проигрыше и расплачивается кровью. А тот, кто понимал, что к чему, собрал небывалые дивиденды.

Крым, демонстрация военной силы, военные учения на границе с Украиной, недвусмысленное объявление о возможном вводе российских войск, сохранение этих войск на границе в течении двух месяцев, и наконец тотальная «информационная поддержка» в российских СМИ – все это было лишь искусно исполненная роль во очередном американском геополитическом сценарии – роль «реальной угрозы с Востока». А как же иначе? Ведь кто-то должен был изобразить эту страшную «угрозу» ради сплочения украинского общества вокруг откровенно нелигитимной проамериканской киевской хунты. Ради последующей интеграции Украины в НАТО. И это стопроцентно удалось. Таков общий итог «украинской компании»: плюс Крым – минус Украина.

Как можно судить по СМИ, интернету и многочисленным свидетельствам родственников и знакомых на Украине, украинское общество сегодня в большинстве своем в центре и на западе однозначно сплотилось в своем отторжении от России, в ненависти к ней и лично Путину, несмотря на то, что последний многие годы был для украинцев чуть ли не олицетворением мечты о «настоящем президенте». Угроза сплачивает, это однозначно, ибо при этом в общественной и тем более национальной психологии включаются такие глубинные инстинкты самозащиты, перед которыми меркнут всякие политические и социальные разногласия. Этот эффект моментального переключения общеукраинских настроений на защиту своей самостийности, вкупе с всплеском антироссийских настроений, сразу подметил и подчеркнул Олег Царев, буквально на следующий день после заявления Кремля о возможном масштабном военном вмешательстве России, сказавшего примерно следующее: «Этого не надо было делать. Украина была испугана и инстинктивно повернулась к Киеву, хотя еще пару дней назад противоречия между новоиспеченной киевской хунтой и украинским обществом были огромны».

Тем более, что противостояние с москалями — это тот застарелый «больной мозоль» украинского самосознания, на который Россия наступила в данном случае самым бесцеремонным и чуть ли не демонстративным образом. Реакция была прогнозируема, и тот, кто делал подобное заявление, это хорошо понимал. После таких заявлений какие-то переговоры неуместны – это ультиматум, на него можно отвечать только мобилизацией, что и было сделано в скорейшем темпе украинской стороной. Тем более, что и Кремль всячески постоянно подчеркивал, что никакие переговоры с нелегитимным киевским «временным правительством» невозможны. У нас, мол, для этого дела под Ростовом есть свой «легитимный президент» Украины — Янукович.

Нам, за сплошной патриотической завесой собственных СМИ, совсем не видно того, как вся это «российская угроза» подавалась на украинских экранах. Но можно не сомневаться, что даже без всякой грязной дезинформации эта тема, поддержанная такими вескими и очевидными аргументами как заявления о возможном вводе войск, конкретная «аннексия» Крыма и постоянное присутствие российских войск на границе с Украиной, была раскручена максимальных образом. И именно эта доминантная «угроза» стала тем допингом, на котором насквозь гнилая киевская хунта смогла уверенно продержаться до выборов нового Президента. И соответственно, поэтому дальнейшее присутствие российских войск на границе с Украиной стало уже излишним.

Дело сделано. Украина избрала откровенно проамериканского Президента (покруче Саакашвили), Европа получила неопровержимые аргументы для скорейшей интеграции Украины в НАТО, русофобские настроения в украинском обществе достигли небывалого пика – о российско-украинском братстве придется надолго забыть.

А Луганск и Донбасс оказались в этой игре на конфронтацию разменной монетой. Они брошены в топку как дьявольская кровавая жертва, призванная навсегда закрепить эту раздутую внешними силами кровавую распрю между русскими и украинцами, между Россией и Украиной. Дальше НАТО, перманентная война интересов, русофобия и окончательный разрыв всех связей, связывающих еще недавно единый русский народ Украины и России.

На этом фоне дипломатические заявления Лаврова о необходимости того-то и того-то, уже ничего не меняют. Всем понятно, что это пустая риторика, призванная скорее «сохранить лицо», чем оказать реальное влияние на процессы. В реальности, которая говорит языком гаубиц, боевых вертолетов и штурмовиков, на эту риторику никто не обращает внимания. Все просто делают свое дело, оставляя риторику тем, кому больше нечем прикрыть свое бездействие. Именно под такие дипломатические разговоры о «необходимости скорейшего прекращения огня» была разрушена до основания и предана Югославия. Сегодня же по этому сценарию предается Украина.

После короткой встречи Путина и Порошенко в Нормандии под патронажем госпожи Меркель и прочих режиссеров большой политики, Россия усилила режим охраны границы с Юго-востоком Украины, «чтобы исключить незаконные переходы». Что это может означать для ополченцев Луганска и Донецка в свете изложенного, думаю, особо комментировать не надо. Россия перекрывает границу с Юго-востоком с целью недопущения проникновения на территорию Украины различных «диверсантов» – по-нашему добровольцев. Похоже, началась совместная «антитеррористическая операция».

…Но не хочется заканчивать эту статью на безрадостной ноте. Феномен русского сопротивления на Юго-востоке, независимо от его итогов, сам по себе очень позитивный фактор. Поднятая историческим вызовом глубинная русская идентичность Новороссии уже никогда не может быть загнана обратно, ни при каком развитии событий. Сама стихия народной самоорганизации выдвинула из народа умных, сильных, мужественных и бескомпромиссных лидеров – Олега Царева, Валерия Болотова, Павла Губарева, Игоря Стрелкова – и многих других, твердо для себя решивших довести начатое дело до конца. На них может опереться История. И в этом есть шанс, есть залог будущего, залог возможной победы – возрождения статуса Новороссии как самостоятельного буферного региона между Россией и Украиной, способного стать плацдармом для нового, более прочного воссоединения Украины и России. Ибо за этим все же стоит глубинная правда истории, и она рано или поздно восторжествует.

Александр Молотков

План Запада беспроигрышный: Война

Главная боль связанная с Украиной, и переживаемая пока скорее на подсознательном, чем сознательном уровне, состоит в том, что в рамках заданного «мировыми управляющими» геополитического сценария для нас – России и Украины – запланирована ВОЙНА. Война между самыми близкими, по существу едиными славянскими народами. Причем, без каких либо серьезных объективных причин. Просто, видите ли, так сложились обстоятельства – мы должны вмешаться. Вот в этих «обстоятельствах», в их кем-то ловко продуманной организации – и зарыта собака. Нынешнее жесткое российско-украинское противостояние это не объективное геополитическое противоречие, а спровоцированная Западом циничная геополитическая комбинация.

Главный вопрос не в том, кто сейчас прав Украина или Россия, а  в том – как мы вообще оказались в такой ситуации?! Что за дикий сон, кто завел нас в эту клетку для «боев без правил» и столкнул лбами? Противопоставил друг другу два предельно братских славянских народа. Кем и как мы загнаны в этот коридор роковых обстоятельств и почему должны рубиться друг с другом насмерть на потеху нашим историческим и геополитическим противникам?

В том и дело, что план Запада беспроигрышный — потому что это план Запада. А мы старательно, и даже с «патриотическим восторгом» (как восклицает Проханов) играем по этому плану, вместо того, чтобы отказаться от него категорически, сделав прямо противоположное тому, что ждет от нас Запад. Запад ждет от нас войны – мы должны провозгласить мир! Ситуация с Крымом и вообще с Украиной – это ловушка, в которую Россия (со всеми ее митингами «своих не сдаем») кинулась совершенно безрассудно. И не потому, что она может проиграть, а просто потому, что это – ВОЙНА! с самым братским народом, для которой нет никаких объективных причин (и никаких оправданий)! Просто так хочет Запад, это его мечта, это его план – и мы (именно мы – Россия) его с патриотическим подъемом осуществляем. Вот ведь в чем подлость этого плана – в его видимой естественно-патриотической подлинности. Мы возвращаем наши земли, мы воссоединяем русский народ, мы боремся с фашизмом, мы своих не сдаем. Но в этом «походе на Киев» нет Правды! Нет смысла, нет содержания. Мы не несем русским на Украине и самим украинцам ничего нового – ни идеи, ни справедливости, ни процветания, ни свободы, ни мира, ни будущего. А лишь одну кровь, много крови. Мечта всех врагов России близка к осуществлению…

Мы сами совершенно прогнили, у нас у самих в том виде как мы есть – нет будущего. И то видимое сплочение нации, когда рейтинг Путина неудержимо полез вверх, когда Зюганов и Жириновский трогательно единодушны, когда Проханов и Соловьев дружно пробивают окно в «новую историю», — есть совершенно виртуальное и временное состояние общественного сознания, которое схлынет в самое ближайшее время, как только обнажится вся трагическая сущность разыгравшейся не на шутку реальности.

Может ли дерево худое приносить плоды добрые? Может ли российский олигархический режим принести на Украину правду, защитить и тем более воссоединить русский народ? Если он за двадцать лет ничего не сделал в этом плане мирными средствами (при наличии множества политических и  экономических рычагов), то можно ли это сделать путем войны? Очевидно, что нет. Поэтому слово «ВОЙНА» не употребляется в СМИ, хотя все направлено именно к этому единственному, роковому и неизбежному варианту. Всех готовят к тому, что это единственно возможный, суровый и единственно правильный выход. Информационные пространства Украины и России радикально разорваны, чтобы до момента «Ч» инерция справедливого «патриотического негодования» в общественном сознании с той и другой стороны была разогнана до максимальных пределов. Чтобы все было «по настоящему», чтобы в момент столкновения громыхнуло и вспыхнуло как можно сильнее. Чтобы это уже нельзя было остановить. Не видеть этого «патриотического разгона» в деятельности наших (и украинских) СМИ, можно только тогда, когда сознание уже подхвачено вихрем патриотических эмоций и не способно смотреть на ситуацию трезво.

Можно проследить механику раскачки ситуации по деталям и по дням, начиная от «морковки евросоюза» и «качелей майдана», и кончая последними заявления российского МИДа. Но сейчас это уже не актуально и никому не интересно – все увлечены динамикой разгоняющегося процесса. Только потом, после пролития крови, разрухи и опустошения от бессмысленной бойни наши патриотические аналитики займутся вопросом – а как же мы оказались в такой яме, кто завел нас в эту ловушку? – и восстановят динамику спровоцированного геополитического розыгрыша во всех деталях. Но будет уже поздно. Сегодня же эта «аналитика» не оборачивается назад, ее воспаленное справедливым негодованием сознание жаждет патриотического реванша – мы показали кукиш Америке, ми доказываем свой геополитический суверенитет, мы начинаем новую Историю.

Мы могли бы вывернуться из под «плана Запада» только в том случае, если бы на каком-то этапе сделали что-то противоположное этому плану. Запад хотел раздуть огонь майдана до максимальных пределов – мы должны были помочь законным властям загасить этот пламень хотя бы морально (а не заявлять о российском невмешательстве в дела украинского народа); Запад хотел опрокинуть власть Януковича – мы должны были удержать ее ( а не посылать на последние заключительные переговоры пенсионера «по правам человека» — Лукина); Запад хотел взорвать русскоязычное самосознание Украины «запретом на русский язык» – мы должны были перевести это возмущение в политическую плоскость, мирно направив противостояние к федеративному устройству будущего Украины (а не сбивать всем крышу – и на Украине и в России – заявлениями о возможном военном вмешательстве России в украинские события). Запад хочет войны – мы должны были искать мира!

Но увы… По всем показателям в кремлевском правительстве такой вариант не рассматривался и не рассматривается. Начиная от «внезапно начавшихся учений» и заявления о возможности военной защиты русскоязычного населения Украины от 1 марта стало ясно – Москва нацелена на силовое решение вопроса. Ссылки на прецедент Косова, угрозу фашизма, не легитимность киевского правительства и пр. – просто дипломатические отмазки… Очевидно, задумано нечто большее…

Об этом больно и трудно писать. На фоне всеобщего умопомрачения это кажется абсолютно бессмысленным – остановить возгорающийся вихрь войны уже невозможно. Слишком все накалено, достаточно одной спички. На это дружно работают СМИ, на это подписано общественное сознание, повсеместно прошедшее через митинги «своих не задаем», на это направлено все активное патриотическое сознание, вся наличная «патриотическая аналитика».

Патриотическое сознание принципиально устроено так, что работает только в одну сторону, видит только одни факты, понимает только свою правду – и чем критичнее ситуация, тем этот «слепой эффект» патриотизма более сильно выражен. Иначе и быть не должно, иначе на грани угрозы отечеству патриотическое сознание не сможет идти до конца, принести себя в жертву, и стоять насмерть. В нас включили этот глубинный патриотический механизм, и мы беззащитны – мы сплотились вокруг Путина, мы готовы к мобилизации, мы готовы вновь идти до Берлина. Поэтому говорить сейчас что-либо против общего ура-патриотического настроя, это обрекать себя на непонимание, на обвинения в трусости, предательстве, либеральности, малодушии и т.д. Большая история требует жертв – и мы готовы их принести, потому что за нами сила и правда. Если бы это было так, если бы это действительно была Большая История (как мерещится евразийскому взору А.Дугина) – а не мелкая, гнусная, спровоцированная Западом военная авантюра, призванная окончательно рассорить два братских славянских народа, уничтожить Украину как субъект истории, и ввести на ее территорию оккупационные силы НАТО. И как ни больно это сознавать, инициатива в эскалации новой, абсурднейшей по содержанию братоубийственной войне принадлежит России. Такова незавидная роль, назначенная ей на сегодня «вашингтонским обкомом».

Крым это ловкая геополитическая подстава. Да, Крым должен быть наш – это справедливо по многим смыслам. Но цена этой «справедливости» непомерно велика, за нее России придется по слову Обамы очень «дорого заплатить». И похоже, только Обама знает на сегодня окончательную «цену вопроса», просто он пока ее не назвал. Разве можно представить, что все только этим и закончится – мы присоединили Крым, а Обама и прочий Запад молча утрут себе сопли? Разве ради этого все затевалось?

Когда в Киеве во всю разгорался Майдан, когда неонацистский «правый сектор» можно было загасить в самом начале (Беркут мог это сделать неоднократно), все российское правительство во главе с Президентом «хлопало в ладоши» на Олимпиаде в Сочи – Путин, Медведев, Иванов, Жуков и т.д. и т.д. Кажется, единственного, кого там не было – это Фрадкова – нашего скромного Директора Службы внешней разведки. Интересно, чем занимался это высокопоставленный протеже Брюсселя все это время? Есть очень стойкое подозрение, что вместе с коллегами Обамы кто-то и с нашей стороны постоянно корректировал раскладку событий (от странных метаний Януковича, до удивительно вовремя начавшихся «внезапных военных учений»). Уж слишком лихо, как по писанному сценарию понеслись события начиная с 20-х чисел февраля – без пауз, без раздумий, без оглядки. Не случайно так ехидно и двусмысленно сразу после капитуляции Януковича Обама поздравил Путина с «успешным окончанием Олимпиады». Более того, если братская славянская бойня начнется в ближайших числах марта, в «веселый  еврейский праздник» Пурим, то все будет с точки зрения профессионалов «нового мирового порядка» вообще идеально. Их останется только горько в очередной раз поздравить…

Я хотел бы категорически ошибаться, я бы категорически не хотел видеть этот страшный кошмарный сон, но он неумолимо приближается… как темная туча из русских сказок.