Вы замечали – капитализм все решительнее сбрасывает всяческие маски. Совсем недавно в Европе официально было заявлено, что «наступают тяжелые времена» и «государство благоденствия более не может существовать за счет централизованной поддержки». «Заботьтесь о себе сами». Вот как следует это читать. Но если вдруг человек на самом деле начинает «заботиться о себе сам», к нему тут же предъявляется масса претензий со стороны полностью купленного буржуинами государства.

Казалось бы, они, пропагандисты лозунга «самостоятельности» и «независимости», должны радоваться, например, если человек, установив несколько ветряков по углам дома и световые панели на крыше, полностью перешел на самообеспечение хозяйства электричеством. Вместо этого к находчивому умнику является комиссия от строителей его дома и вчиняет иск «об упущенной выгоде» – мол, они не рассчитывали, что хозяин дома не будет покупать электричество у энергосбытовой компании. Эта история произошла совсем недавно, и она вполне реальна.
Буржуину важно, чтобы человек: а) был одиночкой, которого легче сломать в случае чего; б) постоянно платил дань; в) свято верил в то, что он «работает на себя» и «независим»; г) имел иммунитет к любым попыткам открыть ему глаза на положение вещей.

Рабов буржуинов можно разделить условно на три части. Первая и самая большая – это молодые (младше 30 лет) люди, «работающие» в офисах, которые не видели СССР вообще, не знают о нем ничего, кроме страшилок про «все были нищие и ни у кого не было машины и интернета». Вторая, самая маленькая, – это сумасшедшие. Вполне настоящие и обычные сумасшедшие, с которыми я не раз встречался по агитационной работе. Третья часть – это фарцовщики разного масштаба. При СССР они фарцевали джинсами, потом крохотная часть из них выбилась наверх и стала помогать фарцевать природными богатствами, а основная масса осталась внизу и по-прежнему фарцует джинсами, хотя им уже за сорок и пятьдесят. Но при этом они одинаково ненавидят СССР, так как осознают, что их благополучие стоит на фарце, и СССР не давал бы им этим заниматься.

А знаете, что самое интересное и странное? Ведь капитализм как общественная формация характерен еще тем, что он ничего не дает своим почитателям. Ничего кроме пресловутой и такой заманчивой «возможности зарабатывать самому». Не права зарабатывать, а возможности. Чуете разницу? Естественно, что наверх при таком раскладе в первую очередь попадают те, кто готов обманывать, красть, подличать, пресмыкаться и даже убивать за эту возможность. То есть происходит неестественный отбор. В погоне за этой химерой люди продают честь и совесть не задумываясь – и очень быстро перестают быть людьми как таковыми. И именно эти «бывшие люди» и есть боевой отряд капитализма, его серые штурмовики – агрессивные, злобные ослики-одиночки, бегающие за морковкой «успеха» всю свою жизнь и при этом ничего не получающие! Поймите этот фокус – впервые в истории хозяева могут не обещать рабам в обмен на поддержку ничего – ни лишний кусок, ни настоящую свободу, ни гражданские права… Ни-че-го, кроме песенки: «Ты будешь «сам себе хозяин», только стремись к этому!»…

«Сказки», популярные в 90-х годах ХХ века, про то, как мальчик-бедняк чистил на улице стекла авто, был упорным, бережливым, трудолюбивым и честным и стал миллионером, – это еще большие сказки, чем, например, сказка про Емелю и Щуку. В 90-х годах тысячи русских мальчишек купились на эти безумные басни и часами дышали на перекрестках бензином, попадали под машины, платили дань рэкету, получали суставный ревматизм, постоянно болели простудами – неистово мыли машины. Никто из них не стал «успешным». Погибли – десятки, сделались инвалидами – тысячи. Наверх влезли совсем другие «упорные деятели» – в своем детстве, уверяю вас, лишний раз шнурки сами себе не завязавшие.

* * *
Поразительно то, что при таком раскладе дел, постоянно и нудно жалуясь на «власть», надрываясь на омерзительной им работе, приходя домой, чтобы поспать, не видя близких, почти не отдыхая, огромное количество людей продолжают с пеной на губах отстаивать капиталистические прелести.
…На секунду задумайтесь, представьте себе, сколько всего нужно будет запретить, отменить, заставить делать, потребовать и т.д., если реально начнется возрождение России.

Представили? А теперь поймите, что нашими главными врагами на тот момент будут не исламисты, не ООН, не США, а… мы сами. Потому что те три категории рабов буржуинов, которые я перечислил выше, составляют в сумме процентов 70 взрослого населения России.

Смотрите внимательно: в последнее время прошло (почему – не знаю, да и не суть!) несколько законодательных подвижек, которые я могу назвать положительными. И каждая из них встречает ужасающий вой со стороны ущемленных и обиженных.

Основные и самые массовые партии в этой симфонии воя по поводу «ущемления прав и свобод» ведут уже не те, у кого к СССР претензии в экономическом плане. Главное в жизни таких недовольных, чтобы не трогали его «прав и свобод». Прочий мир может гореть синим пламенем, без шуток и преувеличений. И их – миллионы. И любое важное дело они похоронят в этом вое, просаботируют. Они вывелись из змеиных яичек, подложенных в наши гнезда, в период 1985–2000 годов, раскушали глютаматно-кислотную «западную жизнь», – и никогда не дадут никому тут ничего изменить по-доброму или хотя бы законно.

Повторяю: завтра к власти придут наипатриотичнейшие, наинациональнейшие, наисветлейшие, наикоммунистичнейшие силы. И весь этот многомиллионный планктон придется как-то вводить в человеческие рамки. Потому что выйдет на Болотную 100-тысячная толпа и будет выть про то, что не даст запрещать извращенцев или там вводить в школах наказания, отрезать интернет «детским массам» или делать обязательными летние военные сборы для старшеклассников. И придется честной власти или «сливаться» с этой массой, или разгонять ее.

Понимаете? Выползла из подполий СССР и выросла им в поддержку огромная масса рабов, которые рады быть рабами капитализма в сладостной надежде, что однажды получится догнать и схрумкать морковку, так соблазнительно болтающуюся перед носом. Те самые внушительные проценты. И – добавочно к ним! – бурлит масса белоленточных принципиальных бездельников, которые живут на ренту от сдачи внаем бабушкиной сталинской квартиры.

Далее. Я хочу еще раз обратить общее внимание на то, например, что огромное количество людей искусства (в том числе на самом деле талантливых) являют собой пример откровенного морального уродства и явной неадекватности.

Я сейчас не о тех «мэтрах» разных направлений, которые похожи на чуткий флюгер и четко ловят колебания линии государства, всегда находясь «в струе». Таких не очень много. Я об основной массе.

Они вполне серьезно считают то, что они делают (нередко не имеющее никакого культурного значения и никому, кроме их тусовки, неинтересное!) является символом Свободы и неотъемлемой частью нормальной жизни. Они вполне серьезно могут не замечать детской проституции у себя под боком – и при этом вдохновенно «петь» про то, «как теперь широко и вольно можно творить!» Они могут считать, что деньги, потраченные на армию, – это «деньги на убийство», и тут же организовать выставку «картин» с расчлененными телами. Они могут организовать шумную акцию во спасение бездомных собачек – и ездить по школам с лекциями о гомосексуализме.

Лично я усматриваю корни этого безумного содома в давних временах, когда им и нам внушили, что они на самом деле «совесть нации», «культура нации». Но сейчас они и правда взобрались на все трибуны и малейшую попытку заставить их работать на благо народа и страны – принимают в штыки…

* * *
…Гигантское количество «успешных людей» всех мастей губит Россию. «Успешность» стала бичом, чумой, оружием в руках всех, кто не желает перемен к лучшему, кто уютно чувствует себя на развалинах заводов и среди превращенных в торговые центры фабрик. Успешность расползается по школам, сея метастазы в детских душах, – каждый урок, где детям предлагают «рассчитать свою будущую пенсию» или «сыграть в предпринимателей». Сосредоточенность на материальной успешности, постоянный подсчет балансов и дивидендов – это болезнь. Тяжкая, смертельно опасная и заразная!

При этом «успешные», впрочем, ничуть не защищены от более хватких и ловких конкурентов! Но они продолжают выть: «Проклятый Совок, страна рабов, не хочу работать на дядю и получать пайку!» Сколько их таких, нелюбителей «пайки» («совковая пайка», по их мнению, – это оплачиваемые отпуска и больничные, бесплатные образование, квартира, медицина, копеечный проезд на всех видах транспорта, полубесплатные отдых и досуг, грошовые услуги ЖКХ) – скатилось на самое дно жизни?

Те годы, которые человек должен тратить на познание мира, на приключения, на путешествия, на новые впечатления, они провели в офисе. И лишь стариками в отпущенные им несколько последних лет жизни начинают они метаться по белу свету, пытаясь добрать то, чего были лишены в молодости.

Тщетно. Их душа отупела и окаменела, она уже не может насладиться миром, по которому они путешествуют, так, как это делают молодые…

А ведь по статистике 95% начатых «самостоятельных дел» заканчиваются крахом. Подумайте: это крах не только финансовый, это потеря не только денег. Это чья-то нищета, чьи-то страдания, чьи-то разочарования, голод и холод, самоубийства.

Я знаю немало людей, которые залезают в долги и берут кредиты на кредиты, чтобы «соответствовать статусу». Нечего их жалеть, брезгливо скажете вы. Но тут не все так просто. Кроме откровенных идиотов среди этих людей есть и те, для кого потеря внешнего статуса = потеря работы. Множество фирм вынуждают своих работников одеваться, обуваться, покупать телефоны и ноутбуки – только крайне дорогие и только определенных моделей. В некоторых странах уже имели место скандалы, когда люди, доведенные до отчаянья, начинали свои расследования и выходили на связи-сговоры фирм-работодателей с производителями определенных товаров.

Я знаю и других людей. Которые берут кредиты – вынуждены их брать! – чтобы, например, собрать ребенка в школу. И им на самом деле некуда деться. Потому что «неправильно собранный в школу ребенок» – это уже угроза вмешательства в жизнь семьи органов опеки.

Объявив себя главным моральным судьей и мерилом всех вечных ценностей, аморальное и неподсудное государство-временщик РФ (впрочем, если кто-то думает, что это касается только РФ, он глубоко ошибается!) нагло разоряет, обирает и растлевает русский народ в угоду своим настоящим хозяевам – банкирам-олигархам. Для тех непереносим человек, не живущий в кредит. Так же, как был непереносим для СССР тунеядец.

А знаете, кто в первую очередь страдает в таком обществе – обществе погони за капиталистическим призраком «успешности», когда все оценивается с точки зрения денег и прибылей? Дети.

* * *
«О том, что вместо помощи семье, детей органы опеки могут изъять, строгость в отношении расшалившегося чада теперь является «преступлением», а любящий и работящий отец может сесть в тюрьму по причине «ненадлежащего исполнения родительских обязанностей», – знает 59-летний житель станицы Полтавской Краснодарского края Валерий Рабаданов. Всю жизнь мужчина работал, есть сельское жилье и подворье. Мать его троих детей семью оставила. Отец-одиночка воспитывал 10-летнюю Олесю, 7-летнюю Настю и маленького Максима как мог. Но ни у органов опеки, ни у судей понимания и помощи мужчина не нашел, только осуждение: вел хозяйство, выходил на ночные рабочие смены – «недосмотр» за детьми. Продукты, одежда, игрушки дома есть, но доказательством отцовской заботы это не является. И вот сгоревшая дворовая постройка и попытка отца приструнить расшалившихся детей привели к изъятию всех троих и обустройству в семью приемную. В отношении отца – уголовное дело, приговор по 156-й статье УК и наказание в виде исправительных работ с удержанием части зарплаты. Виновным Валерий себя не признал, от исполнения наказания уклонялся. За что и сел на три месяца в тюрьму – мужчину поймали и принудительно доставили к месту отбывания наказания. Из приемной семьи дети периодически сбегают к отцу, их ловят и возвращают обратно». (http://r-v-s.su/statia/vmesto-pomoshchi-tyurma-opeka-izyala-troih-detey-otca-posadili-za-reshetku #hcq=bhiL91q )

Сколько ни играй словами, каких причин и определений ни выдумывай, мы имеем дело с чистой воды отнятием детей за долги. Сиречь это опять и снова примета рабовладельческого общества. И то, что торговцы прикрываются выдуманными ими же самими басенками о «ненадлежащем воспитании детей», только резче оттеняет суть этой проблемы.

Кстати, рассказы о том, каким благом было крепостное право для «массы», в последние 5 лет раздаются очень часто.

Но государство имеет право что-то спрашивать с человека, только если дало ему образование, безопасность и хорошую работу на выбор! Поскольку ничего из этого РФ людям не дало, люди, живущие тут, имеют полное право ничем не считать себя обязанными государству.

…Еще сто лет назад детей во многих странах власти отнимали у родителей за бедность – и помещали в приюты с поистине адскими условиями содержания. Потом многих сдавали в аренду другим взрослым (кстати, именно этот вариант был не так ужасен, как почему-то принято думать). Дети помогали своим хозяевам становиться богаче – им можно было не платить, а работали они как взрослые.

Сейчас детей во многих странах отнимают у родителей за бедность и еще по сотне причин – и помещают в приюты, являющиеся почти всегда скрытыми теми или иными притонами, а оттуда многих сдают в аренду другим взрослым. Которые, в отличие от своих коллег столетней давности, детей ничему не учат, а если и используют, то не как рабсилу, а как кукол для постели. Кроме того, дети помогают своим хозяевам становиться богаче – на них выделяются огромные суммы, которых зачастую за глаза хватило бы родным семьям ребятишек, чтобы там все наладилось.
Как и положено по законам развития буржуинского мира: от грабежа тупого и примитивного – к грабежу утонченно-садистскому, когда ограбленный еще и остается должен грабителю.
И вот что пишет газета «Орловский меридиан», автор этой газеты Марьяна Славина…

«От автора: на прошлой неделе ко мне обратилась подруга, попросившая помочь ее знакомым. Она рассказала, что мать четверых несовершеннолетних детей тяжело больна, и мужу одному приходится работать. Из-за того, что мужчина не может уехать на заработки из родного городка, он вынужден трудиться на местном сыродельном заводе за 7500 тысяч. За те полтора года, что Елена Бобкова болеет, у семьи скопился долг по оплате коммунальных услуг. Состоялось заседание комиссии по делам несовершеннолетних, на котором супругам поставили условие – расплатиться по счетам или у них отберут детей…

– Их не волнует, где мы возьмем сейчас сразу всю эту сумму, если на одни лекарства для меня сейчас приходится тратить порядка трех тысяч в месяц. Уехать муж не может из-за меня, а другой работы с большей зарплатой здесь найти невозможно, – Елена не может сдержать слез.

Непонятно и то, почему власти, вместо того чтобы помочь семье, добивают еще сильнее. Ведь не такие это большие деньги. Однако на деле выходит, что проще отправить детей в приют, чем выделить им 30 тысяч рублей.

Я позвонила главе администрации Болховского района Виктору ДАНИЛОВУ и задала вопрос о том, считает ли он правильным лишать родительских прав семью вместо того, чтобы оказать материальную помощь.

– Вы знаете, сколько таких, как они? Люди начинают умышленно не платить коммунальные платежи потому, что якобы негде работать. Наступает зима, не дай Бог что-то случится. А мы каким-то образом должны с такими семьями разбираться. Вы хотите, чтобы мы пришли к ним и сказали: «Вот вам денежки, пожалуйста, заплатите и живите себе дальше?» – возмущенно заявил мне Виктор Николаевич»…

Вообще-то да. Вообще-то если это семья не алкоголиков, которые все на свете пропили, в такой ситуации власти и должны так поступать – скромно прийти, обыденно дать денег и не на камеру сказать: «Живите себе дальше». Да еще и работу найти! Власти в нормальном государстве затем и существуют, этому тысячи раз примером опять и снова – СССР.

Практика отнятия детей за долги существует в РФ уже давно. Но за последние месяцы – после приснопамятного летнего «закона о шлепках» – она резко, рывком, расширилась. А еще больше стало угроз – «неуспешным» семьям угрожают с целью вынудить их платить за то, это, пятое и десятое. Практика отнятия детей за долги существует в РФ уже давно. Цинизм такой практики непередаваем – прикрываясь ложью о «благополучии детей», чиновники отделяют ребенка от семьи и «заботятся» о нем. «Заботятся» об отрезанной от тела руке, «сострадают» вырезанной почке, «проявляют беспокойство» об извлеченном мозге… Я много раз пытался себя представить на месте этих существ. Чтобы просто понять их. Так вот, у меня – не получалось. Ни у одного человека, ни у одного уголовника, ни у одного бомжа, алкоголика, наемного убийцы, не получится поставить себя на место такого чиновника. Это доступно только воистину «успешным».

Олег ВЕРЕЩАГИН
Источник: «Советская Россия»

Так сложилось, что при слове «оптимизация» у меня сразу возникает почти что подсознательный вопрос: что еще собираются отнять у людей? И, надо сказать, я еще ни разу не ошибся, к своему ужасу.

«ОПТИМИЗАЦИЯ» – такая же болезнь мозга нашего государства, как либерализм – болезнь мозга «творческой интеллигенции». С либерализмом интеллигента все ясно – это маниакально-болезненное стремление «всем все разрешить» и «запретить запрещать», дивно сочетающееся с нежеланием признавать, что большинство населения страны считают: «Всем все разрешают» только в дурдоме, да и то предварительно приняв меры предосторожности. А вот что с оптимизацией? Слово-то позитивное, однокоренное с «оптимизмом»… Но, оказывается, обманное.

Вкратце: под оптимизацией чиновниками подразумеваются некие действия, которые позволят государству меньше тратить на некое дело, но при этом продолжать делать вид, что дело делается… уфффф, сложно, правда? Но это сложно для нас с вами, а для государства все предельно ясно. Оптимизировали «нерентабельные» аэродромы – сократив их количество по стране в семь раз. Оптимизировали уникальные военные училища. Оптимизировали ведущие вузы и не имевшие аналогов в мире опытные сельскохозяйственные участки. Оптимизировали метеостанции. Оптимизировали заповедники…

Кстати. Дичайшим итогом всех «оптимизаций» последних двадцати лет является то, что сэкономленные (а точней – с мясом вырванные из тела страны) на них деньги были перекачаны в покупку зеленой резаной бумаги под названием «доллар», а значительные территории России просто-напросто обезлюдели. Вы спросите: как это связано?

Что ж. Я отвечу.

***
Уже достаточно давно отмечено: если в селе закрывается школа, то это село тихо умирает в течение следующих нескольких лет. За последние же пять лет количество сельских школ в России сократилось на 37%.

Сокращение сельского населения – это общая проблема России. И, конечно, нелепо было бы взять и обвинить, например, конкретно районную власть Кирсановщины в некоем зломыслии, искоренении русского села. И вообще, можно задать вопрос: не перепутаны ли тут причина и следствие? Возможно, это не село умирает после закрытия школы, а сокращение численности жителей села – особенно детей! – приводит к тому, что школа становится «нерентабельной»?

Да ведь и «оптимизация», «филиализация» и прочая лизация сельских школ – это не то что не районная, это даже не общеобластная, а скорее общероссийская проблема, появившаяся одновременно с заокеанской эпидемией желтых автобусов, которые-де должны комфортно развозить школьников из отдаленных мест в благоустроенные крупные «базовые» школы, а на деле крадут у каждого ребенка от часа до трех часов времени ежедневно.

Вызывает сомнение тут вот еще какой факт. Может ли вообще образование быть «рентабельным» в чисто финансовом исчислении?

Нет. Нет, еще раз нет и нет! Школа в принципе, по определению, не приносит и не может приносить сиюминутных доходов – если только это не частный колледж для детей миллионеров, да и то вряд ли. Если же начать искать пути сэкономить на школах, то подобная экономия аукнется не очень быстро, но смертоносно. И сэкономленные миллионы или даже миллиарды вполне могут пойти на могильный памятник целому государству, увлекшемуся идеей «оптимизации».

Сам путь – поиск финансовой выгоды в деле образования, какой бы эта выгода ни была, – порочен и опасен.

Первое «ау» я уже назвал. Точней – целых два. Это уничтожение села – тот, кто с детства постоянно его покидает, не чувствует никакой привязанности к нему, уже не вернется туда насовсем, став взрослым – и пожирание детского времени в бесконечных утомительных поездках. Но это еще далеко не все, увы.

Катастрофическое падение уровня образования в стране – а оно именно катастрофическое, иначе это не определить! – особенно сильно бьет по сельским детям. Как раз, опять же, потому, что они тратят уйму времени на разъезды с одной стороны, а с другой – очень трудно чему-то научить ребенка, у которого в голове постоянная мысль (зачастую на фоне недосыпа) о том, что надо еще добираться домой за 20–40 километров. Конечно, это не главная причина того, что современные школьники по уровню своих знаний недотягивают до школьников-ровесников прошлого примерно как детсадовец до девятиклассника. Главная причина в том, что наше образование вообще стало полем для экспериментов каких-то маньяков – иначе не скажешь, которые сумели превратить лучших в мире учеников в полуграмотный (это не преувеличение) и суеверный сброд, понятия не имеющий о дисциплине (а значит, ничего в жизни не способный добиться). Главная причина в том, что до сих пор не отказались от ЕГЭ и не подвергли суду – не просто осуждению, но именно суду! – всех тех, кто разрабатывал и проталкивал эту убийственную идею и продолжает ее защищать до сих пор, вопреки очевидному. Но, повторяю, для сельских детей это усугубляется еще и оторванностью от малой родины и бесконечной тратой времени. Отсюда же и оскорбительная, совершенно не соответствующая действительности байка о «тупости» детей из села.

На селе исчезла прослойка учителей как носителей культуры и авторитета. Конечно, и это связано, опять же, не только с закрытием школ. Педагоги (учителями их называть не стоит, это именно исторически очень точно обозначенные педагоги – рабы, прислуживающие хозяевам «на ниве» наблюдения за детьми) уже давно стали одними из самых верных слуг власти. Они настолько прочно взяты в бюджетные тиски, что даже помыслить не могут о величии своей профессии, им просто не до этого – любые подобные мысли погребаются под валами бумаг и умирают под экономическим прессингом. Педагоги выполняют безропотно и послушно любые инициативы власти – ведут за детьми политическую слежку, внедряют в жизнь школ безумные понятия «толерантности» и «свободы личности ребенка», занимаются рискованным педагогическим экспериментированием по «передовым западным методикам», организуют массовые провластные мероприятия, оказывают моральное и финансовое давление на родителей, служат доносчиками в интересах органов опеки, доносят и друг на друга – в конкурентной борьбе, в чаянии прибавки в полтысячи рублей. Да и авторитет педагогов в глазах и родителей, и учеников недорого стоит. И все-таки в каждом селе именно школа еще недавно была центром праздников, человеческих общений, а слово учителя немало весило в самых разнообразных спорах и даже скандалах. Сейчас ничего этого нет, пусто и дико на селе без школы.

Проживание в деревне для ребенка и безопаснее, и просто-напросто здоровее, чем в городе, особенно крупном. Многие родители, гоняясь за неким «культурным досугом», буквально силком запихивают ребенка в мегаполис, таскают его по курортам на каникулах, записывают в секции, кружки и бассейны, платят за все это немалые деньги, словно находясь под гипнозом, в полной уверенности, что обеспечивают своему ребенку «гармоничное развитие» и «безопасность». При этом, как правило, и родители и дети живут в постоянном страхе перед транспортом, маньяками, грабителями, хулиганами и т.д. и т.п., перемещаясь по жизни буквально перебежками от одного охраняемого места к другому. Потом те же самые родители тащат того же самого ребенка к психологу – лечить от целого комплекса фобий (помогите, я даже не понимаю, откуда это у него!) и развивать самостоятельность (помогите, он сам вообще ничего не способен делать!). Естественно, «помогают» им тоже за деньги. Ребенок в большом городе дышит тем, чем дышать не следует, ест то, что есть нельзя, дети массово (речь уже о десятках процентов!) страдают аллергиями и ожирением – зато у него есть некое мифическое «пространство для развития».

Когда я слушаю таких родителей, мне начинает казаться, что они просто бредят или находятся под гипнозом. (Кстати, власти такое положение дел удобно. И тут суть даже не в том, что родители платят буквально за каждое движение своего ребенка. Может быть, это излишне конспирологично, но я уверен: вытеснение людей в мегаполисы имеет своей целью создание, в конечном счете, легко контролируемых резерваций, населенных, а точнее набитых, во всем зависимыми от «специалистов» существами. А на месте бывших сел все чаще возникают коттеджные поселки, где дети богачей живут так, как дети и должны жить: среди живой воды, свободно растущей зелени, под чистым небом, дыша нормальным воздухом и не трясясь над каждым своим шагом…) При этом попытка обычных, «неэлитных», родителей перебраться с детьми в деревню тут же мгновенно вызывает пристальный интерес у наших вездесущих «защитников прав детей». Тут же следует постановка вопроса о том, что «родители искусственно снижают уровень жизни ребенка», и заканчивается это далеко не всегда просто нервотрепкой – мне известны случаи, когда детей у таких семей отбирали.

Дети перестают понимать мир, в котором они живут. Они вообще выпадают из реальности в искусственное пространство. И «ученые» – то ли кретины, то ли сволочи! – открыто радуются тому, что это, оказывается, «формируется новая среда», которая нам, отсталым лохам, непонятна и недоступна.

Шесть лет назад летом я был свидетелем и участником истории, которая буквально меня поразила. У меня гостили московские друзья с 13-летним сыном. Рано утром я вышел во двор и застал мальчика медитирующим над грядкой с огурцами. Он изучал грядку так внимательно, что я тоже заинтересовался и, подойдя, спросил, что там такого любопытного. Оказалось, мальчику очень понравились красивые желтые цветочки и ему хочется знать, что это такое и как их разводить. Честное слово, я сперва даже не мог понять, о чем идет речь. Я не видел никаких цветочков, на грядке росли огурцы. Когда же до меня дошло, о чем идет речь и дошло, что мальчишка не шутит, – я даже слегка испугался. В свою очередь в мои объяснения, что это – огурцы, он поверил не сразу, только когда я нашел одну из первых завязей и показал ему маленький огурчик, увенчанный этим самым цветочком. Для москвича увидеть такое было откровением…

Нет, то, что они коров и лошадей не видят, – это мелочи уже. Дети не видят собак. «Потому что завести собаку – это большая ответственность!» Возможно, так и есть в ненормальном пространстве большого города. В селе же собака для ребенка – это не некая киношно звучащая «ответственность», а просто – собака, как и было веками и как это и должно быть. Друг-приятель по играм и сторож двора. Сделать что-то своими руками для ребенка из большого города – недостижимая вещь. Порез на пальце – повод для настоящего истерического припадка, и это я говорю о мальчиках – о мальчиках, и не о малышах, да еще и взрослые тут же с воплями ужаса начинают бегать вокруг… Читателям старшего возраста это может показаться невероятным, но я не раз видел, как порез, который мы в детстве на ходу заклеивали подорожником, сейчас становится – по инициативе самого ребенка! – поводом для визита к врачу, где мальчишка (именно мальчишка!) с искренним страхом и без стыда спрашивает: «А я не умру?! А у меня не будет заражения крови?!» – и прочую ерунду.

Разрушение деревни как основы основ, как корневой системы и символа России – это, пожалуй, самое жуткое. Снова и снова встречая каждое лето гостей из самых разных мест, я летом показываю им наши деревни. Людей до столбняка поражает то, в каких красивых местах те стоят, и как мало они населены. Гости, которые приезжают из дальнего зарубежья, вообще оказываются в шоке. Один немец сказал мне с горечью, что мы, русские, даже не понимаем, насколько мы богаты и свободны, ведь в Германии даже чтобы просто войти в лес, нужно платить деньги, развести там костер – платить штраф, взять с собой своего сына – нарваться на конфликт с органами опеки, завести домашнюю живность – получить судебный процесс с могущественными корпорациями, травящими людей «одобренными и сертифицированными продуктами питания». Дико смотреть, как мы отказываемся от этого неизмеримого богатства ради фитнес-центров, бассейнов с раствором хлорки и магазинного изобилия вымытых в растворе шампуня овощей и фруктов со вкусом химического картона.

Деревня стала местом тотальной безработицы. Точнее, ее таковой сделали. И сделано это НАРОЧНО, именно для того, чтобы даже те люди, которые хотят там остаться или хотели бы туда переехать, не имели возможности этого сделать просто потому, что тогда они будут поставлены перед проблемой: как жить, а точнее – как выжить? Работать только на прокорм, жить исключительно натуральным хозяйством – это махровейшее сектантство, и небезопасное, причем именно для детей. Это я вам скажу сразу и точно – такие примеры у меня тоже есть, и ничего хорошего все эти поселения кедросажателей-мегреоидов и прочих анастасиевцев в себе не содержат и не несут, сколько бы в них ни болтали о «близости к природе». Заняться фермерством – практически невозможно, фермеры в России не живут, а выживают, в какие только уже хитрости и крайности не бросаются, чтобы остаться на плаву и все равно тонут. Потому что НЕ МОЖЕТ фермер в условиях России завести на самом деле прибыльное хозяйство, пока существует ВТО и не закрыты границы для ГМОшных продуктов. НЕ МОЖЕТ, природные условия таковы. Наше село и наше сельское хозяйство в основе своей такие же убыточные и неприбыльные. Но отказ от их массовой и постоянной поддержки – это отказ от продовольственной безопасности страны… Вообще от безопасности!

***
Если у кого-то при слове «село» возникает картина вросших по окна в землю одноэтажных домиков под низенькими крышами вдоль пыльной кривой тропинки, то я вынужден слегка разочаровать скептиков. Я десятки раз видел брошенные многоэтажные дома, в которых были газ и вода. Видел некогда замечательные асфальтовые дороги, по которым перестали ходить, и они разрушены проросшей сквозь них травой. Видел сожженные корпуса школ, запертые на ржавые замки клубы с покосившимися и облезшими досками объявлений, покинутые детские площадки около закрытых садиков, мертвые водонапорные башни и огромные пустые пространства машинных дворов и ферм. И все это были – села. Места, где можно было жить ничуть не менее удобно, чем в городе, а работа находилась под боком. Теперь все это – мертво. Умерщвлено!

Да, отток людей из сел начался еще при советской власти. Я не знаю, что это было, – чья-то непродуманная политика или, напротив, вполне обдуманная диверсия, создание образа села как отсталого, глухого, бескультурного места, откуда только и бежать. Но убито село было вовсе не при «проклятых коммуняках». Убито, разграблено и разорено было русское село властью «демократов». Как раз потому, что было опасно для них, а вовсе не из-за его «экономической нерентабельности».

Село кормило страну. Село привязывало людей к родной земле. Село давало детям здоровое и свободное детство. Все это было непереносимо «гайдарышам» (да простит меня Аркадий Петрович Гайдар!) и чубайсятам, всей этой антирусской бесовщине во власти.

Сейчас меня пытаются убедить, что разрушительные процессы на селе идут лишь «в силу инерции». Что власти давно осознали важность села для государства и «повернулись к нему лицом». Что все скоро наладится.

Возможно, человека, живущего в Москве, в этом и удастся убедить. Может быть, ему даже не придется себя заставлять это делать – верить. А мне достаточно пройти двадцать минут неспешным пешим ходом, чтобы увидеть, мягко говоря, неискренность этих заявлений. Более того – стремительно повторяют судьбу сел и малые города, в том числе мой родной Кирсанов…

…Но это уже, как говорится, другая история.

…Английский офицер, драгунский капитан Томпсон в апреле 1649 года, за несколько дней до своей гибели в бою при Берфорде, написал в своем дневнике такие слова: «Король и его лорды основывали свое право на власть на древности рода и видели в своей крови знак божественного благоволения. Это было нелепо и смешно. Нынешние властители страны основывают свое право на власть на присвоении плодов чужого труда и закабалении тех, кому меньше повезло, а размер божественного благоволения видят в сумме уворованного и неправедно нажитого. Это гнусно и страшно… …Они говорят нам с ужасом: «Вы готовы отнять одну корову у того, кто имеет их две, и отдать тому, у кого нет ни одной!» – и этими словами обвиняют нас. Между тем они отнимают детей у бедных родителей и продают их на вес, как поросят и овец, тому, кому нужны послушные рабочие руки и у кого есть деньги, – и это не смущает их совесть и не принимается как обвинение. Малышей, отцы которых пали, защищая нашу Республику, и потому теперь беззащитных и отнятых у матерей, самих матерей, лишенных покровительства погибших своих мужей, разлученных со своими детьми, набивают, словно треску или селедку, в трюмы кораблей, вывозят на смерть в Новый Свет – и тут же говорят, что их доходы от этого устрашившего бы даже турка всесветного позорища есть Благословение Божье. Но Господу гнусно смотреть на их дела. Он давно отвернул свое лицо от Англии. Я не желаю жить в стране, лишившейся Бога. Я или верну его благосклонность Англии, или погибну, пытаясь сделать это. Аминь, да будет Воля Его».

Олег ВЕРЕЩАГИН
Источник: «Советская Россия»

Наши читатели помнят, наверное, что когда-то давно я публиковал на страницах «Советской России» материал «Бесплатных компьютеров не бывает…», посвященный попыткам так называемого Фонда поддержки детей обманом принудить детей доносить на свою семью неким «беспристрастным и профессиональным компетентным специалистам» по некоему «телефону доверия». Попыткам, надо сказать, достаточно безуспешным – наши дети звонят редко, хотя о такой возможности их не оповещают разве что только в общественных туалетах (эти и подобные им плакатики висят почти в каждой школе и детском саду).

Так, еще 15 мая 2014 года на центральной тамбовской улице был зафиксирован плакат указанного фонда. Он висел на центральной пешеходной улице областного центра, и всё те же бедные, несчастные Смешарики с его яркой глянцевой поверхности призывали детей всё к тому же самостукачеству. Всё в том же умилительно-мультипликационном тоне: тебе обязательно помогут, не держи свои проблемы и страхи в себе, это настоящая палочка-выручалочка, там работают только профессионалы, и даже свое имя им ты можешь не называть. И бесплатно звонишь, конечно.

Хорошо.

А теперь – хотелось бы напомнить и детям, и родителям, читающим этот материал, несколько важных вещей.

Начнем с самого важного и опасного.

Следует помнить, и особенно следует об этом помнить детям – со всех сторон и постоянно им твердят: НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ ГОВОРИ С НЕЗНАКОМЫМИ ЛЮДЬМИ! И ведь правильно твердят! Но те, кто слушает ребенка по телефону – совершенно такие же незнакомые, как и подошедшие к нему на улице посторонние дядя или тетя.

Далее. Если тебе сложно – то не нужно думать, что эти сложности можно разрешить «просто позвонив». Так бывает только в сказке, и снова для самых маленьких. А ведь именно таков слоган плаката. Ну позвонил. Пожаловался, что не покупают планшет. Или что с уроками не получается. Или что в школе лупят. Или что у родителей нет времени или денег. И что? Кто и как «на том конце телефона» решит проблемы ребенка?

Хотя в последнем случае как раз могут «решить», быстренько переправив его опять же в казенный дом или к «хорошим приемным родителям, компетентным и обеспеченным»…

Может, лучше научиться давать обидчикам сдачи? Посидеть над уроками как следует? Подработать на планшет самому, а еще лучше – заняться чем-нибудь более полезным, чем сидение в интернете и онлайн-игры? А и без того замученных работой родителей не доставать жалобами посторонним людям? А чтобы «просто выслушали» – на самом деле существуют если не родители, то друзья. Если же их нет – надо подумать о том, что ты сам собой представляешь, а не кричать на весь белый свет «помогите!»

Вся эта история с подобными плакатами, фондами, «анонимными» звонками и прочей психологией – калька. Калька с западных методик. Достаточно посмотреть на кризис семьи, засилье «психоложцев» и «психолухов» и всевластье вот таких «органов защиты детей» на шенгенском Западе, чтобы понять – ничего доброго «оттуда» не будет.

Впрочем, это уже многократно доказано самым обычным жизненным опытом – педагогические и психологические «инновации по Шенгении» на русской земле приносили и приносят лишь самые отвратительные и ядовитые плоды. Как видно, не понимают этого лишь те, для кого «защита детей» – неплохой бизнес. И скорей всего средство уничтожения русского народа.

Конечно, нужно быть совсем малышом, дошкольником или первоклассником, чтобы не понимать простейшей вещи – звонки по «телефону доверия» записываются, установить же, с какого номера звонили и кому принадлежит телефон – проще простого даже для частного лица. Что уж говорить об организации. Поэтому ни о какой анонимности речь не идет. Речь идет просто-напросто о сборе негативной информации о семьях определенными структурами. Чем зачастую заканчивается такой сбор, можно посмотреть в новостных каналах: наивного дурачка, позвонившего о «своих проблемах», хватают на улице или в школе и «спасают от родителей» в детском доме или социальном центре. После чего начинается настоящая пытка для не успевшей опомниться семьи. Сейчас это происходит намного реже, чем еще год-два назад – напуганные родители стали объединяться, широко распространяется антиювенальная информация и способы защиты, многие известные политики, общественные деятели и телеканалы, с которыми «органы опеки» боятся связываться, решили сделать имя на «защите детей и семейных ценностей». Но это всего лишь значит, что враги семьи и русского детства меняют тактику. При полном сохранении стратегии.

Крымчанка Оксана Хмурова, член Родительского всероссийского сопротивления, рассказала немало интересного об этом самом фонде, его корнях, руководителях, целях и методах его работы. Вот что она пишет.

«Данный Фонд является проектом ЮНИСЕФ, который пролоббировал его создание в России в 2008 году. Западные правозащитники, а также католическая церковь давно и доказательно обвиняют ЮНИСЕФ и ВОЗ в кампаниях по стерилизации населения в ряде стран мира, проводимых под видом вакцинации против различных болезней. В России ЮНИСЕФ активно продвигал проекты «планирования семьи» (читай сокращения рождаемости). Затем программы поддержки «социального репродуктивного здоровья подростков» (читай сексуального воспитания) и т.п. А далее взялся за внедрение ювенальной юстиции.

Председатель правления фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации М. Гордеева уверена, что «корни детского неблагополучия находятся в семейном неблагополучии», потому ратует за создание особой «системы сопровождения семей».

Указанная «система сопровождения семей» уже разработана до деталей:

– с рядом госорганов или общественных организаций заключаются соглашения на выполнение социальных услуг, и они по этим соглашениям приобретают право контроля над семьей. Они проверяют условия содержания детей в семье, соблюдение их прав, методы воспитания, характер отношений родителей и детей и пр.;

– далее эти организации рекомендуют Комиссиям по делам несовершеннолетних и защите их прав меры, которые следует применить к конкретной семье для защиты прав детей. Комиссии, являясь органами «превентивного правосудия», определяют дальнейшую судьбу ребенка (где будет он проходить «реабилитацию» – дома, в приюте, в приемной семье) и утверждают «план защиты прав ребенка» (то есть официальное предписание) для каждой конкретной семьи;

– на основании предписаний Комиссии с семьей заключается договор социального патроната. Отказ от заключения договора или ненадлежащее выполнение мероприятий «плана защиты прав ребенка» влечет за собой лишение родительских прав…

Выпуск плакатов, дискредитирующих образ родителей, брошюрки для школ и детских садов о правах ребенка, о жестоком обращении с детьми – один из проекта данного фонда. Причем родители на них предстают плохими и злобными. А его единственный друг – этот телефон с доброй тетей на другом конце провода.

Кстати, единый телефон доверия для детей, подростков и их родителей – так же проект данного Фонда. Нам говорят, что телефон доверия совершенно анонимный, но, по свидетельству французских ювеналов, которые делились опытом на конференции «Защита детей от насилия» в Москве в 2010 г., «пока один работник службы «телефона доверия» отвлекает ребенка разговором, другая группа сотрудников вычисляет его местонахождение и сразу выезжает к нему».

А выезжают они, если над ребенком совершено насилие. В их понимании – насилие. Впрочем, дадим слово самим операторам «телефона доверия»:

«Вопрос первый. Если вам позвонит ребенок и скажет, что его шлепнули родители, то каковы будут действия оператора телефона?»

Мне ответили, что это может быть расценено как жестокое обращение с детьми, физическое насилие. И оператор обязан сообщить в опеку. А опека, выехав на место, будет разбираться, так это или нет?

Тогда я задала второй вопрос: «А если ребенок вам пожалуется, что родители его лишили сладкого в наказание за «двойку» в школе?» Мне ответили, что это психологическое насилие. И что этот вид насилия ничуть не менее страшен, чем физическое. «Подчас такое насилие даже еще хуже».

«А если родители накричат на ребенка, это тоже «психическое насилие»? – в третий раз спросил я. «Да», – последовало в ответ. И соответственно, последует выезд опеки на дом с последующими разбирательствами».

Да, да, не удивляетесь – шлепок по попе, лишение сладкого, повышение голоса – это теперь, по мнению социальных работников, различные формы насилия над детьми. То, что для родителей – традиционные меры воспитания, для ювеналов – ужасное преступление родителей, за которое ребенка необходимо срочно изымать из семьи».

***
Мало кто осознал, я думаю, что на фоне чудовищной, почти непредставимой еще недавно трагедии Новороссии практически незамеченной прошла суета по выборам в Общественную палату РФ. Ну я по опыту могу сказать, что ОП РФ вообще очень странное место, крайне причудливо понимающее задачи служения обществу. Но на этот раз в этой возне принимали участие персонажи, прямо скажем, окончательно, до беспредела, одиозные. Мои читатели – да и они сами! – себя отлично узнают по краткому описанию, так сказать. А я хочу только добавить, что, в принципе, если подходить логично и по уму, этих людей – невзирая на громкие названия их организаций типа «Фонд охраны детского счастья», занимаемые ими посты «главрадетелей за права детей» и присвоенные им титулы «Друг детей мира – 2000-ХХХ»! – нужно просто-напросто пожизненно отстранить от хоть какого-то участия в решении детских проблем и даже обсуждении таковых. В здравом уме и твердой памяти никто не допустит к борьбе с наркоманией человека, который неоднократно высказывался за разрешение наркотиков. Так почему же считается возможным позволять «защищать детей» тем, кто – черным по белому задокументировано! – восторгался норвежским опытом уничтожения семьи и воспитания из ребенка агрессивного свиненка, кто играл словами, призывая заменить «изъятие из семьи» «временным перемещением», кто призывал стерилизовать «неуспешных» и заявлял, что шлепок по попе – причина для того, чтобы отобрать ребенка у близких? Эти заявления делались в прошлые годы, они еще не успели остыть, как говорится, и то, что говорившие так зачастую спешно перекрасились и сменили риторику – ничего не меняет в сути этих господинчиков. И место им – на кухне за диссидентскими злобными разговорами о «быдле и совках», а не при детях (и выделяемых на детей солидных деньгах, кстати).

Повторяю – все они себя узнали. И следящие за темой читатели – узнали их тоже. Овечья шкура… хотел сказать «скрывает волка», но вовремя одумался. Какого волка?! Гиену, которая нападает только на слабых и обожает хохотать, когда лопает жертву… да нет. И не гиену даже. Шакала. Трусливого, страдающего бешенством как видовой болезнью и готового загрызть кого угодно, лишь бы – безопасно.

Вообще забота о детях у нас в стране и на официально-государственном уровне приняла странный характер свободной от ума истерии. Я не могу подобрать иного определения. Когда демонстрация знаменитого советского фильма про собаку Баскервилей заботливо прерывается текстовыми сообщениями, что это – «12+» и «содержит сцены жестокости и насилия» – мне хочется зарычать громче этой самой собаки и разбить к чертям телевизор, который виновен, в общем-то, лишь в том, что я мимо него случайно проходил как раз в этот момент. Особенно если учитывать, что по соседней программе идет «0+» идиотичный, дебильнейший мультик, который не содержит ничего, кроме идиотизма и дебилизма, разрешенных к употреблению детьми официально. Тогда как захватывающая история, в которой ГЛАВНОЕ вовсе не то, как Лестрейд стреляет в собаку и не то, как Стэплтон тонет в болоте – а игра ума великого сыщика, наивное благородство и мужество Ватсона, смешное, но глубоко человеческое достоинство Бэрримора, таинственная и зовущая музыка – так вот, эта история «заклеймена» во имя «спасения детской психики» 12+.

И такое мы видим на каждом шагу. Пустенькие – и смертельно опасные этой пустотой – ржач-истории «а ля американский юмор», кретинические томоджери, лупящие друг друга по головам сковородками и молотками – «0+». Фильмы, на которых душа замирает у экрана, которые воспитывают мужество, честность, верность слову – «12+» или еще круче. Потому что там выстрелили в негодяя или дали в морду подонку. Не себя ли охраняют таким образом эти «запретители»?

Я не очень понимаю, если честно, чего тут больше – тайного цинизма или обычной глупости? Эти «плюсики», должен сказать, вовсе не безобидны. Конечно, нормальные родители просто купят или лучше скачают бесплатно для своего ребенка такие фильмы из интернета – не то что без охранительного идиотизма, но даже без рекламы. Однако те же книжные издательства режут целые проекты, отказываются выпускать (или переиздавать) отличные книги для детей – чтобы не быть заподозренными в «моральном растлении».

Между тем на одном недавнем кинофестивале преспокойно прошел любительский фильм, посвященный подросткам, зараженным гомосексуализмом и тому, как их «угнетает общество». Этой ленты борцы за нравственность от власти «не заметили» – наверное, раздумывали в это самое время, какой плюсик поставить «Неуловимым мстителям».

А может, все плюсики уже расставлены? Учтены все ошибки, сделанные ювенальной юстицией, когда она в 1996–2010 годах нахрапом полезла в Россию, немало здесь нагадила и в конце концов здорово получила по роже и под хвост от родителей? Жаль, что до тех так медленно дошел простой факт: пришли за их детьми. И для тысяч русских детей эта медленная реакция их близких обернулась разлукой с семьей, а то и продажей за рубеж.

Вот это меня больше всего беспокоит. Что враг, кажется, и правда всё учел, подсчитал и готовится к новой атаке – под прикрытием «украинской дымовой завесы». Например, помните известный форсайт-проект «Детство»? Его представляли в 2010 году на международной выставке, спеша отчитаться перед западными хозяевами – какое будущее уготовано русским детям? Кто не помнит – я напомню, я о нем уже писал.

«По этому проекту, наших детей будут интернировать в специальные детские города будущего. В этих городах у них будут специально обученные («компетентное родительство») наставники. Они предлагают нашим детям «компетентное детство»: ребенок должен всё пройти – изваляться в любой грязи, всё попробовать, включая наркотики, и сам «сделать свой выбор». Традиционные школьные предметы должны быть упразднены. Основатель проекта Попов С.В. назвал традиционную семью «тюрьмой для всех» и очень ратует за «развитие многообразных форм совместной жизни (гостевые браки, множественные браки, разнообразные воспитательные сообщества и т.д.)», по его мнению детей даже не надо учить писать! «Родители – это отстой!», – заявил он в радиоэфире и пустился в циничные рассуждения о том, как они тормозят развитие ребенка. Детям предлагается полностью компьютеризированная среда…

Далее детям предлагается «прожить несколько социальных жизней. Детство может быть несколько раз». Человек может навсегда остаться в детстве, обеспеченном виртуальной реальностью. Если девочкам захочется поиграть в маму, им будет создана виртуальная программа «робот-ребенок». С помощью 3D-нанопринтера, который предполагается создать к 2025 г., можно будет получить объемное изображение любого предмета, объекта, обстановки и т.д.»

Так вот. Этот проект жив. Он просто «лежит под сукном». Весь. С вот такими внечеловеческими цитатами, похожими на жуткие строки из книги одного моего знакомого…

Цитата из проекта:

«2023 год. Робот-ребенок – робот, который способен имитировать поведение настоящего ребенка. Подобные разработки ведутся с 90-х годов прошлого века. В 2007 году в университете города Осака японские разработчики представили опытный экземпляр андроида, который способен имитировать поведение 5-летнего ребенка. Японские исследователи обещают, что через 15–16 лет данные разработки будут массово интегрированы в общество – в программы по подготовке родителей, для продажи тем, кто не хочет или не может иметь настоящих детей и т.д. Внедрение роботов-детей в общество (когда есть возможность заказать и купить себе робота-ребенка), с одной стороны, может привести к развитию систем компетентного родительства – на роботе удобно тренироваться быть мамой и папой, с другой стороны – может привести к сокращению числа желающих рожать настоящих детей».

Но книга Бориса Лаврова – фантастика. А это – «научно-общественная разработка», которая четыре года назад – при той же совершенно власти, что сейчас кричит о патриотизме! ТОЙ ЖЕ СОВЕРШЕННО! – представляла Россию на международной выставке.

Ощутили разницу?

…Конечно, мало кто захочет иметь ребенка, если тренироваться на роботах. Ведь материнство – это тяжелый самоотверженный труд, на который соглашаются только из любви к родному человеку. Между матерью и ребенком с того самого момента, как она возьмет его на руки и поднесет к груди, устанавливается связь, которую отлично понимали и ощущали наши отсталые предки. «Продвинутой» нелюди она НЕДОСТУПНА! «Астрально выражаясь», существа, подобные авторам и популяризаторам вот таких форсайт-проектов, лишены «тонкого тела». По-русски говоря ДУШИ. Я хочу обратить на это внимание всех читающих сейчас мою статью. Когда вы пытаетесь чисто по-человечески убедить такого оппонента в том, что существуют любовь, связь, для которой не придумано слов, боль и радость за другого – ОН ВАС НЕ ПОНИМАЕТ! Искренне не понимает! Ему кажется, что вы безнадежно отсталые и опасны для ребенка, потому что вы «некомпетентный родитель» (что это такое, кстати, не знает никто) и «ограничиваете возможности развития ребенка» (в переводе на русский язык с волапюка детозащитников – строго и любяще заботитесь о нем, оберегаете и учите его!)! То есть, ничего вы не объясните и ни в чем не убедите такого. Единственно правильный выход – прочно отсечь, в том числе и в законодательном порядке, право подобных экспериментаторов хоть как-то контактировать хоть с какими-то детьми. Грубо говоря – составить электронную базу данных с автоматическим режимом отслеживания, как в США на педофилов, и в случае просто-напросто приближения «форсайтины» к любому ребенку в любых условиях, реальных или виртуальных – тут же иметь на пульте ближайшего отделения полиции сигнал: ребенок в опасности, контакт с сумасшедшим!

Эх, мечты…

Кстати. О таком понятии, как любовь, в проекте упоминается только в связи с устаревшими стереотипами мышления.

…Ну ладно, скажете вы мне. Это всё равно только проект. Да еще и проект какого-то неадеквата. Его и под сукно-то положили потому, что он даже для нашей власти слишком нелеп. И какое он имеет отношение к нашей жизни? А самое прямое.

***
…Не столь давно в Перми сбежала из дома 13-летняя девочка. Через очень короткое время ее с подружкой нашли на трассе – дурочки собирались, договорившись об этом в соцсети, поехать посмотреть Москву автостопом. Почему дурочки – понятно любому взрослому человеку, согласитесь? Даже закоренелому автостопщику – и ОСОБЕННО ему.

А вот им непонятно. В их компьютерном мире на каждом углу стоит улыбающийся розовый пони, а дождь идет только по расписанию и в стороне от людей.

Я посмотрел на данные этой беглянки. Если ей чего и не хватало дома, так это реальной жизни. Она жила как сыр в масле каталась, а окружающий мир старательно поддерживал в девочке осознание ее сверхценности и уверенность в том, что родители в жизни ничего не понимают и никаких прав что-то ей приказать не имеют. Малолеточка не раз высказывала желание «зарабатывать самой».

Интересно, она хоть поняла, что очень была близка к началу самостоятельного заработка? Только ей бы это очень не понравилось.

Думаю, нет. Максимум, что ей теперь грозит, – беседа с дружелюбным психологом, который раздует ее чувство собственной значимости до размеров горы Арарат. И я думаю, в следующий раз она сбежит успешней.

Но так вот в связи с этой историей не замедлили высказаться уполномоченный по правам ребенка в Пермском крае Павел Миков и (привет-привет!) руководитель детского телефона доверия в Пермском крае Вера Кожарская. А я выскажусь по ним и поясню, как это связано с разными там форсайтами, которые кажутся нам ненаучной фантастикой, очень от нас далекой.

Итак: уполномоченный по правам ребенка в Пермском крае Павел Миков. По мнению детского омбудсмена, интернет – потенциально опасная для детей территория. Однако в данном случае проблема не в соцсетях. «Каждый второй ребенок в России к школе уже имеет страничку в одной из социальных сетей, – рассказывает г-н Миков. – Первый контакт детей с интернетом, по данным исследования МГУ, происходит в четыре года. Запретить это невозможно. Задача родителей и системы образования – учить ребят правилам безопасного пользования интернетом».

Далее: руководитель детского телефона доверия в Пермском крае Вера Кожарская считает, что интернет-сообщества могут всего лишь спровоцировать детей на побег из дома. По ее мнению, ключевая проблема – это отношения ребенка в семье. «Такие группы создают подростки, у которых, как правило, есть потребность в самостоятельности. И в то же время – обида на семью. Они ощущают излишний контроль или недостаток внимания родителей. В ситуации, когда ребенку не с кем посоветоваться, обсудить свои проблемы, он видит выход в том, чтобы сбежать, наказать родителей, послать им сигнал о том, что ему плохо. В таких случаях группа в социальной сети может стать опасным инструментом, – отмечает г-жа Кожарская. – Однако первопричина в другом. Родителям нужно находиться с подростками в эмоциональном контакте, стараться понимать и принимать их возрастные стремления и потребности, учиться разговаривать с ними о том, что их волнует, без нравоучений.

Ну, к господину Микову у меня всего два вопроса. Первый – когда он прислушается к просьбам и требованиям пермских родителей и уйдет в отставку? Второй – с чего господин Миков вообще взял, что интернет для детей запретить невозможно?

Я не знаю, обрадую я его или огорчу, но возможно. И очень просто это делается. И даже не только интернет, но и вообще общение с компьютером для детей, не достигших 14 лет. Не нужен им компьютер. Ни за чем не нужен – от слова вообще ни за чем. Они за компьютером играют в игрушки, сейфят в интернете порнуху и идиотскую музыку, а вся сокровищница знаний им побоку, и не надо делать вид, что вы этого не знаете или что это не так.

Последствия? Будут. Обязательно. Первым последствием будет то, что на протяжении довольно длительного времени из каждого четвертого окна будет нестись дикий вой наркотической ломки. И скорей всего будет волна детских самоубийств. Простите, родители и власть, а вы думали, что можно посадить на электронную наркоту миллионы и «всё как-то само рассосется»?

Вторым последствием будет то, что очень скоро улучшится здоровье молодежи, подскочит успеваемость в школах и резко упадет индекс конфликтов в семьях со всеми сопутствующими неприятностями. Но этого, как я понимаю, допускать нельзя. Иначе как же с попилом бабок на компьютеризации, на лечении расстройств зрения, психики и опорно-двигательного аппарата и т.д.

А вот к госпоже Кожарской у меня претензии.

Простите, как можно занимать такую должность, не разбираясь в детской психике? Не в выдуманной самоновейшей психологии, а в психике? Потому что, разбирайся вы в ней, вы бы знали, что ОХОТНО дети делают только то, что является игрой. Или имеет вид нравящейся им игры. Это закон. Вечный и неизбежный. Умные педагоги, масса родителей, пользуются этим с давних пор, везде, ГДЕ ТОЛЬКО МОЖНО, облекая процесс учебы и получения навыков в игру. НО!!! Массе вещей, которым нужно, НЕОБХОДИМО учиться в детстве, ребенка приходится учить силой. Насилием. Давлением. Практически из-под палки. Ну не получается иначе. Потому что он не понимает своей пользы. Не может понять. Не в силах осознать. Или еще хуже – на его стороне оказываются вот такие «радетели за права», твердящие с экранов и страниц глупости про то, что «ты тоже можешь!» А он НЕ МОЖЕТ, госпожа Кожарская! Если и есть исключения, пусть даже 10, 20%, то строить на них незыблемое правило для остальных 80–90 – преступление перед нацией и Отечеством, если на то пошло. Да и нет этих 20%. От силы 10, и то едва ли. В остальных случаях контроль за ребенком необходим. И не надо говорить мне, что вы тоже за это. Вы не за это. Вы толкаете родителей в ловушку: «КОНТРОЛИРУЙТЕ СВОИХ ДЕТЕЙ – И НЕ СМЕЙТЕ ИХ КОНТРОЛИРОВАТЬ!» Тем самым вы одновременно попустительствуете детской хитрости и безнаказанности (а дети очень упрямы, хитры и бессердечны в таких случаях – просто потому, что живут удовольствиями одной минуты) и заставляете родителей опускать руки, чувствовать себя беспомощными, отказываться от ошельмованного вами векового опыта предков, который ясно и четко говорил: «Дети молчат и слушают, рот разевают – когда кушают». Кушают то, что дали родители, между прочим. И со своим «я хочу» вылезают только в день рождения и в Новый год, простите. В остальное время РОДИТЕЛИ решают, как им детей наказать, как побаловать, как наградить, как похвалить, какую работу поручить. И чем больше вы будете стараться влезть в семью, тем больше будет становиться вокруг семейных проблем, убегающих детей, асоциальных подростков, спившихся или махнувших на всё рукой родителей.

Впрочем, может, вам это и нужно? Это ведь поле для работы! Нет? Хотелось бы думать, что я ошибся, и вы просто не разбираетесь в теме, хотелось бы…

Я не заметил, кстати, что у родителей этой девочки не было с ней эмоционального контакта, что она была обижена на семью, что в семье были недостаток или неблагополучие… Ее просто распустили, и ей захотелось сбежать «глянуть Москву», вот и всё. Потому что реальная проблема у сегодняшних детей одна – безделье. Волнует их тоже в основном желание своей левой пятки. Я уж не говорю о том, что дети создавали самые разные группы (и не в интернете) и бегали из дому ВСЕГДА, с первобытного общества начиная, ну и причины этого были крайне разнообразными. И никакой умник не пытался свести всё к вышеуказанному взаимоисключающему бреду, в котором обвиняют почему-то родителей.

«Излишний контроль или недостаток внимания родителей», – оцените изящество пассажа! Что б ты ни делал, родитель, ты в глазах защитников детей ВСЁ РАВНО будешь виноват! Не ускользнешь, злодей!

Я всё больше убеждаюсь в том, что с «детозащитниками» на человеческом языке говорить просто нереально. Они всему придают какое-то свое извращенное значение и всё видят под каким-то странным углом.

Мы вам изрекли, а вы, родители, думайте, как вы будете исполнять, например, следующее пожелание: «Родителям нужно находиться с подростками в эмоциональном контакте, стараться понимать и принимать их возрастные стремления и потребности, учиться разговаривать с ними о том, что их волнует, без нравоучений». Нет, ну такое ощущение, как будто читаешь страничку из фрейданутого учебника: «Он видит выход в том, чтобы сбежать, наказать родителей, послать им сигнал о том, что ему плохо… Подростки, у которых, как правило, есть потребность в самостоятельности. И в то же время – обида на семью». Это смак. Изюм-белый хлеб, как беспризорники говаривали в свое время. Двойная петля с узлом-удавкой для семьи, позволяющая отвечать на растерянное родительское: «Но у нас же всё в порядке…» – непререкаемо-авторитетным и окончательным, как приговор: «Нет! У вас СКРЫТЫЕ проблемы! Вы их просто не осознаете!» Такой диагноз разваливает ежедневно десятки нормальных семей, где вместо того, чтобы прикрикнуть на разошедшегося ребеночка, зомби-родители начинают послушно искать «скрытые проблемы». И конечно находят их.

От дури девочка сбежала. От сытой бездельной дури, характерной для детей так называемого среднего класса в современном буржуйском обществе. Просто признать это опасно и неприятно.

Родители. Я вам напомню, так, на всякий случай, что все «возрастные стремления и потребности» вашего дитяти бушуют там, где вы оставляете ему слишком много свободного времени и потакаете тому, что «его волнует». Да еще, храни боги, прислушиваетесь к советам психологов и знатоков детских душ на окладах. Обида на семью, кстати, хорошо лечится солидной стопкой перемытых тарелок, ремнем и всё тем же недопущением к источнику знаний – компьютеру. Но нормально воспитывать нормальных детей в нормальных людей будет возможно, увы, только после того, как детозащитные фонды, телефоны доверия и прочие надзиратели за правами на права исчезнут как факт.

***
…Мир не должен подстраиваться под детей. Даже семья не должна этого делать, уж простите, хотя таких маленьких домашних тиранов намного больше в окружающей нас реальности, чем «жертв родительского насилия» с нашлепанной за курево, гулянки дотемна или густой мат задницей.

Одна моя знакомая, заехавшая в поисках сладкой жизни в Норвегию, с ужасом написала мне: дети 8–10 лет массово ходят в памперсах. ОНИ НЕ УМЕЮТ МОЧИТЬСЯ. Их не научили этому, потому что процесс этот связан с «насилием над личностью ребенка» и «причинением ему ощущений дискомфорта». Дети того же возраста очень плохо говорят и не умеют нормально писать (ударение на «а» на этот раз). По тем же причинам.

Зато они по уши сидят в защищенных правах и социальных выплатах!

Простите, А С БУБНОМ ВПРИСЯДКУ ВОКРУГ НИХ НЕ ПОПЛЯСАТЬ?! Нет, я серьезно?

Почему, ну почему люди, позиционирующие себя как защитники интересов детей, понимают под этими интересами удовлетворение детских желаний – незрелых, нелепых, смешных, а зачастую и опасных – а под воспитанием – некое «сотрудничество с детьми»?! Ну елочки зеленые, вы станете сотрудничать с 10-летним мальчиком, который подает вам советы насчет управления вашей компанией? Согласитесь, такое только в кино бывает, и то в детских. Так почему в воспитании детей – деле намного более сложном и важном, чем любой бизнес – вы так настойчиво, агрессивно буквально, требуете от родителей «учитывать интересы детей», опять же практически всегда понимая под интересами капризы? Или еще чище – на полном серьезе пишете, что «должны обеспечить родители своему ребенку».

Любовь. Любовь они должны обеспечить. А любовь – это не ежеутренние поцелуи, не игры в самостоятельность с табличками «НЕ БЕСПОКОИТЬ!» на двери детской и не новый телефон каждые три месяца, хотя по-вашему любовь так и выходит. Любовь бывает и со строго сдвинутыми бровями. И с пощечиной. И с ремнем. И с «безужина». И с никак не поясняемым запретом куда-то пойти – НЕЛЬЗЯ и всё. И даже с холодным и безжалостным: «Мне такой сын (лжец, вор, трус) не нужен! Уходи с глаз!»

Вы правда этого не понимаете?

А вот я не понимаю, почему мир тысячи лет стоял без вашего идиотизма и не рухнул? Напротив, был куда более честным, достойным и приличным местом, чем ныне. Может, это как-то напрямую связано – ваша фетишизация «прав детей» и коллапс цивилизации? Ведь существа, выращенные на культивации своего «я так хочу», не смогут не то что сделать что-то новое – они и старое не сумеют поддерживать в порядке!

И вот тут у меня вопрос. Во всех этих заклинаниях двух немаленьких чиновников – невозможность уйти из интернета, настойчивые советы родителям «не давить» на детей, позволить «развиваться их интересам» с полуугрожающими намеками на то, что, как бы вы, родители, ни повернулись, виноваты в детских проблемах будете только вы и т.д. – они что, не похожи на речения полоумных форсайтеров или рисунки на плакатах созданного запрещенной в России организацией фонда? Вот что, ну ни капельки не похожи?

А по-моему, одно лицо, только очки другие. Да еще овечью шкурку, накинутую на шакалью драную шерсть, старательно придерживают…

Олег ВЕРЕЩАГИН
Источник: «Советская Россия»