Михаил Лунин

Вымирание народов

Человечество подошло в своем развитии к крайне опасной черте. Появление индустриального способа производства коренным образом изменило социальную структуру общества. Произошла урбанизация, на смену патриархальной семье пришла нуклеарная семья, появилась возможность выживания индивида вне семьи и общины, исчезла постоянная угроза голода (это произошло не во всех регионах планеты, но речь идет о странах полностью перешедших на индустриальный способ производства).  Между тем благополучие вызванное ростом производительных сил вполне может стать причиной гибели человечества.

Своеобразным предупреждением о подобном исходе послужил известный эксперимент  «Вселенная-25», который провел американский ученый-этолог Джон Кэлхун в 1972 году.  Была создана камера, где поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура, присутствовала в изобилии еда и вода, созданы многочисленные гнезда для самок. После помещения внутрь камеры четырех пар здоровых мышей началось их ускоренное размножение. В ходе этого первого периода численность мышей быстро достигла максимума около 600 особей.

Как только это произошло, то у мышиной колонии начались значительные психологические проблемы. Появилась категория «отверженных», которая состояла из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных условиях мыши жили долго и стареющие мыши не освобождали места в иерархии для молодых грызунов. После изгнания самцы ломались психологически, не желали защищать своих беременных самок и исполнять любые социальные роли. Самки в свою очередь из-за пассивности самцов сами стали проявлять агрессию. При этом многие самки становились агрессивными отшельниками и отказывались от размножения. В результате рождаемость значительно упала.

Затем начался последний этап существования колонии — фаза смерти, как ее назвал Джон Кэлхун. Символом этой стадии стало появление новой категории мышей, получившей название «красивые». К ним относили самцов, демонстрирующих нехарактерное для вида поведение, отказывающихся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющих никакого желания спариваться, склонных к пассивному стилю жизни. «Красивые» только ели, пили, спали и очищали свою шкурку, избегая конфликтов и выполнения любых социальных функций. Среди последней волны рождений в баке «красивые» и самки-одиночки, отказывающиеся размножаться и убегающие в верхние гнезда бака, стали большинством. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и агрессивное поведение в условиях избытка пищи.  Мыши стремительно вымирали, на 1780 день после начала эксперимента умер последний обитатель колонии.

Подобный исход эксперимента вовсе не был случайным явлением, так как ученый многократно повторял его. Сам ученый считал причиной гибели мышей перенаселенность, которая приводила к духовной, а затем физической смерти колонии.

Если приложить данные эксперимента к современному обществу, то откроется довольно зловещая картина. Фактически человечество идет по пути «Вселенной-25». Роль контейнеров в человеческом обществе играют города, где в условиях индустриального способа производства сосредоточена большая часть населения стран. Причем чем выше уровень урбанизации, тем ниже оказывается рождаемость и серьезнее психологические проблемы данного общества.

В РФ уровень городского населения 74,4% (2018 г.) от населения, рождаемость составляет 1,58 ребенка на 1 женщину (2018 г.) при необходимом уровне воспроизводства населения 2,13 ребенка на 1 женщину. В Японии уровень урбанизации один из самых высоких в мире 91,6% (2018 г.), соответственно уровень рождаемости один из самых низких в мире – 1,4 (2015 г.) на одну женщину. В Германии уровень урбанизации – 77,3% (2018 г.), рождаемость – 1,44 (2015 г.). Во Франции и США, несмотря на высокий уровень урбанизации 80,4% (2018 г.) и 82,3% (2018 г.) рождаемость чуть выше 2,08 (2015 г.) и 1,87 (2015 г.) за счет привлечения мигрантов из более слаборазвитых стран, но и в их случае уровень рождаемости не обеспечивает воспроизводство населения.

Напротив, в странах с низкой урбанизацией наблюдается высокая рождаемость. В Нигере уровень урбанизации 16,4% (2018 г.), коэффициент рождаемости составляет 6,76 (2015 г.) на  1 женщину. В Афганистане  городское население составляет 25,5% (2018 г.), рождаемость – 5,33 (2015 г.). В Филиппинах уровень урбанизации – 46,9% (2018 г.), рождаемость – 3,09 (2015 г.).

Очень часто многие публицисты, указывая на падение рождаемости в Европе, приводят пример мусульманские страны, где будто бы за счет высокой роли религии в обществе и особой духовности рождаемость будет сохраняться высокой. Между тем развитие мусульманских обществ показывает, что данное утверждение не соответствует действительности. В тех мусульманских странах, где урбанизация была завершена, рождаемость также падает ниже уровня воспроизводства. В Турции городское население достигло 75,1% (2018 г.), рождаемость упала до 2,05 (2015 г.). В Иране городское население достигло 74,9% (2018 г.), а рождаемость упала до 1,83 (2015 г.). Эти данные показывают, что мусульманские страны идут по стопам развитых индустриальных стран и рождаемость в них также падает.

Особенно наглядно зависимость рождаемости от урбанизации демонстрирует пример Китая и Индии. В Китае за счет индустриализации и урбанизации уже произошел так называемый «демографический переход».  Уровень городского населения в Китае достиг 60,6% (2018 г.), а рождаемость упала до 1,6 (2015 г.) В Индии уровень урбанизации составил пока 34% (2018 г.) и за счет этого рождаемость держится на уровне 2,48 (2015 г.).

Все эти данные показывают, что существует прямая связь между уровнем рождаемости и урбанизацией. Как только городское население достигает 60-70%, то происходит спад рождаемости до уровня ниже воспроизводства населения, то есть начинается процесс вымирания народов перешедших на индустриальную ступень развития экономики.

Не менее ярким симптомом движения человечества по пути «Вселенной-25» является нарастание психологических проблем среди горожан (особенно на Западе, который первый вступил в индустриальную эпоху и там негативные процессы наиболее заметны). Как и в эксперименте  возрастает агрессивность женщин, что выражается в распространении феминизма и отказа женщин от своей главной биологической задачи в виде рождения и воспитания детей.

Возникают слои населения, которые отказываются от социальной жизни или рождения детей: чайлдфри (Запад), сампхо (Ю. Корея), хикикомори (Япония), травоядные мужчины (Япония), клубничное поколение (Тайвань). По своему поведению такие люди соответствуют категории мышей «красивые». Они стремятся жить лишь для себя, отказываясь от создания семьи и рождения детей. Также резко увеличился слой людей с различными расстройствами полового поведения (ЛГБТ), что ускоряет процесс деградации индустриальных обществ.

Эти изменения среди народов прошедших индустриальную трансформацию и урбанизацию свидетельствуют о запуске биологического механизма вырождения, как и в случае «Вселенной-25». Этот механизм вырождения носит очень древний характер, так как действует одинаково на всех животных от людей до мышей. Его предназначением является сокращение численности популяции до уровня, который не грозит истощением необходимых для жизни популяции ресурсов. К сожалению, как всякий вшитый биологический инстинкт данный механизм включается  в качестве ответа на определенный раздражитель в виде критического скопления особей популяции. Поэтому переход к индустриальному способу производства, который потребовал сосредоточения людей в городах вызвал запуск механизма сокращения популяции.

Реакция на подобное вырождение оказалась разной в силу культурных установок свойственным тем или иным народам. В англосаксонских странах элита в собственных эгоистических интересах сохранения господства над населением стала не только потворствовать деградации, но и буквально навязывать населению различные половые извращения. При этом в континентальных европейских странах пропаганда половых извращений причудливо сочетается с политикой предоставления пособий для стимулирования рождаемости. В тех странах, где культурные установки носят более жесткий характер, подобной пропаганды не допускают, но рождаемость не увеличивается до необходимого уровня воспроизводства даже при значительном уровне материального стимулирования.

Если процесс вырождения не остановить, то народы ждет исчезновение. В истории похожая ситуация наблюдалась в Римской империи. Римляне создали могущественное государство, которое захватило все Средиземноморье. Ресурсы стали стекаться в Рим из всех провинций, который в период своего расцвета почти достиг численности населения почти в миллион жителей. В результате римляне стали вырождаться и исчезли, как народ. После этого империя, просуществовав некоторое время, развалилась под ударами племен находящихся на более низком уровне общественного развития. (Это очень похоже на происходящее в настоящее время переселение мигрантов в европейские страны, что в дальнейшем может привести к замещению коренного населения этих государств.)

Прекратить вымирание можно устранив причину вызвавшую запуск биологического инстинкта, то есть провести деурбанизацию. Это очень сложная социальная задача, которая займет длительный промежуток времени и потребует изменения экономической системы. Тем не менее, её необходимо осуществить, так как город крайне негативная среда для жизни человека (экология, постоянный стресс, опасность эпидемии). Практически все время своего существования люди обитали в группе охотников, а затем в сельской общине, то есть в небольшом коллективе. Именно такая группа оптимальна для жизни человека. Даже сейчас, когда основная масса населения проживает в городах, горожане стремятся иметь дом в пригороде или дачу, что наглядно показывает их стремление обеспечить себе комфортную среду обитания. Поэтому при создании соответствующих социальных и экономических условий население будет активно поддерживать процесс деурбанизации.

Особенно остро проблема урбанизации стоит в России, где население чрезмерно сконцентрировано в городах. Доля территории городов и поселений всех видов составляет 1,1 процента от территории страны. При этом за время существования СССР доля городского населения увеличилась с примерно 30 до 70 процентов, более чем в два раза, а доля городских территорий выросла всего на несколько десятков процентов. В других индустриальных странах  доля территорий городов и поселений составляет в среднем 7 – 8% от территории. Подобная концентрация населения России в городах приводит к усилению действия инстинкта вымирания и соответственно к крайне низким показателям рождаемости.

В данный момент существуют множество проектов решения проблемы чрезмерной урбанизации: родовые усадьбы, футурополисы (М. Калашников), лоскутные городки (А. Асадов), гелиокластеры (С. Непомнящий), полисные пригороды (Ю. Крупнов), полицентричные города (Х. Фрей), автономные кварталы (Л. Криер), компактные города (новый урбанизм), города-кольца. Большинство данных концепций предусматривают создание небольших поселений или развитие пригородов. Наиболее реалистичной и интересной из них является концепция создания города-кольца, который будет состоять из поселков малоэтажной застройки, расположенных в виде кольца. Центр такого огромного города (длинна кольца от 100 до 300 км в зависимости от количества жителей города) будет использоваться в качестве зеленой зоны и соединения всех частей города с помощью скоростных железнодорожных и автомобильных дорог.  Создание таких городов может решить множество социальных проблем, а главное остановить вымирание народов индустриальных обществ.

К сожалению деурбанизация займет длительное время, а меры по противодействию инстинкту вымирания необходимо принимать немедленно. Уже совершенно ясно, что пособиями данную проблему решить невозможно. Преодоление инстинкта, как например инстинкта самосохранения в армии, возможно только путем жесткого социального давления. Народы, которые смогут найти в себе силы на подобное давление продолжат свое существование. Прочие народы индустриальных обществ исчезнут, а их место займут мигранты из государств, где рождаемость еще не упала из-за урбанизации.

Меры способные преодолеть инстинкт вымирания будут варьироваться в зависимости от культурных установок народов. Например, в обществах с жестким контролем над гражданами возможен вариант с установлением необходимого минимального количества детей, как антитеза применяющейся ранее китайской  политики ограничения рождаемости. Будут применяться также более традиционные методы в виде запрета абортов,  помощи многодетным семьям, запрета на пропаганду любых извращений, укрепления института семьи. Возможно, осуществление совершенно новых мер: массовое суррогатное материнство, жесткая привязка получения и размера пенсий к количеству детей, увеличение достатка семьи по мере увеличения количества детей (это потребует серьезной перестройки социально-экономической системы), массовое усыновление детей из других стран.

Ответом на вымирание может оказаться даже возврат народов к жесткому патриархальному укладу на новом витке исторического развития. По мере роботизации производства, управления, торговли количество занятых граждан в них будет падать, что может привести в новых условиях к вытеснению женщин из экономической системы и возвращению к нормам патриархального общества.

В итоге осуществление мер по стимулированию рождаемости и укреплению семьи предоставит возможность выиграть время народам для проведения процесса деурбанизации и преобразования городов в новые виды поселений. Только таким способом можно будет выключить инстинкт вымирания, что позволит спастись народам индустриального общества.

Вот уже почти два века ведется борьба сторонников капитализма и коммунизма. Приверженцы коммунизма считают, что общество должно стать единым социально-экономическим организмом, где не будет места антагонизму между различными слоями общества. Поборники капитализма считают, что социальная конкуренция внутри общества между людьми и социальными слоями является необходимым фактором развития общества, даже если она приводит к негативным последствиям.

Этот почти уже двухвековой спор начался после анализа Марксом устройства капиталистического общества и формулирования им и его последователями пяти доказательств неизбежности перехода к коммунизму по мере развития капиталистической системы. В их число входят: концентрация капитала и образование монополий, обнищание пролетариата, анархия производства, обострение классовой борьбы, противоречие между производительными силами и производственными отношениями. По всем этим тезисам до сих пор ведутся ожесточенные споры в среде интеллектуалов. При этом многие противники левого движения доказывают утопичность самой возможности народного распоряжения производством и последующим распределением материальных благ. В качестве обоснования естественности капиталистического строя критики марксизма любят ссылаться на конкуренцию между животными за природные ресурсы. С точки зрения либералов это сравнение показывает конечную полезность для общества экономической конкуренции в рамках капитализма.

Подобное сравнение имеет под собой определенные основания, но в целом является ложным, так как не учитывает эволюцию биосферы. Если принять постулат о благости биологической конкуренции, то совершенно непонятно возникновение многоклеточных организмов. Ведь если конкуренция носит исключительно положительный характер для биосферы, то эволюция должна была завершиться еще на одноклеточных организмах. Именно на этом уровне конкуренция носит наиболее ожесточенный характер. Между тем в процессе эволюции появились многоклеточные организмы с жестким распределением функций между клетками, что позволило существовать подобным организмам, как единое целое. Конечным итогом эволюции стало появление человечества, которое с биологической точки зрения является совокупностью тысяч общественных колоний млекопитающих, что очень напоминает колонии общественных насекомых. Причем вне общества человек вообще не может существовать в виде хомо сапиенс, что наглядно видно из примеров детей-маугли, попавших к зверям. Из этого следует, что люди с их способностью осуществлять солидарные действия закономерно оказались на вершине биологического развития, что наглядно показывает превосходство стратегии солидарности над конкуренцией.

Самое интересное, что развитие социально-экономической структуры общества человечество во многом повторяет биологическую эволюцию. По мере усложнения социально-экономической структуры общества происходит все увеличивающееся разделение труда и укрупнение производства. В традиционном обществе крестьянин с семьей обрабатывал свой участок земли пусть даже в рамках общины. Такая же ситуация была в городах, где ремесленное производство передавалась в рамках одной семьи и разделение труда между работниками практически отсутствовало. Эту стадию развития производства можно сравнить с простейшими биологическими формами жизни. По мере развития общества в рамках традиционного общества стали появляться хозяйства с десятками работников и некоторым разделением труда.

Коренной перелом в развитии экономической структуры общества произошел в ходе развития капитализма и индустриальной революции. С 16 века в Европе начинают появляться мануфактуры, где разделение труда уже носило выраженный характер. Далее развитие товарно-денежных отношений привело к формированию глобальных рынков, где регионы стали обмениваться различными товарами. Следующий скачок развития производительных сил в виде промышленной революции привел к созданию производственных цепочек предприятий, которые могли существовать только в рамках национальных или региональных рынков. Тем самым производство приобрело общественный характер, что уже в середине 19 века отметил Маркс. Вместо семейных хозяйств традиционного общества появились фабрики, где были заняты уже тысячи работников. В ходе дальнейшего развития капиталистической системы стала увеличиваться концентрация капитала в виде образования гигантских корпораций, которые включили в себя сотни предприятий. Подобный процесс можно сравнить, если использовать биологические аналогии, с образованием социальных многоклеточных организмов. Следующим неизбежным шагом социальной эволюции будет объединение общественного хозяйства в единую систему. При этом вряд ли коммунизм будет походить на советскую модель индустриального общества, так как превращение общества в корпорацию было лишь инструментом ускоренной индустриализации общества. Вероятнее всего это будет многоуровневая система, где будут сосуществовать различные типы хозяйств при безусловном господстве роботизированного производства под контролем народа.

Таким образом, тезис либералов о неестественности коммунизма не находит подтверждения при анализе развития биосферы и общества. Напротив, при сравнении данных эволюционных процессов буквально бросается в глаза их схожесть, что позволяет обосновать новое доказательство в виде неизбежности трансформации социальной системы в единый организм. Обе эволюции приводят в итоге к формированию сложных систем основанных на разделении функций и коллективной солидарности. В случае биологической эволюции – это человечество. Вершиной социальной эволюции в обозримой перспективе станет коммунизм, который позволит добиться максимальной солидарности общества.

Михаил ЛУНИН

Любая социальная система может существовать, когда опирается на определенную систему этических правил. Если нет никаких общих правил поведения, то такое общество просто рассыплется, так как эгоистические устремления людей и групп разорвут его изнутри.

Тем более это касается капитализма, который из-за своих системных особенностей генерирует социальные противоречия в обществе. Поэтому для этого социального строя тем более необходимы ограничения в политической, экономической, этической сферах жизни общества. Без них капитализм превращается в автомобиль без руля и тормозов, что означает для такого общества неминуемую катастрофу.

В Западной Европе капитализм развивался постепенно в недрах феодального общества, что позволило обществу выработать определенные этические нормы, которые дали возможность хоть как то приспособиться к данному социальному строю. Впервые на это обратил внимание немецкий ученый Макс Вебер, который в книге «Протестантская этика и дух капитализма» прямо указал на тесную связь распространения капитализма и появления протестантизма. С точки зрения Вебера именно протестантизм обеспечил появление необычной связки в виде стремления буржуа к увеличению капитала с личным аскетизмом. Подобное сочетание на первый взгляд абсолютно противоположных моделей поведения сделало возможным появление класса буржуазии с верой в свою избранность перед высшими силами, стремлением осуществить миссию по построению нового общества, определенным авторитетом в глазах народа.

Веру в избранность обеспечил протестантизм, который в качестве показателя поддержки высших сил использовал богатство. Тем самым владение богатством стало единственным  признаваемым мерилом успешности члена общества в отличие от традиционного общества, где наиболее высоко ценилась воинская доблесть.

Естественно, что считающие себя избранными буржуа не могли принять свое третьесортное положение в иерархической лестнице феодального общества. Поэтому они стали стремиться к такому изменению общества, где именно размер капитала определял бы уровень общественной значимости. Поэтому буржуазия старалась всячески поддерживать антифеодальное революционное движение и даже выступила в качестве его авангарда.

Для завоевания поддержки народа в рамках антифеодального движения буржуазия не только старалась придерживаться внешнего аскетизма, но и осуществляла материальную помощь бедным слоям населения. Это позволило буржуазии приобрести значительный авторитет у народа и облегчило задачу завоевания господства в обществе. Только после победы над аристократией и ослабления влияния религии на общество буржуазия стала открыто использовать свое положение в разделении труда. Затем опасность, исходящая от левого движения вынудила её в той или иной степени соблюдать определенные негласные правила общественного поведения, добровольно жертвовать обществу часть капитала в виде благотворительной деятельности, идти на компромиссы с трудящимися по распределению общественного дохода.

Такое поведение господствующего класса сдерживаемого определенными этическими нормами стало одной из причин позволивших не допустить краха капитализма в период первого системного кризиса (1914 – 1945 гг.) этого социального строя в Западной Европе.

В России капитализм стал развиваться довольно поздно, что сделало невозможным вхождение страны в центр капиталистической системы. Кроме того в стране сохранялись многочисленные пережитки феодализма, что затрудняло осуществление индустриальной трансформации общества. Это вызвало многочисленные социальные проблемы, которые политическая система самодержавия не была в состоянии решить.  В результате в стране стало развиваться революционное движение, которое поставило перед собой целью преобразование общества на основе идеологий Модерна.

Ситуация усугублялась также тем, что буржуазия в Российской империи не обладала каким-либо авторитетом в обществе. Она образовалась только после присоединения России к мировой капиталистической системе, что обусловило её слабость и крайнюю зависимость от государства. Кроме того в России так и не появилось религиозное оправдание богатства подобное протестантству в Западной Европе, что сделало крайне неустойчивым  положение русской буржуазии в обществе с моральной точки зрения. В глазах народа она предстала лишь в качестве эгоистичного меньшинства, которое своей деятельностью лишь ухудшает положение масс населения. Такое отношение к буржуазии сыграло немаловажную роль в популярности социалистических идей среди народа. В результате буржуазия империи оказалась неспособна стать авангардом революции, что привело её в дальнейшем к гибели.

Революция 1917 года и приход  к власти большевиков кардинально изменил путь развития России. Осуществленный большевиками переход к альтернативному общественному устройству привел к исчезновению буржуазии, как социального слоя. Вместо независимых экономических субъектов была создана единая слитая с государственным аппаратом корпорация. На основе веры в построение коммунистического общества сформулированы новые этические правила. Согласно им управляющий слой и в том числе директора государственных предприятий осуществляли свою деятельность только в целях достижения общего блага. Кроме того в рамках этой этической системы управленцы корпорации выступали в официальной идеологии, как представители народа и должны были являться защитниками его интересов.

Некоторое время новая этика действительно определяла реальные поступки служащих корпорации СССР, но начавшееся разложение управляющего слоя нанесло тяжелый удар по всем этическим принципам тесно связанным с советским строем. Первой причиной разложения стал  распад корпорации на подсистемные элементы, что было вызвано нарастающим управленческим кризисом. Усложнение социально-экономической системы после успешно осуществленной индустриализации достигло такого уровня, что сложившаяся ранее управленческая модель просто не могла справиться с её регулированием. Следствием стало нарастание перекосов в экономике, которое приводило к затуханию роста и неоправданным финансовым издержкам. Попытки советского руководства решить данную проблему путем предоставления больших полномочий низшим звеньям корпорации лишь усугубило проблему, так как усилило центробежные тенденции и способствовало формированию теневого рынка.

Второй причиной стало стремление управляющего слоя корпорации закрепить свое господствующее положение на постоянной основе. Из-за этого прекратился процесс ротации управляющего слоя в поздние годы существования СССР. Отсюда же происходит ухудшение качества управления, так как высокопоставленные служащие корпорации старались подбирать в ближайшие помощники управленцев более низкого качества для предотвращения угрозы своему положению. Следующим шагом падения номенклатуры стало сначала тайное, а затем и явное стремление к богатству. В условиях отсутствия контроля со стороны народа это привело к коррумпированию государственного аппарата. Конечным итогом подобного разложения стало предательство номенклатурой страны и народа.

В результате разложения управляющего слоя стала быстро нарастать моральная деградация всех слоев населения, которая стала третьей причиной краха советского общества. Возникло даже отрицание любых этических норм. Причем такое эгоистическое отношение к обществу тщательно маскировалось путем внешней лояльности к официальной идеологии. В результате, как только произошло ослабление контроля партии над обществом, то аморализм стал чуть ли господствующей идей во всех слоях населения.

В конечном итоге разрушение советского строя и реставрация капитализма нанесли сокрушительный удар не только по экономике и политической мощи, но и этической системе русской цивилизации. Общество практически единовременно лишилось всяческих этических ориентиров. На этой мутной волне аморализма к власти в РФ пришла наиболее реакционная политическая группа, которая использовала реставрацию в целях разграбления страны, то есть её можно охарактеризовать как мародеров. Эта группа не только смогла успешно до настоящего времени удержаться у власти, но и втянула в процесс разграбления все элитные группы и сформировала на этой основе правящий класс.

В начале реставрации капитализма, когда только начался процесс разрушения экономики, либеральные идеологи уверяли, что это лишь эксцессы первоначального накопления капитала и со временем новые русские благополучно превратятся в национальную буржуазию, которая будет заниматься накоплением капитала и развитием производства. Эти успокоительные уверения оказались полностью несостоятельными. Дальнейшее развитие РФ в условиях реставрации наглядно продемонстрировало, что грабеж страны так и не остановился. Получив в собственность созданные в СССР предприятия, новоявленные хозяева не занялись их развитием, как обещали либеральные реформаторы, а стали выжимать из них финансовые ресурсы для вывоза в Западную Европу и США.

Немаловажным обстоятельством в формировании подобного крайнего паразитизма правящего класса РФ оказалось его формирование на основе криминальной субкультуры. После того как была отринута советская этика образовался моральный вакуум, который просто нечем было заполнить. Религия уже не могла играть какую-либо существенную роль в определении этических ориентиров из-за индустриальной трансформации и десятилетий господства светской идеологии. Ставший новой официальной идеологией либерализм не был принят народом из-за отрицания этой доктриной необходимости формирования общих этических ценностей и крайне печальных результатов попытки трансформации общества по канонам либеральной теории.

В результате мародерам пришлось использовать в качестве идейной основы своего существования смесь из искаженного либерализма и криминальных правил поведения, что означало фактическое принятие аморализма в виде повседневного императива поведения. Для разграбления государственной собственности такой аморализм подходил идеально, но как только собственность была поделена между мародерами, то оказалось, что более ничем как грабежом ресурсов страны они заниматься не в состоянии. Осознавая свою никчемную экспроприаторскую сущность, мародеры, как любые грабители по отношению к ограбляемым, стали презирать и бояться народных масс. Отсюда стремление правящего класса и его интеллектуальной обслуги оболгать и унизить народ, так как грабителю нужно оправдаться в собственных глазах, а если представить трудящихся в виде ленивых, глупых, агрессивных скотов, то грабить таких людей небольшой грех. Следствием такого отношения реставрационной буржуазии к стране и народу стало то, что правящий класс неизбежно стал отторгаться народом, как раковая опухоль. Поэтому ему пришлось установить в РФ авторитарный режим для удержания народа в повиновении, но тем самым олигархи загнали себя в ловушку необходимости воспроизведения этого режима, так как в условиях возращения власти народу правящий класс рискует лишиться захваченной собственности. При этом грабеж страны не может длиться бесконечно в силу самой сущности установленной системы, которая не может обеспечить поступательное экономическое развитие страны, что  наглядно демонстрирует депрессивное состояние экономики РФ в последние годы.

Для выхода из тупика, куда РФ загнали мародеры, необходимы кардинальные изменения социально-экономической системы, что начинают осознавать все более широкие слои населения. В этих условиях либералы предлагают повторить попытку копирования социально-экономической системы Запада. На практике это приведет к новому изданию 90-тых годов с возможностью полного разрушения государства. Центристы и консерваторы хотят осуществить построение национального капитализма, который позволил бы стране успешно развиваться при сохранении политической самостоятельности. Осуществить этот вариант развития страны чрезвычайно трудно. Для его реализации придется избавиться от подавляющей части правящего класса, которая в силу своей криминальной психологии не способна выполнять функцию развития экономики. Кроме того России нужно будет не только закрыться от мирового рынка с помощью протекционизма на первоначальном этапе, но и обеспечить в дальнейшем отвоевание рынков у стран центра капиталистической системы, что потребует напряжения всех сил государства. При этом все эти усилия не решат одну из основных проблем уже приведшую к первому краху капитализма в России в виде отсутствия идейного и этического обоснования господства буржуазии.

Более того эта проблема значительно усугубилась из-за пути восстановления капитализма после распада СССР, когда собственность досталась новоявленной буржуазии путем захвата, а не в процессе постепенного укрупнения капитала. Из-за этого российская буржуазия имеет в глазах народа отрицательную репутацию. В свою очередь буржуазия, понимая, что из-за такого отношения народа её положение крайне неустойчиво, старается обезопасить награбленное богатство путем вывоза капитала на Запад, что ослабляет страну и вызывает еще более негативные чувства у народа к этому классу. Изменить подобное отношение сограждан к буржуазии нереально как раз в силу отсутствия у русской буржуазии этических норм поведения, что делает шансы на успех проекта «правильного» капитализма крайне малыми. Между тем для России жизненно важно обеспечить быстрое экономическое развитие, так как она уже серьезно отстала от ведущих стран мира из-за правления мародеров.

Проблему восстановления этической нормы можно разрешить путем установления нового общественного строя, который позволил бы совместить частную инициативу и интересы народа. Такой общественный строй идеально соответствовал бы русским коллективным архетипам, где социальная справедливость является неоспоримой ценностью. Для такого строя не подойдет частная собственность на средства производства, которая генерирует социальное разобщение. Вместе с тем и государственная собственность, как показал опыт Советского Союза, не позволила решить проблемы отчуждения народа от собственности и власти, эффективности использования ресурсов, интенсивного научно-технического развития. Поэтому необходимо создать такую новую общественную форму собственности, которая гарантирует реальную власть народа над экономикой и государством.

На её основе можно создать новый социальный строй – консорцизм (подробнее ознакомиться с концепцией нового общественного строя  можно в предыдущих статьях автора), который позволит вернуться к этике общего блага, что обеспечит моральное оздоровление общества и успешное социально-экономическое развитие.

Михаил ЛУНИН
Источник: Движение «За возрождение отечественной науки»