Точка зрения

 

0_6ddef_dcb437b_XLАнатолий Несмиян

Декларация

 

Ровно 30 лет назад было положено начало процессу новой раздробленности России, точнее, Большой России (или Русской цивилизации). Активная фаза процесса распада Советского Союза заняла полтора года и завершилась Беловежским соглашением. Но запущен процесс был именно 12 июня 1990 года через принятие декларации о госсуверенитете России.

Процесс на самом деле имел все объективные предпосылки. Стремительное развитие Союза породило противоречие между все более усложняющимся управляемым объектом и хронически запаздывающим от него управляющим контуром. Кризис развивался совершенно классически — вначале он имел структурный характер, и еще при Сталине было предложено разрешить его вполне разумной мерой через перенос управленческого центра из партийных структур в хозяйственные. Логика была вполне рациональной — партия, опираясь на идеологию, прекрасно работавшую в общинном доурбанистическом социуме царской и раннесоветской России, не смогла отрефлексировать качественные изменения в советском обществе, прорвавшемся в принципиально новый для себя городской уклад. Экономика усложнилась, были востребованы горизонтальные связи, и именно идеология стала тормозом развития. Попытка Сталина (и Берия) отказаться от партийного диктата и догматизма была провалена. Последующие поколения партийных руководителей стали искать выход и решение крепнущего противоречия во внутренних реформах, имевших непоследовательный и очень несистемный характер. При этом примат партийной власти больше под сомнение не ставился — вплоть до 1988 года. Когда стало уже слишком поздно. Структурный кризис перешел в системный, а весьма бездарно сформулированная и проводимая перестройка Горбачёва окончательно разрушила все балансы устойчивости и перевела системный кризис СССР в полномасштабную катастрофу.
Старт катастрофы был дан в 88 году на 19 партконференции, когда снова произошла попытка вернуться к сталинской идее разделения власти на советскую и партийную. Чем подтвердилась прописная истина: «верное решение, принятое невовремя, не является верным». Время — целых 30 лет — было уже упущено. Изменился контекст, кризис прошел все стадии и вышел в системную фазу.

Сейчас понятно, что решение находилось в принципиально иной плоскости — через перерегистрацию СССР, переформатирование национальных республик в промышленно-экономические кластеры (кстати, в позднем СССР такие кластеры в виде ТЭКов — территориально-экономических комплексов уже стали создаваться и складываться), а затем — новый союзный договор между Центром и новообразованными территориально-экономическими кластерами. Тем самым решались сразу много задач и обеспечивался солидный стартовый задел для нового этапа развития. Кстати, подобная идея прорабатывалась и была практически отработана. Ельцин, учредив договор о разграничении предметов ведения с регионами, по сути воспользовался этими разработками, как Советская власть не изобретала, а взяла уже подготовленный Вернадским план ГОЭЛРО и осуществила его. Правда, у нее это получилось не в пример лучше, чем у Ельцина его федерализация. Но тут, понятно, сравнивать сложно — спившийся губернатор, случайно попавший на вершину власти, явно не дотягивает по своему интеллекту до первых руководителей СССР.

Проблема в том, что партсовноменклатура позднего СССР уже была не та, она обуржуазилась, она готова была сдать все позиции в обмен на фиксацию своего привилегированного положения и захват собственности. Соответственно, все решения после 88 года были не просто неверными, а глубоко преступными, так как полностью соответствовали задаче уничтожения страны с последующим захватом власти и собственности в ее осколках.

Фактически Ельцин пришел на уже унавоженное поле и его решение о развале Союза (собственно, 30 лет назад это уже перестало скрываться) полностью соответствовало желанию всего номенклатурного сословия на переход к новому и светлому для них будущему. Горбачев попытался отыграть, провел референдум о единстве Союза, но это была уже агония — так же, как сегодня является агонией путинское голосование по «обнулению». Ситуации во многом аналогичны — обе системы: поздняя советская и поздняя путинская уже перешли в фазу катастрофы, и теперь любое решение лишь глубже загоняет их туда.

В общем, праздновать нечего. Народ с этой комбинации (причем во всех бывших советских республиках) не получил ничего, а если точнее — то потерял все. Это праздник воров и преступников, и неясно с какого перепуга нам изображать всенародное ликование. Это праздник путинских друзей и его самого, которые в нормальных условиях так и остались бы тем, кем они есть на самом деле — ничтожествами и аутсайдерами. Но они урвали свой джек-пот, им и праздновать. А что праздновать всем остальным? Нищету, бесправие, безысходность, беспросветность для себя и своих детей?

 

Источник 

 

Поделиться

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Поля обязательные для заполнения *

Рубрики

Авторы